Холодные утра и горячие надежды
Может быть, через день, неделю, а может, через год я избавлюсь от тревожных мыслей, которые преследуют меня с ранних лет. Живя в городе с минимальной развитостью, я почти не имела друзей.
Я ходила в единственную в моём округе гимназию. Она ничем не отличалась от других школ — от гимназии у неё было только название. Я не всё помню из учебных дней там, но иногда воспоминания всплывают и тут же исчезают.
Расскажу про один из таких дней.
— Варя, подъём! Опоздаешь — будешь сама Александре Степановне объяснять, почему не пришла вовремя!
Снова вставать, снова школа. Никогда не любила просыпаться в холодное зимнее утро, когда окна запотевают от мороза, а в щелях рам серебрится иней. Стоя у окна, прислонив прохладные руки к раскалённой батарее, я ждала, когда вскипит чайник. Мама приготовила мне вещи, ещё тёплые от утюга. По телевизору крутили вчерашние передачи, и казалось, будто он завис — одно и то же каждое утро. Попивая чёрный чай с какой-то приторно сладкой конфетой, мама собиралась на работу.
Прошло минут двадцать, и я уже сидела на стуле у прихожей, ожидая звонка от папы. Он уходил раньше, чтобы прогреть машину, и я не дрожала в студёном салоне. В дороге радио вещало бодрым голосом: диктор болтал с собеседницей, зачитывая прогноз погоды. Синоптики — какая скучная работа! Мой портфель больше напоминал детский ранец, который носят до конца начальной школы. Розовый, с нелепым рисунком во всю ширину.
У гимназии я ждала подругу, с которой дружила с трёх лет. Но, как назло, просидев у входа двадцать минут, я так и не дождалась её. Странно. В тот день меня снова обозвали заучкой и «глупой отличницей», которая выделяется лишь оценками. На олимпиаде по математике я взяла первое место. Меня наградили в актовом зале, вручив грамоту и медаль. Почему никто не хлопал? Ладно...
После уроков папа отвёз меня на тренировку по бальным танцам. Что меня там держало? Желание родителей.
Так проходили мои дни в восемь лет. До одного воскресного утра.
Проснувшись, я зашла в гостиную и увидела коробки и раскрытые чемоданы.
— Мы куда-то собираемся? — спросила я сонно.
— Переезжаем, — коротко ответила мама.
Это было десять лет назад. Моя жизнь изменилась кардинально.
Теперь я живу в Екатеринбурге, заканчиваю 11 класс. Уже семь лет занимаюсь волейболом, и тренеры из других городов приглашают меня в свои сборные. Следующим этапом должна быть молодёжная лига, но мне восемнадцать... Я опоздала на два года. Возьмут ли меня?
Всё началось случайно: летним днём я гуляла возле спорткомплекса и увидела девушек с документами. Они смеялись и плакали одновременно.
— Почему они так? — спросила я у мамы.
— Наверное, закончили олимпийское училище, — предположила она.
— Баскетболистки?
— Скорее волейболистки. У них статные ноги. Хочешь попробовать? В городе есть хорошие тренеры.
С тех пор я тренируюсь на пределе. Мой круг общения узок — три человека, с которыми провожу всё время. Мы до сих пор обсуждаем «суперлигу» и переходы в известные клубы. Для них это не столь важно, но я волнуюсь. Тревога накатывает внезапно: на прогулке, во время матча... Не думаю, что это расстройство, но сомнения есть.
Говорила с мамой о просмотре в другой команде — каждый раз отказ.
— Я отсюда не уеду, — оправдывается она. — Снова переезд...
А что, если рискнуть самой? Уехать в другой город и попасть в команду мечты?