4
Теперь младший жмется к его груди, из уст все еще вылетает тихое "прости" а от этого Ким зубы сжимает и глаза закатывает. — Чонин, хватит уже. Оставь меня. – фыркает юноша опять пытаясь оттолкнуть младшего от себя. — Скажи, что простил и я уйду. – Ян не дурной, толкает Сынмина обратно к столу, чтобы тот не отвернулся и ушел когда он хватку ослабит, давит бедрами, а голову от груди отстраняет. — Просто отойди. – новая попытка старшего оттолкнуть блондина от себя спала. Чонин хватает старшего за плечи и смотрит прямо на лицо напротив, но хён явно не хочет в глаза смотреть. — Сынмоо, прости еще раз. Я больше не буду так шутить над тобой, хорошо? – Сынмин ловит себя на мысли о том, что Ян сейчас выглядит мило. То, как блестят его глаза при словах о сожалении, как дрожат его руки на плечах старшего и как бешено внутри него сердце бьется. Ким это чувствует на максимуме. И сейчас ему хочется обнять Чонина в ответ и сказать, что на самом деле не обижается вовсе, но чёртова гордость доминирует. Не позволяет дать слабину. — Простиии. – эти лисьи умоляющие глаза Яна вызывают у Мина странное чувство, когда он наконец поднимает голову и смотрит в них, замечая расстереность. Чонин еще наивен, но хочет казаться неодолимым. — Простил. А теперь уйди. – мотает головой Сынмин и опять пробует оттолкнуть блондина от себя. Бесполезно. Тот так же сильно продолжает держать его. — Точно? – хмурится он изгибая одну бровь, а старший начинает раздражаться. — Пока нормально мне это не скажешь, не отпущу. – Чонин все так же сжимает его плечи и смотрит в глаза, и теперь Мину уже неловко. — Хватит ребячиться, уй... – он резко округляет глаза, когда ему рот чужими губами закрывают. Так резко, но так невинно. Чонин отстраняется быстро, скорее всего сам от себя такого не ожидал, а Сынмин все так же с удивлением в глазах смотрит. В голове куча вопросов и все без ответа, а испуганные, вероятнее всего от будущей реакции старшего, глаза Чонина вызывают у Мина мурашки. В растерянности Ян хватку ослабляет. Сынмин как по щелчку пальцев этой слабостью пользуется, переворачивает обоих и теперь уже младший оказывается прижаным к столешнице. — И что это было? – шатен держит Чонина за талию крепко сжимая, что кажется синяки будут.