Глава 3.
Когда Ли Союн вошла в кабинет директора, первое, что она увидела — Сонми. Она сидела с идеально ровной спиной, сложив руки на коленях, но самое главное было не это. Главное — это синяки на её запястьях и небольшой след на щеке.
Союн замерла.
Что за...?
Она перевела взгляд на директора, потом на Субона, который стоял у окна, скрестив руки. Он смотрел на неё так, будто заранее вынес приговор.
— Присаживайся, — голос директора был сух и строг.
Союн медленно села, не сводя взгляда с Сонми.
— Сонми, расскажи ещё раз, что произошло, — мягко попросил директор.
Сонми грустно вздохнула и чуть сгорбилась, словно жертва, которой пришлось пройти через ужас.
— Это произошло в коридоре, после уроков, — начала она, её голос дрожал. — Мы с Союн поссорились... и она разозлилась. Начала толкать меня, схватила за руки, ударила... Я пыталась сказать, что мне больно, но...
Она отвела взгляд, словно ей было трудно говорить.
Союн слушала это и не верила своим ушам.
— ЧТО?! — Она резко вскочила. — Ты врёшь!
— Ли Союн! — Директор повысил голос.
— Это ложь! — Союн ткнула пальцем в Сонми. — Я даже не трогала её!
Сонми прикусила губу, её глаза будто заблестели от слёз.
— Зачем ты так? — прошептала она. — Я просто хочу, чтобы ты признала...
— Признала ЧТО?! — Союн почти кричала. — То, чего не делала?!
— Доказательства есть, — вмешался Субон, заговорив впервые.
Союн резко повернулась к нему.
— Какие ещё доказательства?!
— Синяки, — спокойно ответил он. — И свидетели.
— Свидетели?! — Союн чувствовала, что начинает задыхаться от злости.
— Да, — подтвердил директор. — Несколько учеников видели, как ты агрессивно разговаривала с Сонми перед этим.
Союн сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Вы серьёзно? — она посмотрела на директора, потом на Субона. — Вы реально верите этой бредятине?!
— Мы верим фактам, — твёрдо сказал директор. — И теперь вопрос стоит иначе.
Он открыл папку и пролистал пару страниц.
— Мы вызвали твоих родителей. Они уже в пути.
Союн похолодела.
Нет.
Только не это.
— Вы... что?.. — её голос ослабел.
— Мы обсудим твоё поведение с твоими родителями, — продолжил директор. — Это слишком серьёзный случай.
Союн крепко зажмурилась, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Сонми.
Сонми это подстроила.
Она медленно повернула голову к бывшей подруге. Та сидела с опущенными глазами, будто невинная ягнёнок.
— Ты... — голос Союн дрожал от злости. — Как ты могла?
Сонми лишь глубоко вздохнула.
— Прости... но ты сама вынудила меня.
Что-то в Союн сломалось.
Дверь кабинета внезапно открылась.
— Где моя дочь?! — прозвучал строгий голос её отца.
Как только дверь распахнулась, в кабинет вошёл её отец — высокий, строгий мужчина с тяжёлым взглядом. Следом за ним поспешила её мать, обеспокоенно сжав руки на груди.
— Где моя дочь?! — повторил отец, оглядывая всех присутствующих.
Союн сжалась в кресле. Она никогда не видела его таким.
— Господин Ли, госпожа Ким, — директор встал. — Присаживайтесь.
Её родители молча заняли места. Отец смотрел на директора холодно, а мать обеспокоенно посмотрела на Сонми, потом на Союн.
— Объясните, что происходит, — твёрдо потребовал отец.
Директор тяжело вздохнул и сложил руки перед собой.
— Ваша дочь замешана в серьёзном инциденте.
— Ложь! — перебила Союн, но отец мгновенно бросил на неё взгляд, от которого у неё пересохло во рту.
— Союн, молчи, — строго сказал он.
Она стиснула зубы и опустила голову.
— В чём её обвиняют? — спросила мать, голос её звучал тревожно.
— В нападении на другую ученицу, — директор кивнул на Сонми.
Мать ахнула, а отец резко перевёл взгляд на Сонми.
— Что за бред? — спросил он.
— Вот доказательства, — вмешался Субон. — Синяки на руках Сонми.
— Синяки?! — Отец Союн нахмурился.
— И свидетели, — добавил директор.
— Ложь, — вдруг прошептала Союн.
Мать посмотрела на неё, но Союн подняла голову, теперь в её глазах горел гнев.
— Это ложь! — громче повторила она. — Я её не трогала!
— Союн... — начала было мать, но её отец поднял руку, заставляя всех замолчать.
Он уставился на директора.
— Вы хотите сказать, что моя дочь просто так напала на эту девочку?
— В школе есть правила, — твёрдо ответил директор. — Мы не можем оставлять подобное безнаказанным. Союн будет поставлена на учёт. Если её поведение не изменится, мы будем вынуждены рассмотреть вопрос об отчислении.
— Отчисления? — Глаза её матери наполнились слезами. — Нет, это какая-то ошибка!
— Никакой ошибки, — хладнокровно произнёс Субон.
Союн стиснула зубы.
— Конечно, вам удобно верить в это, — сказала она, глядя прямо на него. — Вам ведь нужно, чтобы я убралась из школы, да?
— Перестань, — строго сказал отец.
— Я не виновата! — закричала Союн. — Это Сонми всё подстроила! Она врёт!
Все взгляды обратились к Сонми.
— Я не вру... — грустно сказала та, опуская голову.
Союн сжала кулаки так, что ногти впились в ладони.
— Ваша дочь должна извиниться, — сказал директор.
— Я. Не. Буду, — отчеканила Союн.
Отец резко встал.
— Значит так. Союн, идём домой.
— Мы не закончили! — возразил директор.
— Закончили, — холодно ответил её отец. — Мы разберёмся с этим позже.
Он подошёл к Союн, схватил её за запястье и потянул к выходу.
— Папа, отпусти! — взвизгнула она.
— Молчи, — его голос был ледяным.
Прямо перед дверью Союн обернулась.
Её взгляд встретился с глазами Субона.
Он смотрел на неё так, будто... будто это всё его не касалось.
Будто он знал, что её жизнь теперь превращается в ад, но ему было плевать.
Будто он уже победил.
Перед тем как дверь закрылась, её взгляд встретился с Сонми.
И та... улыбнулась.
Холодно. Легко. Едва заметно.
Союн замерла.
Но отец потянул её дальше.