Глава 15. Я не в себе...
Я ничего не видела. Мир казался мне пустотой, где не было ни звуков, ни движения. Всё, что я могла почувствовать, — это как меня куда-то положили. Поверхность подо мной была мягкой, но холодной. Затем внезапная, резкая боль пронзила мою руку, словно что-то острое вошло в кожу и вышло обратно. Я вскрикнула, но звук, казалось, застыл где-то в горле. И тут... будто волна тепла окутала меня. Боль отступила, и меня накрыло странное, почти эйфорическое чувство. Моё тело словно перестало весить, как будто я была лёгкой пушинкой, готовой взлететь к потолку.
Я попыталась открыть глаза, но свет был слишком ярким. Он бил прямо в лицо, заставляя меня морщиться.
Потолок над головой расплывался белым пятном, будто смотрю в солнце.
Сквозь туман своего состояния я услышала голос, громкий, грубый:
— Она приходит в себя! — закричал кто-то, явно мужчина.
Я вздрогнула, внутри зародился страх.
- Ничего страшного, — ответил другой голос, более спокойный, но от этого не менее жуткий. — Она ничего с нами не сделает, а так будет кричать.
Слова резали по сознанию, как нож. Я хотела понять, где я, кто эти люди, что они собираются делать. Но страх сковывал меня, и я едва могла дышать. Единственное, что отчётливо прозвучало у меня в голове, — давид... Спаси меня... Я хочу к тебе, только к тебе...
— А где первая? — прозвучал третий голос, хриплый и сухой, как будто говорил тот, кто давно не пил воды.
— Уже готова. Она тоже проснулась, — спокойно отозвался кто-то из них, не объясняя ничего.
О чём они вообще говорят?!
Моё сердце забилось сильнее, казалось, вот-вот вырвется из груди.
— Давай, раздевай и эту, - произнёс четвёртый голос, глухой, полный приказа.
Боже! Сколько их тут? Четверо? Больше? Паника захлестнула меня, я хотела кричать, но губы казались скованными, как будто я и это разучилась делать.
— Хорошо, - сказал самый первый после короткой паузы. Его голос прозвучал ближе. — Иди ко мне.
Я почувствовала, как ко мне прикоснулись грубые, уверенные руки. Они скользнули по моей талии, начали расстёгивать что-то, снимать одежду. Я собрала последние силы, чтобы протестовать, чтобы хоть как-то остановить это.
— Нет... нет... — простонала я, голос слабый, дрожащий, еле слышный. Я попыталась сжать его руки своими, оттолкнуть их, но сил не хватало.
Моё сознание дрожало, словно на грани отключения. Я не понимала, что будет дальше, но страх от этой неизвестности просто парализовывал меня. Давид... где ты? Пожалуйста, приди... спаси меня...
— Ты не переживай, крошка... — раздался знакомый голос, от которого я вздрогнула. Я открыла глаза, чтобы посмотреть, кто это. Передо мной стоял Никита. Его самодовольная улыбка только усиливала мой страх. -
Серьёзно, ты нас не помнишь? - Он жестом указал на себя, а затем на двух парней, стоящих позади.
Я отрицательно покачала головой, стараясь сдержать подступающую панику.
— Ух ты... — усмехнулся он. — Это же МЫ!
—Кто?.. — выдавила я, едва слышно, голос дрожал.
— Помнишь? Парк аттракционов... — Никита сделал широкий жест руками, будто изображал карусель. — Твой парень... И сейчас... — он медленно наклонился ко мне, касаясь кончиками пальцев моей ключицы. От этого прикосновения у меня по спине пробежал холод.
— Ты будешь отвечать за все. Снимайте с неё это платье! — уже грубо бросил он, обернувшись к другим парням.
—Нет, нет! Я не хочу! — закричала я, почти всхлипывая, и инстинктивно попыталась опустить короткое платье ещё ниже, стараясь защититься.
—Да, крошка... — Никита снова приблизился, его лицо оказалось совсем рядом. Он начал целовать мою ключицу. От его прикосновений мне стало дурно, хотелось вырваться, закричать, но тело будто перестало меня слушаться.
Давид... ты мне нужен... пожалуйста, спаси меня...
— Давид... — слабый шепот вырвался сам собой. И тут же я пожалела, что произнесла это имя.
Никита замер, его лицо мгновенно изменилось. В эту секунду я услышала глухой звук. Секунду спустя - жгучая боль вспыхнула на моей щеке. Он ударил меня.
— Не смей даже упоминать его имя! Или пожалеешь! — прошипел он, сжимая мою челюсть так сильно, что я заскрипела зубами от боли.
— Давид... меня спасёт... — прошептала я снова, будто хватаясь за соломинку надежды. Внутри всё дрожало от страха. Боже... зачем я так надеюсь? Он не придет... он даже не знает, где я...
—Ты доигралась! — рявкнул Никита.
Его грубые руки резко перевернули меня на живот, пытаясь стянуть платье.
Я зажмурилась, ожидая худшего.
Но внезапно он отстранился. Всё произошло слишком быстро. Я услышала глухой удар, потом ещё один. И ещё. Шум становился всё громче, будто кто-то с кем-то дрался. Я испугалась ещё сильнее.
Собрав остатки сил, я подняла руки и прикрыла голову, ожидая, что ударят меня. Но вместо этого настала странная тишина, прерываемая тяжёлым дыханием и глухими звуками шагов.
Я лежала неподвижно, едва дыша. В голове шумело, словно я плыла сквозь густой туман. Боже, где Амми? Это про неё они говорили? Сердце сжалось в панике. Моя маленькая... где ты? Мне нужно к Амми!
Кто-то осторожно поднял меня и усадил. Мои мышцы будто окаменели, я боялась пошевелиться, боялась открыть глаза и увидеть... их.
Чьи-то большие, тёплые ладони коснулись моих щёк. На мгновение я замерла, не понимая, кто это.
— Слышишь меня? Солнышко, я здесь... — раздался голос, такой знакомый и родной. Давид.
Я чувствовала, как страх начал отступать, уступая место облегчению. Он здесь. Я в безопасности. Он рядом. Только он. Больше мне никто не нужен.
— Ты здесь... — шёпотом ответила я, медленно открывая глаза. Его лицо было прямо передо мной, родное, но уставшее, с тенью боли в глазах.
Он улыбнулся мне, сквозь усталость и, кажется, даже боль. Я тоже попыталась улыбнуться, но вместо этого губы дрожали. Он осторожно обнял меня, крепко прижимая к себе, словно я была для него последней надеждой.
— Я всегда с тобой... — прошептал он, его рука нежно зарылось в моих волосах, успокаивая меня. Его прикосновение вернуло мне тепло и уверенность.
— Что с тобой? Они ничего тебе не сделали? — Давид вдруг отстранился и начал внимательно осматривать меня. В его глазах читалась тревога.
— Нет, всё хорошо... — я выдавила слабую улыбку. — Ты ведь рядом... А где... Амми?
Его лицо напряглось, и он тут же повернулся к двери.
— Кирилл! Амелия здесь? — крикнул он, обращаясь к другу в соседней комнате.
— Да! Она тут, голая! Я её одеваю... Ублюдки! — отозвался Кирилл, его голос звучал гневно и хрипло, словно он только что изо всех сил орал.
— Её не трогали? — Давид не отставал, его голос стал почти угрожающим.
— Нет! — коротко бросил Кирилл.
Я почувствовала, как тяжесть с моей души спадает. Слава Богу, Амми в порядке. Меня окатило волной облегчения, словно огромный камень упал с груди.
— Пошли домой... — прошептал Давид. Не дожидаясь ответа, он осторожно поднял меня на руки, прижимая к себе.
Я положила голову ему на плечо, чувствуя его тепло. Сердце билось ровно, как будто всё плохое осталось позади. Он был рядом. Давид спас нас.
***
Мы сидели в его комнате. Он тихо гладил мою руку, будто стараясь успокоить мои мысли, которые всё ещё кружились вихрем.
Давид настоял на том, чтобы я осталась у него на ночь. Я не сопротивлялась. В таком состоянии я точно не смогла бы справиться одна, а дома все давно спали. Но если быть честной... мне просто хотелось остаться с ним. Быть рядом. Я чувствовала себя защищённой, только когда он рядом.
Он принес мне свою большую футболку и штаны, которые я затянула на талии с помощью резинки, чтобы не сползали. Одежда пахла им — этот запах, такой родной и тёплый, проникал в меня и заставлял чувствовать себя немного лучше.
— Как ты себя чувствуешь? — его голос прозвучал мягко и заботливо.
Я подняла на него взгляд. В тусклом свете ночника его силуэт был едва различим. Темнота комнаты будто укрывала нас коконом, защищая от всего мира.
— Уже лучше, — ответила я, хотя на самом деле чувствовала себя разбитой.
— Я вижу, что нет, — он с нежностью заправил прядь моих волос за ухо. Это простое движение вызвало во мне бурю эмоций.
Меня будто накрыло волной. Сердце внезапно ускорило ритм, и казалось, что оно вот-вот вырвется из груди. Всё тело похолодело, ладони вспотели. Боже, что он со мной делает?
— Я хочу кое-что, — призналась я, набравшись смелости.
— Что же? — он чуть наклонил голову, и я заметила слабую улыбку на его губах.
Собравшись с духом, я медленно перелезла к нему на колени, осторожно, как будто боялась его напугать. Его руки инстинктивно легли мне на бёдра и чуть сжали, будто он пытался убедиться, что я настоящая.
— Что ты делаешь? — прошептал он, его голос дрогнул, став каким-то хриплым.
— Я хочу тебя поцеловать... — произнесла я, глядя на его губы.
Я игнорировала бешеный ритм своего сердца, который, казалось, мог разбудить весь дом. Его лицо было так близко, что я чувствовала его дыхание на своей коже. — Правда хочу, — добавила я, мои слова прозвучали едва слышно, но он точно их услышал.
— Правда хочешь? — прошептал он хрипло, отстраняясь совсем немного, чтобы посмотреть мне в глаза. Его взгляд был глубоким, тёплым, но в то же время в нём было что-то, что заставило мое сердце дрогнуть ещё сильнее. — Я... не хотел бы торопиться, — он провел пальцем по моему подбородку, нежно поднимая его, чтобы снова встретиться взглядом. — Ты уверена, что этого хочешь?
Его забота тронула меня до глубины души. Я кивнула, чувствуя, как мои щёки заливаются жаром.
— Да. Правда хочу. Можно? — прошептала я, боясь нарушить эту почти магическую тишину.
Он улыбнулся уголком губ, его руки, до сих пор крепко державшие мои бедра, слегка ослабили хватку, но всё же оставались на месте, словно боясь отпустить.
— Можно, — его голос звучал так, будто он сам с трудом сдерживал себя.
Несколько секунд я собиралась с мыслями, настраивалась, чувствуя, как сердце бешено стучит в груди.
Наконец, преодолев волнение, я наклонилась к нему, наши взгляды встретились на долю секунды, и вот, его губы ответили на мой поцелуй. Это был вихрь чувств, что-то невероятное, трудноописуемое.
Наши поцелуи становились всё более страстными, без малейших перерывов, будто мы боялись потерять это мгновение. Его руки уверенно скользнули к моим бедрам, крепко, но нежно сжимая их, словно он хотел запомнить этот момент навсегда.
Мои пальцы запутались в его волосах, а я всем телом прижималась к нему, чувствуя каждое его движение, каждый вдох.
Наше дыхание смешивалось, становилось всё более частым и горячим. Мы целовались как будто в последний раз, как ненормальные, не замечая ничего вокруг. Его руки жгли мою кожу сквозь одежду, а я теряла себя в этой вихре эмоций, забыв обо всем на свете. Этот момент был идеальным, почти нереальным, словно мы остались вдвоем в этом огромном мире.
Он внезапно отстранился от меня, его дыхание было частым, а взгляд обжигал. Он прошептал:
— Ты мня сводишьс ума... но чтобы я сейчас тебе не говорил, ты этого не вспомнишь.
Моё сердце замерло, а затем начало бешено стучать, словно отвечая на его слова. Я посмотрела ему в глаза, пытаясь убедиться, что он не шутит.
— Почему? — спросила я, тяжело дыша.
— Потому что ты пьяная, и под кайфом — Давид дышал мене прямо в губы, и это сводило с ума...
— Я не забуду... — тихо сказа я...
— Обещаешь?
— Обещаю.
В его глазах было столько искренности, столько тепла, что я не выдержала и снова потянулась к нему, чтобы поцеловать.
Его губы с жадностью ответили на мой порыв. Он осторожно опустился на колени, а я обвила его талию ногами, чувствуя, как наши тела ещё больше сближаются. В следующую секунду он мягко опустил меня на спину, будто боялся, что может причинить мне боль.
Его губы начали нежно целовать мою шею, оставляя тёплый след на коже. Я ощущала, как он дышит, как его сердце бьётся так же быстро, как и моё. От каждого прикосновения по телу проходила волна жара, смешанная с каким-то трепетным волнением.
Давид поднял голову, его тёмные глаза встретились с моими. В них читалась борьба, страсть и сдержанность. Он коротко поцеловал меня в губы, как будто ставя точку, и прошептал:
— Всё, давай спать... Я больше не могу сдерживаться.— Он лег на спину и похлопал по подушке рядом с собой, приглашая меня. — Иди сюда, тебе нужно отдыхать.
— Может....
— Что может? — но я не ответила.
Я тяжело вздохнула, всё ещё находясь в каком-то сладком оцепенении, но все же послушно легла рядом. Его руки тут же обвили меня, притягивая ближе, а я устроилась у него на груди, чувствуя, как он медленно успокаивается.
— Сладких снов, — прошептал он, зарывшись лицом в мои волосы.
— Сладких снов... — ответила я, прикрыв глаза.
Тепло его тела и мерное биение сердца успокаивали меня, словно колыбельная.
Я чувствовала себя в безопасности, полностью доверяя этому человеку.
Всю ночь мы провели в обнимку, ни на секунду не разжимая рук, словно боялись потерять друг друга даже во снe.