Донна

  Во время разговоров каждый рассказал почему сидит сегодня за этим столов. Отец Дари сейчас в другой стране, открывает новые горизонты для своего бизнеса.Поэтому в качестве подарка оставил весомую сумму. От мамы Дари ни слова ни духу, сейчас она, кажется, на островах отдыхает с новым мужчиной, но с дочерью всё так же не желает. Дарьяна говорила это с совершенно простым лицом, словно ей не привыкать справлять праздники самостоятельно. У Оскара же был ответ куда проще: «медовый месяц родителей, хоть и идет уже третий по счету».От чего стало его жалко, поскольку он не раз говорил, что для родителей считает себя обузой. Новей не знает своих близких, по наследству ему перешла компания, поэтому ему было не вновь справляться самостоятельно. У каждого и сидящего за этим столом своя история, где хватит как положительных моментов, так и не самых лучше. Конечно, хочется, что бы был перевес.

— Бонни не придёт? — поинтересовалась Фелис.

— Она поехала на оленью ферму с родителями. — отозвалась Дари.

— А с Рови что там? Он, хоть, живой? — подключился Новей.

— Он ещё всех нас переживет.

— С Днем благодарения. — подняла бокал Дари для тоста.

Как в этот момент раздался звонок в дверь, от чего мы насторожились. Все приглашённые сидели за столом и незванных гостей быть не должно.Никто не встал открывать дверь, но в квартиру вошла Бонни.

— Всем приветик. — радостно объявила она.

— Ты же поехала на оленью ферму?— удивленно спросила Дари.

— Специально попросила маму, чтобы мы поехали туда утром, а вечером я приехала к вам.

Бонни подошла к столу перед этим надменно, оглядев меня и Агату, что после она подошла к ней.

— Мы, вероятно, с тобой незнакомы. — дразнясь произнесла она, едва протягивая руку. — А ещё, малышка, это место моё. — пальцем она подтрунила нос сестры. В ответ ей Агата не пожала руку, а лишь самодовольно усмехнулась. — Я что-то смешное сказала? — воспияла Бонни, разводя руками перед ней.

— Ты сама по себе смешная. Если это твоё место, покажи мне, где именно?

— Кто ты вообще такая? Девочка моя, иди-ка лучше домой, а то в школу завтра не успеешь.

  Агата действительно выглядела младше своих лет. В школе её подружки вечно болтали о том, что babyface её главное украшение. Но Агата не верила им,считала,что над ней стебутся . Хотя моя сестра невероятно красива. Красота в ней была, как внутри, так и внешне.Ей не приходилось красится, потому что она не нуждалась в этом. В школе нас вечно сравнивали, а то дело и путали, если бы не рост. Тёмные волосы, тёмные глаза, светлая кожа, пухлые губы — это были мы. Но несмотря на меня, у Агаты было вечное сборище фанатов. Давала ли она хоть кому-нибудь шанс? Ни разу,потому что не нуждалась во внимание. А интрижки, которые устраивали её одноклассницы, порой даже смешили Агату,от того, что эти девочки сами напридумывали у себя в голове, а после раздували в крайности. «Он посмотрел на меня», «Он шепнул что-то своему другу,и они посмотрели на меня.Ну точно влюбился»,«Он общается с моим другом,наверное про меня спрашивает». Постоянно передразнивала их моя сестра. У Агаты были свои принципы,которые смущали некоторых, но уж точно не меня. Она прекрасно понимала людей,будто считывала каждое действие, поэтому по общению Агата могла понять,как человек относится к другому. Она не теряла возможности воспользоваться этим. И с приходом Бонни моя сестра сразу же прочувствовала почву между нами.

— А может ты вернешься назад? к своей компании по душе, да и у нас никто не жаловался,пока тебя не было. — глядя прямо в глаза,произнесла Агата.

Мне казалось в этот момент, что Бонни взорвется. Она вскипела,как чайник, да такой, что из него сейчас рванет дым. Выступающие вены на шеи и нахмуренные брови выдавали её «спокойство», от чего становилось смешно,глядя на эту картину.

— Дари,что это,твою мать,забыло? Я приехала специально сюда,чтобы извинится перед тобой. — завизжала Бонни.

— Но ведь не только передо мной нужно извинится. Давай поговорим после ужина? Садись за стол или уходи,если тебя что-то не устраивает.

— Моё место занято, — указала она пальцем на Агату. — Не буду же я на полу сидеть? — скрещивая руки произнесла Бонни.

— Да сядь ты уже хоть куда-нибудь. Не маячь перед глазами. — злобно фыркнул Марк.

Оставшийся вечер Бонни сидела,как отшельник, делая вид, что всё хорошо,только она почти ни с кем не общалась. Что нельзя сказать о нас с Агатой. Вообще моей сестре,куда проще было находить друзей. Она легко располагала к себе, что всегда противилось мне. На душе стало легче от того,что она не бродила одна по городу и была с Марком. Для всех за этим столом Агата стала младшей сестрой,кроме Оскара, который весь вечер смотрел на неё с некой искрой в глазах. Думаю,что мне кажется, поскольку я не особо в этом-то и разбираюсь.

  Вечер закончился и мы стали разъезжаться. Фелис поехала с Новеем, только перед этим она меня всю заообнимала, что было для меня в новинку. Дари осталась с Бонни для выяснений отношений, хоть и Дарьяна шепнула мне на ушко, что не горит желанием устраивать разборки, ибо у Ри они всегда яркие и громкие. А наша четверка решила отправляться домой вместе. Я совсем позабыла о том, что сегодня суббота и завтра никуда никому не нужно.Поэтому эту ночь Агата проведет со мной.

— Думаешь, мать меня убьет? — спросила меня Агата.

— Думаю, нас обеих.

— Значит не видать мне автошколы в этом году. — отчаянно произнесла сестра, склоняясь ко мне.

— Приезжай в город, я научу тебя за один день. — отозвался Марк.

— Донна, тебе повезло с парнем. — возликовала Агата, которая прекрасно знала, что мы не встречаемся. Вероятно, за время, которое она провела в Лайне, то уж очень хорошо сдружилась с Марком, что и встала на его сторону, как и со всеми моим друзьями. Мне стало неловко от того, что она сказала:за этим всплыла вина. Я бы хотела отшутиться,но со стороны это выглядело бы ужасно глупо.

— Мы не встречаемся. — спокойно отрезала я. И дабы перевести тему, сказала о плывущем вопросе. — Сегодня позвоню маме, скажу, что приедешь завтра. — перебирая волосы сестры, произнесла я.

Я представляла этот разговор ещё с момента, когда увидела сестру на пороге комнаты. Знаю, что мама будет винить во всем меня. Она ни за что больше не будет относиться ко мне, как раньше. Никогда больше не назовёт «Доня», никогда больше не позовет на семейный ужин, никогда больше не обнимет и не скажет, что любит меня. Я бы очень хотела верить в то, что накручиваю себя сейчас, но иначе не могу представить. Я буду продолжать относиться к ней, как к маме, надеюсь, что она привыкнет к неким изменениям.

Агата уже спит у меня в комнате, пока Марк и Оскар отвлекали коменданта, мы незаметно пробежали.Чтобы не мешать сестре, я вышла на балкон, который находился в конце едва освещенного коридора. На заработанные деньги я купила себе небольшую пачку сигарет. Никто не знает из моих близких о том, что я курю. Агата в том числе. Впервые я закурила сигарету в пятнадцать лет. На лавочке лежала пустая пачка,из которой виднелись ещё три сигареты. Мне было так тяжело, что не хотелось идти ни домой, ни куда. Это было ночью в заброшенном парке, я сидела напротив неработающего фонтана, ветер рядом кружил листья, рядом со мной прыгал маленький воробушек,который искал пропитание,а в моих руках исходил маленький факел с дымом, который медленно губил меня. Могу ли я считать, что чужая пачка сигарет спасла мне жизнь? Могла, потому исход был бы совсем иной.

  Я не злорадствую с табачными изделиями, очень редко, они же всё-таки вредны. На балконе было очень мало места, наверное, так сделали специально, чтобы тут долго не стояли. Странно, что через несколько дней декабрь, а на улице вовсе не холодно. Людей, как и машин, совсем не слышно да и не видно. Страх, что был во мне, из-за предстоящего разговора с мамой пропал, как подженный волос. Однажды я отрезала себе клок волос и поднесла его к огню зажигалки, тот испарился за считанные секунды, мне было девять, тогда я поняла, что самое страшное - это не потерять не людей, а потерять себя и изчезнуть также бесследно. Заправив пряди за уши, я принялась набирать номер. Она подняла трубку, мне было слышны чьи-то разговоры на фоне, вероятно, гости ещё сидят у нас дома.

— Мамуль, Агата приедет завтра, она переночует у меня и завтра же я лично посажу её на поезд. — начала тараторить я, царапая заусенец на большом пальце.

— Непременно, успейте за это время замучать друг друга. Агата вряд ли теперь приедет так скоро. — другим тоном произнесла мама. Она не орала, а говорила совершенно спокойно, что вновь меня испугало, от чего я насторожилась.

— О чём ты? — быстро пробормотала я.

— Из-за тебя в нашей семье слишком много сумбура. А это была последняя капля,пойми, ты плохо влияешь на сестру, Донна. Она сбежала из дома.Ты считаешь это допустимо? — небольшая пауза пронеслась между нами, словно перекати поле. — Я запрещаю вам видеться.

— Ты не можешь.

— Могу. Я же её мать.

— И моя мама тоже. — вскрикнула я в трубку.

— Не надо этого. Для твоего будущего я делала всё, только тебе это было не нужно.Твоей сестре я не позволю его загубить.

— Ты не можешь за неё решать.

— Пока она живет в моем доме – могу. — прочистила горло мама. — Звоните друг-другу, пишите открытки, письма, раньше люди так и общались.

— Мама, — глухо произнесла я. — Зачем ты это делаешь?

Но она ничего не ответила, лишь сбросила трубку.огда я работала в библиотеке, помню, взяла одну книгу.Она была про двух сестер. Старшая была одарена магией, а младшую природа ничем не наградила. Девочки были не разлей вода, только родители боялись, что старшая навредит сестре, поскольку маленькая волшебница ещё не умела контролировать силы. И поэтому родители решили различить двух сестер для их же безопасности. Они жили в большом замке, поэтому в собственном же доме сестры не видели друг друга до своего совершеннолетия, пока не встретились случайно на балу. Девочки заново вспоминали лица, голос, смех, они были родные, но теперь только по крови, за столько лет их связь пропала. Старшая стала хранительницей волшебного леса, а младшая королевой, и после этого они уже никогда не виделись.
Но в этой книге больше всего я боялась, что такое может случиться и в жизни. Что вообще возможно разделить меня и Агату, когда мы являлись одним целом.

— Паршивый вечер? — спросил откуда-то появившийся Марк, который стоял около меня.

— Что ты тут делаешь?

— Дари помирилась с Бонни, а после сама просила зайти . Я шёл обратно, но приметил тебя.

— Марк, скажи мне честно, из-за меня слишком много проблем? — переведя взгляд на парня, спосила я.

— Донна, помни, что ты не робот и не всё должно идти по планам. — Марк достал из-за моего уха сигарету, которую я припрятала на разговор, что вовсе про неё забыла. — Не губи себя, ты нам ещё нужна.

  Луна напоминающая платок сыра поднялась в небе. Яркая, большая, совсем иначе выделяющееся от звезд рядом. По нему пролетают ворчливые вороны, которых уж очень слышно. В других домах и света не видно. Город засыпает, готовсь к новому рабочему дню. Как вдруг я услышала чей-то голос.

«Твоя мамашка денег понабрала, а возвращать кто будет?Санта-Клаус?»: услышала отчетливо я, а после склонилась глазами в земле в поисках людей, которые были поблизости.

«Я всё верну,но не сразу. У меня есть только часть»: в ответ послышалось мне. И этот голос был до ужаса мне знаком, пока не нашла причину этих ругань. Это был Тедди, которого тащили трое парней, он усиленно пытался вырваться и сбежать, но по сравнению с парнями его силы были напрасны. Они свернули заугол, волохались очень долго, поскольку мальчик во все оружия сопротивлялся.

— Это Тедди. — вскрикнула я, показывая пальцем в ту сторону, куда его повели. — Они же убьют его.

Я спохватилась да понеслась на улицу, едва не рухнув со ступенек. Марк не отставая побежал за мной. Мы вместе выбежали на улицу, орентируясь лишь на голоса. Я помню, куда завернули парни, но с балкона вид был гораздо лучше, чем сейчас в запутанной улице.

— Эй. — раздался голос Марка, который указал рукой на парня. С виду это выглядело до ужаса жутко. Тедди забитый к кирпичной стене, а вокруг него стоят трое парней, которые вблизи больше смахивают на мужчин.

— Отойдите от него. — вскрикнула я, медленно подкрадываясь к ним.

— Ты, твою мать, ещё кто такая? — прорычал один из них да сплюнул на землю.

— Вам непонятно сказали? — встал вперед Марк, закрывая своей фигурой мою. Самый борзый из этих трёх подошел к нам вблизь, задрав нос, словно петух на пастбище. У него был ужасный вид: сальные волосы, которые свисали ему в глаза, неухоженнная щетина и пьяный взгляд, от которого становилась не по себе.

— Ты угомонишь свою суку? Или это сделать нам?

  Марк ничего не сказал, вместо этого он на нёс хорошо поставленный удар по лицу негодяя. Его подрученные сразу же спохватились, но только двинулись они на меня. Самый старший, поняла по достаточно хорошо отросший бороде, подлетел и схватил меня за шею. Другой смотрел, чтобы Марк не подошел ко мне, поэтому решил помочь своему соратнику. Как к этому моменту я чувствую, что кислорд уже теряет связь со мной, поэтому всячески перестаю сопротивляться. Медленно опускаю руки да закрываю глаза, расслабляя тело. Без резких движений достаю из кармана куртки зажигалку, а после моментально подношу к бороде бандита, прокручивая металическое колесико. Откуда сразу же вспыхивает пламя, перемещаясь на шевелюру негодяя. Он в момент опускает меня, как муха начиная носится.

— Эта тварь меня подожгла. — вопит мужик с факелом, заместо бороды.

С земли я поднимаю обрушенный кирпич, подхожу ближе к бандиту и одариваю его лоб тяжелым камнем. Напоминая мне колокл он начинает шататься, не теряя времени я толкаю его ногой, на которой был каблук Дари, и от моего толчка парень падает на землю лицом в мутную лужу, от чего пламя тухнет. У Марка дела обстояли, примерно также как и у меня. Самый борзый лежал в нокауте, а третий, который не находил себе места, метался между нами.

— Валите отсюда. — злобно проговорил Марк, сквозь зубы, что сначала дернулся. Он принялся поднимать своих соратников и уводить, пока их фигуры вовсе не пропали с нашего полезрения...