Тебе напомнить что ты моя?

Внезапно в голове всплыл образ Пэйтона, её тёплые руки, её ласковый голос. Слёзы невольно потекли по щекам, обжигая кожу. Она зажала рот рукой, чтобы не издать ни звука. Боль была невыносимой, но она знала, что должна быть сильной. Ради себя. Ради призрачной надежды на свободу. Она вытерла слезы и глубоко вздохнула. Нужно было продолжать жить, день за днём, пока не появится шанс. Она тщательно вымыла посуду, стараясь не думать о его прикосновениях, о его словах. Каждый день был борьбой за выживание, битвой за свою душу. Вдруг зашёл человек Второй мафии.
?: Ты должна идти за мной в комнату хозяина.
Т/и: Хорошо.
В голове Т/и мелькают разные мысли. Когда они доходят до его комнаты, сердце Т/и начинает сильно колотиться. Его люди открывают дверь, и Т/и заходит. Вторая мафия сидит на кровати. Т/и поклонилась ему.
М2: Иди сюда.
Т/и подошла к нему. Вторая мафия хватает её за запястье и тянет на себя. Она упала прямо на его колени. Вторая мафия улыбнулся. Т/и попыталась встать, но он крепко её держал. Он обжигал её шею своим дыханием. Он провел пальцем по её щеке, оставляя за собой след липкого ужаса. Его взгляд был полон собственничества, и Т/и понимала, что она – всего лишь игрушка в его руках.
В2: Хочу, чтобы ты была счастлива.
Т/и: Тогда отпусти меня.
В2: Никогда.
Вторая мафия взял Т/и за подбородок и впился в её губы. Т/и пыталась увернуться или оттолкнуть его, но он оказался сильнее её. После он отпустил её, и Т/и убежала из комнаты. Она забежала к себе в комнату и закрыла дверь. После она села на пол и начала плакать. Она провела рукой по лицу, стряхивая слёзы. Пэйтон… Его образ, как всегда, был ярким и живым, но теперь, в этом ужасе, он казался ещё более далеким, недостижимым. Она знала, что должна быть сильной. Но сила эта казалась хрупкой, как тонкий лед под слоем обманчивой тишины. Она легла в кровать с мыслью о том, что она хочет забыть этот ужас.