Глава 8. Лёд в сердце
Утро.
Свет медленно пробивался сквозь шторы.
Нунью проснулся раньше. Зи ещё спал, повернувшись к нему лицом. Он смотрел на него — на тень ресниц, мягкие губы, чуть взъерошенные волосы.
Сердце билось спокойно.
Он встал, тихо прошёл на кухню…
И вдруг — услышал голос.
Из спальни.
Зи говорил по телефону. Его голос был хрипловатым, немного тревожным:
— …Да, я знаю. Всё вышло из‑под контроля.
— Нет, конечно, я не планировал ничего серьёзного.
— Он просто... появился не вовремя. Это всё временно.
Тишина.
Нунью застыл.
Слова, как нож. В горло. В грудь. Внутри всё похолодело.
Он не слышал весь разговор. Только эти три коротких фразы.
"Ничего серьёзного."
"Он просто появился."
"Это всё временно."
Он развернулся.
И больше не чувствовал тепла.
- - -
Утро было ярким, но между ними всё было затянуто туманом.
Нунью вышел из спальни уже в пальто, собранный, сдержанный. Ни намёка на то, что ночью он звал его по имени. Ни взгляда. Ни прикосновения.
Зи застыл у кофемашины.
— Доброе утро, — сказал он, стараясь сохранить обычный тон.
— Доброе, — равнодушно отозвался Нунью. Холодно. Почти машинально.
Он прошёл мимо, будто в этом доме он был просто гость, случайный.
Зи нахмурился.
Он почувствовал это мгновенно — что-то изменилось.
Но не стал говорить. Думал: устал. Плохо спал. Просто день не задался.
Но в офисе стало ещё хуже.
Нунью сидел на своём месте, как всегда, но не смотрел в его сторону.
Не поднимал глаз, не отвечал на взгляды.
Зи проходил мимо — и видел, как тот делает вид, что слишком занят.
На совещании всё было строго, формально.
— Господин Чаварин, ваши замечания по отчёту? — спросил Зи, глядя на него внимательно.
— Всё изложено в таблице. Вам она уже отправлена, — коротко, без эмоций. Ни «Зи», ни «сэр». Просто… чужой голос.
Зи медленно закрыл документы, но внутри всё уже горело.
Он смотрел на Нунью и чувствовал, как у него поднимается тревога.
Он сделал шаг ближе в коридоре позже, когда никто не видел.
— Ну… — тихо, почти умоляюще. — Что случилось?
Нунью обернулся. В его глазах не было слёз. Там был лёд.
— Ничего, господин директор. Всё в порядке.
И ушёл.
"Господин директор".
Две короткие фразы. Но они ранили, как выстрел.
Зи почувствовал, как внутри сжимается что-то важное, как будто сердце не выдержало и опустилось куда‑то вниз.
Он не знал, что сказать. Не знал, как дотянуться до него.
Нунью закрылся.
А он — терял его, даже не понимая почему.
Вечером он остался один. Сидел на кровати. Телефон лежал рядом. Он хотел позвонить. Написать.
Но не знал, с чего начать.
"Это всё временно."
Он не помнил, когда сказал это. Не знал, что он слышал.
Он просто говорил, защищаясь. Привычка. Оборона.
А теперь — кара за слова, брошенные в страхе.
Он хотел вернуть всё.
Но впервые — не знал, как.
Весь день Зи чувствовал, как его что‑то душит. Каждое сообщение, каждое слово коллег — всё стало будто фоном. Потому что его взгляд всё равно цеплялся за Нунью. А тот был, словно стена. Холодная. Закрытая. Идеально вежливая.
Зи больше не выдержал.
Он подошёл к нему в офисной кухне, когда вокруг никого не было.
— Ну, — мягко, умоляюще. — Поговори со мной.
Нунью даже не обернулся. Только зацепил чайную ложку пальцем, будто это был единственный якорь спокойствия.
— Нам не о чем говорить.
— Я сделал что-то не так? — Зи опустил голос, шагнул ближе.
— Ты не просто избегаешь меня. Ты словно стер всё, что было между нами.
— Может, этого "всего" и не было, — резко. Но голос дрогнул.
Зи замер. Это было уже не похоже на безразличие. Это была боль. Глубокая. Сдерживаемая.
Он почти коснулся его руки — и в тот же миг Нунью вывернулся и ушёл, не обернувшись.
---
Вечером Зи был в машине. Смотрел в окно.
Дождь стучал по стеклу — ритмично, нервно, будто отражая его мысли.
Он смотрел в телефон. В открытом чате — пустота.
Он печатал:
> «Пожалуйста, поговори со мной.»
Стирал.
> «Ты всё не так понял.»
Стирал.
> «Я скучаю.»
Отправил.
И ответа не было.
Через двадцать минут он стоял под домом Нунью.
Под дождём. Промокший до нитки.
Но не уходил.
Дверь открылась только с третьего звонка.
На пороге — Нунью. В тёплом свитере, босиком, с удивлёнными глазами.
— Ты… что ты тут делаешь?
— Мокну, как дурак, — выдохнул Зи. — Потому что не могу потерять тебя.
Молчание.
— Ты всё слышал, да? — Зи сделал шаг ближе. — Разговор по телефону?
Нунью кивнул. Лицо было напряжённым, но взгляд — растерянным.
— Ты сказал, что это всё временно. Что я появился не вовремя. Что ничего серьёзного.
— Я... — Зи запнулся. — Я испугался. Я не привык чувствовать вот так. Это была защита. Глупая. Ненастоящая.
— А ты — самый настоящий. И я это понял только, когда ты исчез.
Он хотел подойти ближе, но Нунью сделал шаг назад.
— Я не знаю, могу ли снова доверять, — прошептал он.
— Я докажу. Я всё докажу, — Зи дрожал не только от холода. — Только… не прогоняй меня. Пожалуйста.
Молчание.
Нунью смотрел на него. В глаза. В самую суть.
— Зайди. Переоденься. И… мы поговорим.
Это было не прощение.
Но это была трещина во льду.