Глава 22
- Да и ступеньки там не крутые, - протянул Кэден. – Не думаю, что она могла сама упасть.
- Ты плохо знаешь мою сестру…
- Нашу сестру, - поправил Бренда Дэниэль.
- Да, - исправился тот, - нашу сестру. Она может упасть и на ровном месте. Сайли могла замечтаться и покатиться вниз.
- Ходит и мечтает? – улыбнулся Аллен и посмотрел на Крейка – Интересно, о ком?
- Странно, что наших матерей ещё нет, - протянул тот, меняя тему.
- Они скоро появятся, как только успокоят рыдания друг друга, - хмыкнув, сказал Кэден.
- Да, отцы запретили им подниматься наверх, пока не успокоятся. Мы встретили их на лавочке у входа в больницу, когда шли сюда, - подтвердил Дэниэл.
- Тогда их приход может затянуться, - улыбаясь, протянул Крейк, и тут же резко отошёл от стены, а другие оборотни вскочили со своих мест, когда увидели, что одна из медсестер направилась в палату Сайли. – Она ещё спит, - остановил её Крейк, а Аллен и Бренд преградили дорогу.
Кэдэн принюхался к содержимому её подноса с лекарствами и спросил:
- Что это?
Девушка побледнела как полотно, и на подносе звякнули лекарства от того, что её руки дрогнули.
- Мне нужно… сделать укол, витаминный, - боязливо прошептала она.
Дэниэл взял медсестру за предплечье и отвел в сторону, примирительно сказав:
- Пусть она поспит, мы позовем вас, как проснется.
Девушка быстро кивнула и поспешила покинуть опасное место. Оборотни снова заняли свой пост напротив поста медсестёр.
- А Сайли ничего не вспомнила? Кто её толкнул? – спросил Бренд и Крейка.
- Ты ей сказал? – удивился Аллен.
- Да, - ответил Крейк. – Она случайно услышала мой разговор с полицейским и пришлось рассказывать. Она ничего не почувствовала, - посмотрел Крейк на Бренда, отвечая на его вопрос. - Говорит, что сама виновата, была неуклюжей.
- С трудом верится, нашу грациозную Сайли вряд ли можно назвать неуклюжей, - протянул Кэден. – Хотя, если она мечтала о ком-то? - добавил он, глядя на Крейка и загадочно улыбаясь.
Мужчине надоели сальные намеки его братьев, и он решил вернуться к жене и посмотреть, не проснулась ли она. Крейк тихо зашел в палату и прикрыл за собой дверь.
- Можешь не красться, я уже не сплю, - услышал он голос девушки. Она посмотрела на него.
- Доброе утро, - сказал мужчина и, подойдя к жене, погладил её по щеке. – Тебя разбудили?
- Нет, Крейк, я сама проснулась. Но спасибо, что избавили меня от укола, - девушка откинула одеяло и встала. – Но прежде чем увидеть наших родственников, я хотела бы привести себя в порядок.
- Ты и так в порядке, - сказал Крейк, улыбаясь.
- Ты заинтересованная сторона, - улыбнулась Сайли, обходя его. – Пожалуйста, найди мне зеркало, его нет в ванной комнате.
Девушка зашла в ванную и закрыла дверь. Крейк подумал, что зеркал нет во всём травматологическом отделении, чтобы пациенты, а в особенности пациентки, не расстраивались, рассматривая себя. Сайли выглядела неважно: синяки на лице почернели, а правая скула даже опухла, и возле волос на лбу красовался длинный неровный шрам ужасающего вида. Но для Крейка она всё равно была самой красивой, хотя девушка бы с ним сейчас вряд ли согласилась.
Через десять минут Сайли вышла из комнаты, одетая в халат и с убранными волосами.
- Ты нашел зеркало?
- Нет, Сайли, не нашел. Во всей больнице ни одного.
- Я настолько плохо выгляжу? – грустно улыбнувшись, спросила она.
- Настолько хорошо, что не нуждаешься в зеркале.
- Врунишка, - протянула девушка и снова забралась в кровать.
- Я скажу, чтобы тебе принесли завтрак, - перевёл он тему разговора.
Сайли скривилась и ответила:
- Я не ем так рано.
В ту же минуту дверь открылась, и на пороге появился Бренд с подносом еды в руках. Он секунду рассматривал её синяки с яростным видом, а потом справился с собой и весело улыбнулся:
- Привет, неуклюжая сестра, - подойдя ближе, Бренд поцеловал Сайли в лоб. Он поставил поднос на кровать и сказал: - Ты в больнице, и должна следовать графику, так что придется есть человеческий завтрак по расписанию
- Здравствуй, Бренд. И чем он отличается от волчьего? – улыбнувшись, спросила Сайли, рассматривая содержимое его подноса.
- Вот съешь и расскажешь нам, - протянул с порога Дэниэл и тоже зашел в палату, неся поднос с едой. Когда девушка к нему повернулась, улыбка мужчины дрогнула, но он, быстро справившись с собой, поцеловал Сайли и поставил свой поднос возле первого.
Сайли поздоровалась с ним и удивленно взглянула на входящего Аллена, который тоже принёс завтрак.
- Здравствуй, Аллен, - поздоровалась она после того, как мужчина её поцеловал и протянула: - Ты не заметил, у меня уже есть еда.
- Да, но ты должна выбрать, какая вкусней, - улыбнулся Кэден, заходя в палату с подносом. – Мы поспорили, чей завтрак тебе больше понравится.
Сайли уставилась на четыре подноса, на которых стояли разные блюда. А потом посмотрела на мужчин, которые расположились в палате и в ожидании глядели на неё. Девушка взяла с каждого подноса по стакану сока и поставила на сдвижной столик перед собой.
- Ничья, - протянула она и отпила сок.
- Против правил, - сказал Крейк и поставил на её поднос гренки, мисочку мясного паштета, запеченные перепелиные яйца и овсяную кашу, которые взял с четырёх подносов.
Девушка в раздражении посмотрела на него, но ничего не сказала. Оставшуюся еду Крейк забрал себе и поделился с братьями. Сайли хмуро глотала свой вынужденный завтрак, пока мужчины, с удовольствием поглощая еду, весело шутили о больницах и больных, о том какими капризными они бывают.
Веселье мужчин продолжалось, пока в палату не зашли Гордон и Маркос, которые, увидев девушку, вместе яростно зарычали, только Маркос тихо, а Гордон очень громко. Идущего за ними врача как ветром сдуло.
Сайли попыталась улыбнуться:
- Не пугайте моего врача, хватит с него Крейка и разноса, что он вчера устроил. Привет папа, Альфа, - кивнула она подошедшим мужчинам, которые по очереди её обняли. – А где мама и Полайя?
- Скоро придут, - ответил Маркос и сел возле дочери.
Гордон сел с другой стороны:
- О тебе здесь хорошо заботятся?
- Конечно, здесь же ваш сын, - сказала Сайли и неожиданно покраснела. – Но он не даёт мне зеркало, - шутливо пожаловалась она. – Вы должны его заставить.
- Тебе не надо зеркало,- ответил Гордон. – Ты у нас всегда красавица.
- Значит, - протянула Сайли, - все действительно очень плохо.
А потом с порога она услышала громкий всхлип Настии, а за ним вздох Полайи.
- На выход!!! - заревел Гордон, и женщины, плача, скрылись в коридоре.
- Ты только что разбудил всех больных, - протянул Аллен улыбаясь и вышел за женщинами.
- Нечего разводить здесь сырость, - спокойно сказал Маркос, поддерживая Гордона. – Ты поела, дочка?
Сайли закатила глаза.
«Оборотни очень заботливы и даже иногда чересчур…Но, кажется, об этом я тоже уже писала…»
К вечеру Сайли чувствовала себя фарфоровой статуэткой, которую боялись разбить или поцарапать, с которой сдували пылинки, поставив на пьедестал. Оставили её в покое только часам к семи, когда она убедила чересчур заботливых Настию и Полайю, что сама в стоянии помыться. Но они оставили её только после того, как сдерживая ахи и охи, которые обещали сдерживать, помогли Сайли раздеться и забраться в ванную. После этого девушка наконец смогла расслабиться в теплой воде и побыть одна, подумать о произошедшем.
Она потеряла Рейна, потеряла свободу, потеряла своего ребенка – и все это за каких-то полторы недели. Но у неё появился Крейк…
Девушка боялась думать о нем. Она не знала, что думать: раньше она боялась его, ненавидела, не могла терпеть, а потом вдруг позвала на помощь, и он пришел. Пришел и спас её. Но это не совсем верно: он спасал её много раз, просто она не обращала на это внимания. Он спас её на погребальной церемонии, защитил своей силой, спас перед свадьбой, уступив её просьбе, спас от своей ярости там, на поляне посреди леса, а потом спас в больнице своей заботой и нежностью. Теперь она больше не боится, не так сильно, не ненавидит и может терпеть, даже хочет терпеть. Теперь она хочет, чтобы он был рядом, а почему и сама не знает, просто хочет. Может, это все обряд Связывания в Непреложную пару, из-за него её волчьи гены взывают к нему? Но Сайли была волком только наполовину и не была уверена, что дело в генах. Она не была уверена ни в чем, что касалась Крейка.
Мужчина зашел в комнату и вдохнул аромат своей жены. Она была в ванной, и он не хотел её беспокоить. Крейк думал о том, как изменилась Сайли со вчерашнего дня после её «Догони меня!». Он догнал и больше не отпустит, но, кажется, и она не хотела больше убегать. Это безумно радовало, вселяло надежду, окрыляло. Но мужчина боялся, боялся радоваться раньше времени, вдруг она снова устыдится, испугается, закроется от него. Вдруг снова пожалеет, что умер не тот брат? Крейк не хотел об этом думать и не думал. Теперь она его, и он её не отпустит, даже если девушка об этом попросит, даже если будет молить его. Но, пожалуйста, Небо, пусть этого не случится!
Мужчина не удержался и заглянул в ванную комнату. Сайли сидела в воде, думая о чем-то приятном, и Крейк улыбнулся:
- Мечтаешь?
Девушка встрепенулась и поджала ноги, скрывая своё тело. Крейк напрягся.
- Я не слышала, как ты вошел, - протянула Сайли, не глядя на него.
- Я тебе помешал? – тихо спросил он.
-Нет, Крейк, ты не помешал, - ответила девушка, услышав напряжение в его голосе. – Просто неожиданно.
- Мне уйти?
- Это и твоя комната.
- В последнюю неделю – не совсем.
- Я не выселяла тебя, - оправдалась Сайли, покраснев. – Ты сам ушёл.
- Не будем снова обсуждать это, - раздраженно сказал Крейк и развернулся, чтобы выйти.
Но замер, когда она спросила:
- И кто сейчас убегает?
Он резко повернулся:
- Я не понимаю тебя, Сайли, что ты хочешь от меня?! То ты заигрываешь со мной, соблазняешь, то пугаешь и закрываешься от меня, как сейчас. Определись уже, что чувствуешь ко мне!
- Я не закрывалась, - покраснев, ответила девушка. – Просто не хотела, чтобы ты видел мои синяки.
- Я их уже видел.
- Не все…
Воцарилась тишина. Крейк заставлял себя поверить, что она стесняется своих ушибов, а не хочет, чтобы он ушел. Но так сложно поверить, когда до этого было по-другому. Он глубоко вздохнул и не смог выдохнуть, когда она тихо спросила:
- Ты останешься на ночь?
Крейк прикрыл глаза, борясь с желанием любить её прямо в ванной.
- Плохая идея, волчонок, - повторил он свою любимую фразу.
- Нет, волчонок, - улыбнувшись, обратилась она к нему, - не плохая.
Мужчина удивлённо поднял брови:
- Волчонок?
- Я решила, что если ты тоже будешь вести себя как маленький, и я вправе называть тебя так.
Крейк зарычал и подошел к ней, а потом достал из ванны мокрую жену и понёс в спальню. Он положил свою драгоценную ношу на кровать, и девушка попыталась прикрыть грудь. Крейк отвел её руки:
- Не закрывайся от меня.
- Я сейчас некрасивая…
- Ты всегда красивая, всегда, - мужчина наклонился и поцеловал её в шею, а затем немного прикусил кожу. Сайли прогнулась в сладкой истоме и ухватилась за его плечи, чтобы не отпускать от себя. Крейк оторвался от поцелуев на её шее и отвел руки Сайли, прижав их к матрасу. – Не провоцируй меня, луна, ты ведь помнишь, что сказал врач.
Сайли забыла, что говорил врач и все люди вместе с ним, когда Крейк назвал её «луной» (так волк называл свою волчицу, которая была очень ему дорога). Она прикусила губу, и глаза её увлажнились. Во взгляде мужчины появилось беспокойство, и он скатился с неё, боясь, что причинил боль:
- Что-то болит?
Сайли не справилась с голосом и только отрицательно покачала головой, сильнее прикусывая губу, чтобы удержать слёзы. Крейк терялся в догадках, он не чувствовал от неё боли или страха, только щемящее чувство растерянности. А потом она прикрыла глаза, и одинокая слеза скатилась по щеке девушки, мужчина замер, боясь спровоцировать её на большее, а его сердце рвалось от боли за неё. Не открывая глаз, Сайли тихо прошептала:
- Будь со мной сейчас, пожалуйста. Люби меня.
Крейк тоже прикрыл глаза и сжал кулаки:
- Сайли, милая, тебе нельзя пока, ты не совсем здорова.
- Не отказывай мне, пожалуйста…
- Что ты делаешь со мной? - прошептал Крейк, зарываясь в её волосы. – Так нечестно. Мы не должны.
- Мы должны, Крейк, должны! - шептала она, обхватив рукой его голову. – Пожалуйста…
Крейк поцеловал её в висок и прошептал:
- Никогда не думал, что ты будешь просить об этом, а я отказывать.
- Так не отказывай.
Мужчина потерял силу воли и уступил, начав страстно целовать её тело. Она загорелась, мгновенно отвечая на поцелуи и ласки, отдавая взамен такие же жгучие прикосновения. Крейк снова лег на неё, опираясь на локти, чтобы не раздавить и стал жадно целовать в губы, а Сайли закинула свои руки ему на спину, с силой сжимая кожу. Мужчина начал срывать с себя одежду, когда уловил в комнате чужой запах, он мгновенно ощетинился и зарычал на незваных гостей, защищая свою самку. А потом изловчился и прикрыл её покрывалом.
- Тебе что, шестнадцать лет? - спросил Гордон сына, с трудом сдерживая ярость.
Сайли не сразу поняла, что произошло, а осознав, что они с Крейком больше не одни в комнате, укрылась под одеялом с головой.
- Что ты здесь делаешь? – тихо прорычал Крейк отцу и глянул на свою мать, застывшую у входа.
- Это я у тебя хочу спросить: что ты здесь делаешь? Или ты забыл, что вчера пережила твоя жена? – бушевал Гордон.
Крейк немного остыл от осознания, что отец, наверное, спас его от ошибки, о которой бы он жалел.
- Я помню, - тихо ответил он.
- Тогда оставь её в покое, если не хочешь, чтобы я выгнал тебя из дома на пару недель! – разозлился Гордон.
- Пару недель?! – воскликнула из-под покрывала Сайли. – Врач говорил о нескольких днях!
- Ты посмотри на неё, несколько дней! - Гордон удивленно поднял брови и глянул на свою жену: - Видишь, Полайя, никого здесь не надо спасать от страсти нашего сына. Может, это его надо спасать от чьего-то нетерпения? - сказал он ухмыляясь. Сайли показалось, что и сквозь покрывало видно, как она покраснела. - Пять дней, - вынес свой вердикт Гордон, – так мне сказал доктор. А теперь разошлись по разным комнатам и спать!
- Мы можем спать и в одной, - раздраженно заметил Крейк.
Гордон, не привыкший, что с ним кто-то спорит, зловеще прошептал:
- Ты можешь спать и в нашем городском доме. Думаю, там тебе будет удобней всего. Так и решим. Точка!
Сайли поборола стыдливость и выглянула из-под одеяла:
- Не наказывайте Крейка за меня, пожалуйста. Это я виновата, он был против.
- Он твой волк, а значит, несет за тебя и твоё здоровье ответственность, - безапелляционно сказал Гордон и указал сыну на дверь.
Крейк хмуро глянул на отца, но признал его правоту: он не должен был забывать о здоровье Сайли, чего бы они так страстно не хотели. Мужчина посмотрел на расстроенную девушку и подмигнул ей, чтобы немного ободрить. Сайли грустно ему улыбнулась перед тем, как Крейк вышел из комнаты. Гордон посмотрел на невестку:
- А ты, дочка, отдыхай и набирайся сил, тебе нужно поправляться. И не беспокойся, скучать одна не будешь, - хитро улыбнулся он, намекая, что не оставит её без присмотра. А потом вышел вслед за сыном.
Полайя решительно вошла в комнату и укоризненно посмотрела на Сайли:
- Ну ладно мой сын, у него бушуют гены, но ты? Сайли, ты должна думать о здоровье.
- У меня тоже бушуют гены, - пробурчала Сайли, поворачиваясь на бок и скрываясь от пристального взгляда Полайи.
Женщина села рядом и легко погладила девушку по спине:
- Я знаю, милая, сама такая. Но нужно думать и о другом. Пять дней не так уж и много.
Сайли прикрыла глаза и из них закапали соленые слёзы:
- Я знаю, - прошептала она. – Но за пять дней может многое случиться.
- Ничего не случится, милая, - тихо сказала женщина, понимая опасения невестки: у неё за пару дней случилось слишком многое. – А с Гордоном я поговорю, постараюсь его убедить, что вы будете вести себя прилично, и Крейк может ночевать под одной с тобою крышей. Побыть с тобой немного?
Сайли утерла слезы и не удержалась от согласного кивка. Женщина удобнее устроилась возле неё и гладила спину девушки, рассказывая смешные истории про детство своих сыновей, пока та не уснула.