2.
Ночь прекрасна... Негромкий гул голосов существ, которые не спят в столь поздний час, холодный свет луны, освещающий поверхности Кипящих островов, шелест листьев деревьев. Постойте... Снег? Но ведь листья ещё не опали. Ладно, это только украшает картину. От тонкого слоя снега очень яркими бриллиантами отражается свечение от фонарей и от включенной лапмы в доме Идалин. Точнее, свет освещал только комнату Луз. Блайт включила его относительно недавно, не обращая внимание на столь ранний снег, были проблемы поважнее. Луз приснилось не очень приятное сновидение, поэтому мятноволосая, стараясь не усугубить ситуацию, успокаивала её. Это было трудно, но выполнить миссию удалось, Эмити не просто так называют лучшей... Во всём.
У Луз были красные пятна вокруг глаз, да и вообще она была точь в точь, как Эмити, во время срыва, за исключением рассечения и порезов, этого ещё не хватало.
-Ну же, Лулу, всё хорошо, это всего лишь сон, я здесь...
-Угу...- всё также носом говорила доминиканка.
-Тебе принести воды?
-Угу...- Носеда, наверное, уже раз десять отвечает этим словом.
Луз не зря принесла воду. Эмити нежно выпустила доминиканку из объятий, на тот момент они лежали также, как и перед сном, но поменялись местами. Ведьмочка прошла жалкие пять шагов, взяв стакан, и дала его Луз, уже сидевшей в турецкой позе.
-Держи.
-С-спасибо- заикаясь, поблагодарила доминиканка.
Луз приняла стакан от мятноволосой, после чего по комнате послышались характерные звуки глотков, по до боли уютной и до тошноты тихой комнате. Эмити всё стояла напротив Носеды, явно наслаждаясь этими звуками. Луз поставила сосуд нá пол, встала с кровати, обняв Эмити. Блайт не оказывала сопротивление, она была выше Носеды, но лишь самую малость, разница видна сильнее, когда Миттенс на каблуках. Это малое различие в росте создавало у Луз чувство защищённости, которое было крупнее тройки сантиметров. Эмити явно ощутила себя смелой, она хотела осуществить свой план в действия, снова попробовав пригласить человека на прогулку, она не остановится.
-Эмммм... Луз?- нарушила молчание Миттенс.
-Хм?
Эмити не ответила, она услышала звонкий детский лепет за окном. Она решилась на отважное действие.
-Не хочешь пойти на улицу сейчас, прогуляться?
Эмити начала краснеть. . .
-Ты серьёзно? В час ночи? Ты не ударилась?
-Значит, да.
-Конечно, чёрт возьми!- обрадовалась Луз.
Носеде точно достанется наказание за то, что она разбудила Иду, умоляя о зимней одежде. Когда доминиканка увидела в окне снег, то её радости не было предела. Эмити только и думала о прекрасном характере Луз, который легко отпускает обиды и горести.
Человек выбежал из дома, а за ним вышла Блайт. Холодный воздух подул в лицо. Эмити заметила, что ели покрылись уже более толстым слоем снега; давая ещё больший контраст картине, на которой была изображена засыпанная по колено земля, обычно снега выпадает много, фонари вместе с луной слепили глаза, что их не хотелось открывать, но желание рассмотреть композицию внимательнее никто не отменял. Из-за покрывала ничего нельзя было разглядеть, ну, только то, что находилось ниже пятидесяти сантиметров, конечно же. С неба падали хлопья снега, ещё больше закрывая обзор. Эмити сдалась, ей надоело протирать глаза, пытаясь хоть что-то увидеть, лучше на Луз смотреть. Лицо Эмити покрылось густой краской, отдаваясь сильнейшим жаром, кажется, от неё сейчас пойдёт пар. Как всегда, она покраснела из-за Носеды. Луз во всю уже играла с детьми в снежки, но она начала целится в "Лузбиянку" (простите, не удержалась). Бах! Есть пробитие! Эмити упала полностью в снег, лицом вниз, изрядно напугав доминиканку.
-Эмити! Ёжкин дрын, обычно я промахиваюсь! Эмити, прости!- кричала Носеда, извиняясь за свою глупость и слыша негромкие всхлипы.
Она рванула с места к ведьмочке, спотыкаясь о камни под снегом.
-Это будет идеальный момент, чтобы сделать это! Давай, ты не просто так на кружок по актёрскому мастерству ходила!- кричала про себя Эмити, изображая плач.
Луз еле вырыла Блайт из толщи снега. Она вытирала снег с лица Эмити, боясь, что события, которые произошли вчера, могут повториться.
-Ох! Прости, пожалуйста! Я не хотела!
От холода пальцы рук Эмити начали болеть, ведь они только начали заживать, а тут такое. Стало легче изображать жертву.
Обе стояли на коленях, они находились на некотором расстоянии от дома, поэтому никто не увидит то, что Миттенс задумала.
Пока доминиканка пыталась вытереть снег со всей Блайт, Эмити схватила Луз за лицо, с двух сторон, и притянула её резко к себе. Носеда лишь успела издать лёгкий писк от неожиданности. Розоватые губы Эмити коснулись губ лишь на мгновение, но этого хватило, чтобы насладиться мягкой кожей губ Луз.