Бонус.
Прошло уже целых три года, как Тэхен дал шанс Мистеру Чону. И каждый раз он твердил себе, что сделал правильный выбор. Он не жалел ни одного дня за эти три года. Эти несколько лет были самыми лучшими в его жизни. Произошло очень много моментов и изменений. Например: Джин и Чонгук начали очень хорошо общаться, да и так получилось, что оказывается лучший друг Чона — Намджун, и тот был влюблён в Джина. А потом, все узнают, что именно они и столкнулись в тот день в аэропорту. Когда они увидели друг друга снова, на одной из встреч, когда Чонгук с Тэхёном решили познакомить близких друзей, Джин настолько перепугался, когда увидел Нама, что разбил свою любимую чашку, на что Джун купил ему таких же ещё семь.
Потом у Чимина и Юнги произошло пополнение. У них родился красивый омега. Сейчас ему уже полтора годика, а первое его слово было «отец». Юнги тогда прыгал по всей квартире, а Чимин насупив губы, смотрел на этого счастливо мужа, но ровно через минуту, их сын проговорил слово «папа», из-за чего Пак тут же подорвался с места и начал прыгать вместе с Юнги, радуясь за своего сына.
Но что сказать про пару Чонгука и Тэхёна? То у них всё хорошо. Альфа просто погрузился в отношения с Тэхёном. Он настолько его любит, что ходил и оберегал от всего. Каждую маленькую прихоть омеги выполнял. Берёг его, как зеницу ока. Целовал, обнимал, снова целовал.
Тэхён же, равно через год всё-таки решился переехать в Сеул. Сначала он сказал это Джину, на что тот поддержал его. Так как Чонгук не мог постоянно находится в Тэгу из-за работы, то приходилось уезжать на две недели в месяц в Сеул.
Тэхён рассказал о своём решении, когда они смотрели фильм в гостиной, укрывшись пледом. От радости, Чонгук вскочил с дивана, но всё произошло так быстро, что тот совсем позабыл про цветок около дивана и разбил его. Тогда альфа настолько перепугался, ведь этот цветок, был подарком от Джуна Джину. Тогда альфе пришлось не сладко. Джин за этот цветок, что подарил любимый альфа, готов был прямо сковородкой убить Чона, но Тэ подоспел вовремя и всё обошлось.
На весь переезд и решения о переводе в другой университет, им потребовалось меньше месяца. Ну да, тут пригодились деньги и статус альфы. Ведь благодаря этому, Тэхёна быстро взяли в университет, о чем кстати Чон сразу сознался, но Ким тогда понял его, и не став обижаться или кричать, омега просто обнял и сказал «спасибо». И вот Тэхён теперь учится в одном из Сеульских университетов, где нашёл очень много друзей, а образование, честно признать, получше будет, чем в Тэгу.
Каждый день Тэхёна забирает Чонгук на машине и сегодняшний день не исключение.
— Устал, солнышко моё? — Чонгук не перестаёт так называть своего омегу.
— Често, устал. Профессор сегодня устроил одну работу, да очень сложную. Слава богу с напарником повезло и получили хорошую оценку, — делится Тэхён своему мужчине, что слушает его внимательно.
— Ну вот и хорошо, — целует Тэхёна альфа в щёчку и заводит свою машину, направляясь в их дом.
Пара живёт всё в том же особняке, хотя Чонгук предлагал переехать в другой дом или даже в квартиру, но Тэ на отрез отказался, по неизвестным для Чона причинам.
Машина заворачивает в сторону дома и подъезжает к главному входу.
— Гук, тебе сегодня больше никуда не надо? —
как-то неуверенно спрашивает Ким и это тут же замечает альфа.
— Нет, а что случилось, Тэ? — настороженно уже смотрит на омегу Чон. Возможно Ким такой нервный из-за предстоящей течки, которые он проводит только с Чоном. А проводят они только, если Чонгук его обнимает или целует, но ничего большего они не делали.
— Сегодня вечером... Давай посмотрим фильм, — робко цедит омега.
— А, ты так из-за фильма нервничаешь? Посмотрим конечно. И чего ты расспереживался? Ты ведь знаешь, как я люблю смотреть с тобой фильмы, и никогда не откажу тебе в этом, — обнимет Чонгук Тэхёна, а у того сердце выпрыгнуть хочет. Кима явно не отказ фильма волновал.
*****
Вечер подкрался очень тихо и незаметно. Альфа с омегой уже сидели за просмотром кино. Но кто бы из них знал, что оба совсем не смотрят и не вникают в суть происходящего там. У самого Тэхёна уже усилился запах, а по внутренним сторонам ляжек уже начала стекать смазка. Тэхён это чувствует и поэтому действовать нужно скорее. А у альфы уже колом всё стоит. Он уже подумывает пойти и выпить специальные таблетки, но когда уже собирается вставать, чувствует на своём запястье нежные и длинные пальцы Тэ.
— Чонгук~а... — нежно и тихо начинает Тэ, а Чон медленно переводит заинтересованный взгляд на омегу.
— Да, солнце? Чего-то хочешь?
— Хочу, — тянет на себя Тэ альфу и так получается, что теперь Тэхён лежал прямо под мужчиной, а руки Гука находились по обе стороны от головы Кима.
— Ты чего, милый? — Чонгук знает, что у того сейчас течка в разгаре, но вот таких действий от Тэхёна никогда не было.
Ким не отвечает, а только берет руками лицо Чона и приближает его к своему лицу, начиная оставлять поцелуи на каждом участке лица, попутно ёрзая на диване от нетерпения и ужасного дискомфорта. Каждое действие не уходит от внимания Гука.
— Тэ, хэй, ты уверен, что хочешь этого? — уже хриплым голосом спрашивает Чон, ведь возбуждение растёт всё больше и больше. В штанах до ужаса упирает член, но нужно терпеть.
— Чонгук, я хочу тебя. Давай, эту течку ты мне поможешь не только присутствием и поцелуями, — Ким не спрашивает, он утруждает, а Чонгук и не отказывает. Этого дня он ждал долго, очень долго. Все течки, что он провёл с Тэ, ему приходилось так же пить таблетки. Эти таблетки были из Германии. Стоили дорого, но благодаря им, альфа все течки Кима проводил спокойно. Так же и в период гона. В его гон, благодаря таблеткам и присутствием омеги было достаточно. Вот так они и обходились все три года. Но вот наконец-то пришёл этот день, когда Тэхен сам попросил, сам захотел.
— Ты моё солнце, как же я счастлив. Боже, — сам теперь целует Гук омегу, да в самые губы. Поцелуй альфа сразу углубляет, да с таким напором, от чего слышится первый, но тихий стон Кима. По всему телу альфы проходит табун мурашек, а дыхание становится тяжёлым. Чон прервав сладкий и такой горячий поцелуй, начинает расцеловывать шею, ключицы, маленькие плечики омеги. Целовал он нежно, не грубо.
Сняв с Кима футболку, перед ним открылась грудь, что вздымалась и опускалась очень быстро. Не смог долго любоваться ею альфа и тут же начинает её покрывать поцелуями, попутно говоря, какой же Тэ прекрасный. Последний только и делал, что тяжело выдыхал и сжимал простынь своими ручками. Поцелуи Чонгука были невероятными, а новые места для них, одаривали Кима приятными мурашками.
Альфа встает с дивана и сняв с себя майку и штаны, вновь наваливается над омегой. — Я сниму с тебя сейчас штаны и нижнее бельё. Ты только не стесняйся, хорошо? Помни, ты невероятен. — Ким кивает и прикрывает глаза, когда чувствует, как пальцы альфы начали снимать с него домашние штаны, заодно подцепив и нижнее белье. И вот в один момент Тэхён полностью остаётся голым перед альфой. Худые и длинные ноги, так и хотят сомкнуться, а руками прикрыть орган. — Не стесняйся, — повторяет мягко Чон, целуя так же в губы.
Руки скользят по изгибам тела омеги, а когда пальцы дотрагиваются до члена Тэ, из его рта выходит протяжный стон.
— Твои стоны — услада для моих ушей, — голос альфы хрипит от нетерпения, и наконец-то сняв с себя белье при этом, выдохнув с облегчением, берет в ладонь своё достоинство и проводит по нему несколько раз.
Тэхён ещё немного лежал с закрытыми глазами, но тут же их открывает, как чувствует около пульсирующего колечка, из которого так и течёт в большом количестве смазка, пальцы альфы.
— Ч-Чон... — пугливо смотрит на Чона, а тот быстро и легко проводит по розовым щечкам омеги и говорит: — Всё будет хорошо, Тэ. Доверься мне. — И приникает одним пальцем в нутро и тут же слышит некий писк сверху, а когда слышит тихий вдох, добавляет второй, и сразу же чувствует руки на своих плечах. — Гук~и, мне неприятно, — хнычет омега.
— Пройдёт, Тэ, это пройдёт, — и добавляет последний третий палец.
— Ммм, — болезненное мычание слышит альфа и хочет он уже отстраниться, извиниться, расцеловать своё чудо, но руки на плечах не дают этого сделать.
Тэхён привыкает и уже пытается сам насаживаться, и Чонгук выдыхает, а напряжение и беспокойство уходят на второй план. — Молодец, солнышко, я тебя люблю, слышишь? — поднимает свой взор на омегу, а тот еле улыбается ему, а после шепчет: — Я готов.
Чону повторять по два раза не нужно. Высунув с протяжным стоном омеги пальцы, Гук встаёт с дивана и подойдя к одному из ящиков, открывает его, и достаёт лубрикант, и быстрым шагом возвращается к лежащему Киму. Налив смазку на свой член, он подносит его к дырочке омеги и сглотнув, медленно входит в Кима.
— Ч-Чонгук, больно, — слышит Чон Тэхёна и оставляется на секунду. Член почти полностью внутри и сделав последний толчок с громким визгом Тэ, тут же приближается ближе к лицу любимого и целует в его носик, его сладкие губы, в щёчки.
— Малыш, солнышко, прости, прости, — шепчет Чон, попутно сцеловывая несколько упавших слез, — всё позади, слышишь? — кивок омеги и Чон делает первый пробный толчок. Не увидев никаких болезненных изменений в лице, Чон начинает медленно входить и выходить из омеги. Минуты боли проходят, а на место них приходят сладкие и удовлетворённые стоны Кима.
— Ах, Гук, как хорошо, — дышать тяжело, но успевает проговорить Ким.
— С сума сойти, — закатывает глаза от удовольствия альфа. Все эти месяца терпения были не зря. Если бы Чон знал, какой приз ему достанется, он бы ещё пять лет мог ждать Кима.
Остаётся ещё несколько толчков до конца и они изливаются одновременно. — Можешь дышать, Тэ, — кидает смешок альфа, после того, как отходит от невероятной разрядки, видя, как омега застывает не дыша, но довольный.
— Дышать? А, дышать, да... — дышит Тэхён тяжело, как и собственно альфа. Но проходит немного времени, как омега не выдерживает и всё-таки засыпает. Чон это тоже замечает и не мешая сну, кладёт Тэ к себе на грудь, поглаживая мягкими движениями ягодицы Тэ.
— Надеюсь, ты меня не прикончишь, когда узнаешь, — с виноватой улыбкой и шёпотом проговаривает Чонгук и сам закрывает глаза. — Спокойной ночи, солнышко, — целует в висок Тэ альфа и укладывает свою голову на подушку, укрывая обоих пледом, что был подобран с пола, благо тот находился рядом.
*****
Две недели спустя.
— Андрей, я тебе обещаю, что в скором времени...
— Чёртов, Чон Чонгук! — вдруг со второго этажа доносится крик Тэхёна, да и ещё какой... С рыком. Вырос тигрёнок, называется.
— Андрей, у меня походу проблемы. Перезвоню позже, — заканчивает звонок альфа и спешит на второй этаж к грозному тигру. Альфе остаётся надеется, что ему не откусят его достоинство.
Альфа поднимается и заходит в их общую спальню, но не найдя там Тэ, заходит в ванную комнату, где перед зеркалом стоит омега, держа что-то в руке.
— Ты чего, малыш? Что случилось? — спокойно спрашивает альфа, а услышав его, Тэхён направляет свой яростный взгляд прямо на мужчину.
— Скажи мне, пожалуйста, дорогой мой альфа. Когда мы с тобой провели мою течку, а по окончанию нашего первого секса, ты куда излился? М? — хищный оскал появляется на лице Тэ, а Гуку даже страшно становится. Это точно его солнце, доброе и уютное, что букашку не обидит?
— Ну, Тэ, понимаешь... — хочет оправдаться Чон, но его тут же толкают назад, и тот снова оказывается в спальне.
— Ну что, с пополнением нас, Мистер изливатель сперматозоидов, — и тут, взяв ладонь Гука, кладёт в неё тест на беременность с двумя полосками. — Не подходи ко мне больше сегодня, — под конец проговаривает Тэхён и выходит из спальни, показушно хлопая громко дверью.
Чонгук же стоял и не верил своим ушам и глазам. У них с Тэ будет малыш... Малыш, о котором мечтал давно альфа. Эгоистично? Да, но Тэ сам недавно начал заводить темы про детей и задавать вопросы наподобие: «А если у нас будет альфа или омега, как ты их назовёшь?» или «А кого ты хочешь? Мальчика или девочку?». Поэтому Чонгук слишком удивился реакции Тэ. Неужели он не хочет детей? В груди альфы, что-то больно екнуло и убрав эти мысли из головы, начинает думать, что теперь делать с Тэ. Ладно, до вечера поживём и увидим.
*****
Тэхён как обычно идёт в свой любимый сад, где присаживается на скамейку. Теперь в саду их несколько и все они разные. Какая-то с мягкими сидушками, какая-то качается, а какая-то даже висит на веревках. Но омега сейчас предпочёл, что-то помягче.
Ну вот, что ему сейчас делать? Этот альфа... Ладно хоть омеге учиться осталось немного, а то Тэ бы этого мужчину без сардельки бы оставил, хотя признаться честно, она вытворяет головокружительные вещи. Да и в тот же момент, омега и сам недавно начал задумываться о детях. Чону уже тридцать, а детей всё нет и нет. Ладно, пусть этот ребёнок зачат без взаимного согласия, но всё равно он желанный и уже любим.
Тэхён дотрагивается до своего, пока ещё плоского животика, и немного поглаживает его. — Эх, малыш, теперь в семье не только одно солнышко будет, — улыбается своим же словам Тэ.
*****
Ким сидел в саду до момента, пока одна из работниц не сказала, что Мистер Чон беспокоится о нём и боится, что тот может заболеть. На улице уже вечер, да и похолодало уже. С тяжёлым вздохом Ким
всё-таки слушается и идёт в дом. А зайдя туда, его тут же ловят крепкие руки.
— Моё солнце не замёрзло? — беспокойно спрашивает альфа и целует в нос, проверяя, не холодный ли он.
— Не замёрз, — в голосе до сих пор слышится обида.
— Хочешь, я тебе чай с ромашкой сделаю? — предлагает Чонгук, зная, что Ким ни в коем случае не откажется.
— Хочу, — бубнит Ким, отворачивая в сторону голову.
— Как скажешь, — последний раз чмокает в губы Чонгук и быстро уходит на кухню, где заранее поставил чайник. Так сказать, план Б у него был, если бы омега до сих пор обижался на него.
За ним на кухню заходит Ким и присаживается за стол. — Что будешь кроме чая? — заботливо и с улыбкой спрашивает Чон у омеги, а тот тает даже. Ну как можно обижаться на этого альфу?
— Можешь дать шоколадный батончик из холодильника. — И Чонгук тут же выполняет просьбу.
Налив чай Тэ, а себе сок, альфа присаживается напротив омеги. — Ты... Ещё обижаешься на меня?
— виновато смотрит на Кима Чон, а тот сделав глоток бросает: — Неа, — и кусает батончик.
— Так, ты не против ребёнка? — вопрос звучит очень твёрдо. Если Тэ не нужен этот ребёнок, то альфа поймёт и ни в коем случае не бросит того. Но все плохие мысли тут же покидают его, после того, как слышит ответ Тэ.
— Не против, Чонгук, — а после улыбается альфе своей солнечной улыбкой.
— Тыж моё солнышко, — подрывается со стула Чонгук и опустившись на колени, обнимает того за талию, положив голову на бёдра Кима. — Как же я счастлив. Ты даже не представляешь.
Тэхён заботливо начинает гладить по волосам Чона, — представляю, Гук, представляю, потому что я тоже счастлив с тобой.
*****
Семейная жизнь пары меняется моментально. Сначала токсикоз, потом странные просьбы Тэ, потом ужасные перепады настроения, но пара всё проходит. Чонгук ни на шаг не отходит от омеги. Ребёнок, это тот, за которого берут ответственность оба родителя и Чонгук это понимает, поэтому выполняет каждую просьбу любимого, не кричит на того, если тот становится уж слишком нервным и рассеянным. По вечерам они ложатся вместе и альфа не перестаёт в такие моменты, гладить и целовать выпуклый живот Тэ. А тому щекотно иногда, но Чон ничего не может с этим поделать, уж больно ему нравится.
Через несколько месяцев происходят первые толчки малыша, узи, на котором они узнают, что у них будет альфа, а потом и сами роды. Все родные и друзья были взволнованны, как никогда, а в особенности Гук. Ему даже пришлось выпить успокоительные. И вот наконец-то он слышит эти заветные слова: — У вас родился крепкий и здоровый сын, а с папой всё хорошо, он большой молодец.
Альфу впустили к своим крохам через несколько часов из-за того, что омеге нужно было отдохнуть, но альфа ждал.
Заходя в палату, он тут же замечает омегу, а на его груди маленький комочек.
— Тэ, — на глазах альфы скапливаются слёзы счастья. Он не может поверить, что у них родился сын, — малыш мой, дорогой, — Чонгук подходит всё ближе и ближе к койке, а омега на него смотрит с улыбкой.
— Чонгук, он так похож на тебя, — с хриплым голосом произносит Ким.
Чонгук сначала целует в щеку омеги, а после смотрит на их малыша. Он... Он такой маленький, хрупкий и самый красивый. — Можно? — спрашивает альфа, а Тэхёна сразу понимает, о чем он и аккуратно протягивает Чону их ребёнка. Бережно и правильно, как его учили, Гук берет альфочку в руки. — Боже, а ты тяжёленький, Чон Сыбом, — тихо смеётся Чон, но не удерживается и целует в этот маленький носик, — он прелестен, Тэ, — смотрит на счастливого Кима Чон.
— Я знаю, Гук, знаю, — выдыхает тот.
— Спасибо тебе, солнышко, ты не представляешь, как я тебя люблю.
— И я тебя люблю, Чонгук.
Конец.