20
Pov Ира
Глеба отец насильно заставил остаться у нас в доме и жить с нами, чтобы контролировать его порывы. Мне пришлось ухаживать за ним и обрабатывать ему увечья нанесенные отцом.
Параллельно бегать и получать информацию о работе. Папа будто сошёл с ума и начал бредить, что мать жива, что дядя её покрывает. Поэтому теперь наша задача внедриться к нему в жизнь. Но он не хочет общаться, работать и вообще знать как мы живём, он винит нас всех в её смерти...даже меня.
— Ир, прости меня за всё, что я утворил. — хрипит в очередной раз Глеб. — Я люблю тебя пиздец!
— Я же сказала, всё хорошо. Прекрати травить мне душу. — я ворчу и выкидываю старые бинты и вату в мусорное ведро.
— Что там с дядей?
— Папа поехал опять с ним поговорить и пригласить на ужин, манипулируя тем, что я страдаю от того, что мой дядя отрекается от меня, что я очень скучаю по маме и отец не может со мной ничего разделить, а он сможет. Умолчим о том, что я посвящала баллады коньяку всё лето.
— Скорпионова личина.
Снизу послышались крики и возгласы, а потом что-то громко упало. Мы с Глебом переглянулись и оба побежали вниз, ну я побежала, Голубин хромал. Приехал отец и мальчики.
— Я знал! Знал, что это случится!
— Па, что случилось? — мы с Глебом стоим на лестнице взявшись за руки.
— Мурад приедет на ужин! Айжан! Быстро всё приготовить! — кричит мужчина. — Всем быть на ужине, всем готовится!
— Боже, как я хочу быть медузой. Нет мозга, нет сердца, чувств, работы. Есть только буль-буль. — смотрю на Глеба, он смеётся.
Естественно началось подготовка, дом встал на уши. Глеб не мог нормально функционировать, но получил нагоняй от отца и вновь встал на ноги. Дядю я видела последний раз, как раз во втором классе, а после наша жизнь поменялась, больше я его не видела. А сейчас, впервые за много лет, он опять появился в моей жизни. Только при странных обстоятельствах...
Сейчас я сидела перед своим зеркалом и делала макияж, ведь несмотря на то, что это должен быть родственный ужин, отец попросил быть на высоте, как обычно.
В комнату заходит Глеб, с двумя галстуками.
— О, сидит, наносит на себя... как его... ну это...пудрохудаларайтер.
— Я промолчу, хорошо?
— Какой галстук? — он протягивает их мне.
Я выбираю чёрный, всё по классике. Протягиваю блондину.
— На, повесишься, извини, мыла нет.
— Шуточки шутишь?
****
В доме мрак и тишина. Если честно, меня даже морозит. Всей семьей и комнатой стоит около входной двери. Клавдия уже вся извелась, она больше всех начала переживать о том, что отец начал искать мать. Я тихо наслаждалась её страданием.
Входная дверь начала открываться и я схватил Глеба за руку. Он успокаивающе начал поглаживать меня большим пальцем руками.
Заходит огромный поднакаченый мужчина, в котором я узнаю дядю.
— Здравствуйте.
— Здравствуй Мурад, очень рады приветствовать тебя в нашем доме. — отец довольно улыбнулся.
— Я рад, что вы рады. — он с оскалом улыбается, а в руках у него корзинка, накрыта розовым пледом, оттуда доходит жалобный писк. — Племяша? Иди сюда.
Я осторожно подхожу. Осматриваю Мурада с ног до головы.
— Я не люблю церемониться, пойми и не обижайся.
— Эээ... всё хорошо?
— Да, это тебе. — он протягивает мне корзинку и откидывает плед.
А внутри сидит чудестный, маленький добермаша.
— Это мне?!
— Тебе тебе. — дядя смеётся. — О этот взгляд, полный восторга.
— А ты как и раньше, любишь заваливать подарками. — усмехнулся отец.
— Ну это же неплохо, я всегда дарил ей всё самое лучшее.
— Пока не исчез. — сзади раздался голос Клавдии.
— Так, ну что мы стоим, прошу к столу. Ира, отдай пока животное Айжан, она о нём позаботиться.
— Айжан! Сколько лет, сколько зим красавица моя! — Мурад подскочил к женщине и они крепко обнялись.
— Да дорогой, давно не виделись.
Когда все эти церемонии закончились, мы спустя десять минут сели за стол. В этот раз, стоял лёгкий шум и шумели приборы. Мурад рассказывал о моём детстве и о том, как он работал с моим отцом. Казалось, что это обычный семейный ужин, на котором все встречаются каждый день.
— Давайте выпьем, — предложил Мурад и встал из-за стола с бокалом в руке.
— Я очень рад быть здесь, с вами, несмотря на наши прошлые конфликты. Не мог оставить Ирочку в таком состоянии. Откровенно говоря, Ирочка, твой папа сказал, что тебе одиноко, и я здесь, чтобы заполнить пустоту в твоём сердце.
Вот это сладкие речи...
Потом ужин закончился и я всё таки утащилась к собаке, которая ждала меня в зале. На ней был розовый ошейник, ушки ещё маленькие и висели, она весело грызла корзинку, в которой находилась.
— Как же меня тебя назвать, женщина любимая?
Как вам такой поворот событий?