7
— Не больно? — раздается заботливый голос у уха и Ян мотает головой, а затем сам подается назад, о чем в первые секунды жалеет. Но не после. Боль сменяется каким-то непривычным, но безумным удовольствием. Каждый толчок выбивает приглушенный стон. Сынмин и сам сходит с ума. Перед глазами звездочки от узости уже своего любимого. Он переплетает пальцы с Чонином, целует его в плечо, в шею, в затылок, буквально усыпает поцелуями кожу, ускоряясь и кладя руку на член младшего. Толки более быстрые, томные стоны по всей ванной комнате а звуки воды уже кажутся не такими громкими. Ян глаза от удовольствия закатывает, сам толкается назад чтобы движения более быстрыми были и сдержаться уже не может. Выдает более громкий стон. Сынмин выходит, поворачивает младшего к себе лицом и сразу напористо целует. — Ты слишком громкий, нас услышат. – тихо шепчет тому на ухо и опять целует, руками скользя по телу Чонина и притягивая ближе к себе. — Только тише, малыш... Хватает за бедра и поднимает его, из-за чего младший своими ногами талию старшего обвивает чтобы удобнее устроиться. Ким медленно входит и сразу губами прижимается к Чониновым чтобы новый громкий стон заглушить. Ян руками за плечи старшего хватается, ногти в его нежную кожу взимает и сам сильнее насаживается на член хёна. Ким держит за талию крепко, губами касается робко а пошлые звуки раздающиеся по душу ему нравятся. Разрядка совсем близко. Они кончают с разрывом всего ничего. Чонин сразу же сладко целует старшего, когда на пол опускает, и держит ладошками лицо. Глаза Чона блестят. Нет уже той томной поволоки, что видел Сынмин в самом начале. Он отчетливо видит, как его лучший друг, его возлюбленный смотрит на него с неподдельной нежностью. В его движениях чувствуется забота, но иная, нежели раньше. Нини больше не стесняется и не боится, чувствуя, что теперь может полностью довериться.