Цербер

Нейльс уставился в темноту и прикурил. Один тлеющий огонек в кромешной тьме.
Он все думал о той девчонке. Странная она какая-то. Странно надоедливая. Докучает даже сейчас, когда нету рядом

Тебе своих проблем мало, Колдер? Или ты в матери-Терезы заделался? Может пойдешь бездомным помогать? А, что? Заголовки будут пестрить

"Сын бизнесмена Оливера Колдера, Колдер—младший, сегодня перевел на счет фонда по-поддержке сиамских кошек огромную сумму...."

Бред. Полный бред

Нейльсу ведь плевать. Плевать, что будет с ней, что будет с бездомными и этими гребанными кошками

Прекращай думать о такой ереси. Особенно сейчас. Когда есть что-то важнее. Важнее котов. Важнее бездомных. Важнее нее. Девчонки в новом городе.
Она на вид совсем девочка. Совсем беспомощная и жалкая. Да, жалкая. Поэтому он сейчас думает о ней.

Но тебя. Это не. Касается.

Нейльс закрыл глаза и потер переносицу. Идиот. Что в тебе щимит? Что вылизывает кости, оставляя их ярко-блестящими? Какими они не должны быть.
Он встает и тушит сигарету. Прям о тумбочку. Дорогую тумбочку из красного дерева.

Плевать. Пусть прожжет дыру.

Колдер оделся. Как-то совсем привычно уже. Черные джинсы, светлая футболка и кожанка.

Похер, что там ливень. Пусть застудит черные от сигарет легкие. Что-то должно же добить его окончательно. Например, болезнь. Долгая и тянущаяся. После которой сдыхаешь. Вот был ты. А вот из-за простого ливня тебя не стало. Отличный расклад событий

Нейльс бредет по улицам, пока не заходит в бар. Дешевый паб на углу.
Тут пахнет алкоголем и сигаретами. Свет чуть приглушен, а посетителей
море. Дешевые проститутки, пьяницы, которые с жадностью глотают последнюю каплю джина и он. Совсем не похожий на жителя этого района. Слишком дорого одет.
Неприятный мужчина средних лет облокотился на стойку рядом с ним. От него несло дешевым виски и сигаретами
  — Мальчик, прикурить не будет?
Когда его в последний раз так называли? Он совсем не мальчик. Глаза не такие как у мальчика

Слишком взрослые.

Нейльс бросает мятую, полу-пустую пачку Мальборо и хмыкает
 —Забирай

Мужчина улыбается и видны чуть гнилые передние зубы. Но Колдер не морщится как обычно, заказывает дешевый алкоголь и прикрывает глаза.

Мокрая одежда липнет к телу, а кончики пальцев совсем ледяные. Такими, какими они должны быть на самом деле

У него не может быть тепла. Откуда взяться ему? Из ледяной души? Или прогнившего сердца?

Кажется, не один его орган не впорядке.
Интересно, можно отравиться этим пойлом?
Достойная смерть. Смерть от дешевого, наверно, просроченного алкоголя.
Нейльс слишком часто думает о смерти. Это ведь ненормально для 21-летнего парня.
Только для кого жить? Отец плевал на тебя. Матери нет. Да и Колдеру не интересно, что с ней. Ты один.
Беспорядочные половые связи сначала кажутся какой-то отдушиной. И вроде ты забываешься. Но вскоре и это надоедает.

Любовь.

Звучит приторно сладко. Это не для него. Такой как Нейльс не умеет любить. Его не научили.
В нем нет соболезнования или жалости. Жестокость, цинизм, злость и равнодушие.
Но с этим нельзя жить. Ты рано или поздно думаешь о смерти. Глупой, нелепой и жалкой. Как ты сам.
***
Мариса шумно выдохнула и сделала глоток сладкого латте. Слишком сладкого.

Чёртово Нейльс. Чертов Глазго.

Нужно срочно искать жильё и поступать в колледж.
Живи она не в гостинице, а с тем странным парнем, было бы легче. Не надо спешить
Девушка что-то помечает в купленной газете и кусает губы.

Что делать в городе, который ты совсем не знаешь? А единственный "знакомый" тебя послал. Мариса совсем не знает

Вернуться к Нейльсу она не может. Не хочет, главное.
Пусть он захлебнется своей похабностью и самолюбием. Идиот
И почему ты сейчас так вскипела? Такие люди сами по себе несчастны. Они не испытывают того, что испытываешь ты. Они ненавидят весь мира, Мариса
Ей всегда было интересно, если ли люди, что ненавидят все на свете
Прошу любить и жаловать. Нейльс Колдер. Мироненавистник обыкновенный.
Мариса сильнее укуталась джинсовую куртку и выдохнула
Было холодно. Ледяной ветер задувал за шиворот, заставляя бежать табун мурашек по спине. Руки грел тёплый латте

Что, чёрт возьми, делать? Она уже 4 дня в городе, но так и не нашла квартиру и не поступила в колледж.

Отец убьет

Сюда её отправили на обучение. Отец сказал, что ей помогут

Черта с два.

На нее всем тут плевать,
нужно выбираться самостоятельно. Искать жильё и устраиваться в колледж.
Что ж... Единственное, что радует, это то что она накидала пару вариантов съемных квартир. Не дорого, а главное не далеко от учебного заведения
Когда это ты, Мариса, стала считать деньги? Для тебя это все были сущие пустяки. А почему? Потому что оплачивал папочка.
Тут придётся экономить и сильно не тратится. Взрослая жизнь, как никак

***
Нейльс проснулся, чувствуя что рядом кто-то лежит. Этот "кто-то" девушка.
Она закинула ногу ему на бедро и устроилась на груди парня

Значит, вчера кого-то подцепил.

—Подъем,—фыркнул парень и поднялся, натягивая джинсы. Девушка сонно открыла глаза. У нее были черные, как смоль волосы, зеленые глаза и пухлые губы с размазанной красной помадой. Она потянулась и лукаво улыбнулась. Нейльс даже не помнил как ее зовут. Хотя ему и не надо. Не за чем засорять мозг.

—Доброе утро,—сладко протянула она и провела пальцем по его спине,—Эта ночь была потрясающей

Нейльс даже не помнил, что было. Он слишком много вчера выпил в том баре. А сейчас слишком болит голова.

Колдер прикурил и откинулся обратно на подушки. Девушка не понимающе уставилась на него, а он только холодно бросил

—Проваливай

Брюнетка захлопала глазами и как рыба открыла рот. Так холодно ее еще никто не выпроваживал. Брюнетка осторожно подлезла к нему и погладила по плечам

—Но нам ведь было хорошо. Почему бы не продолжить?

—Пошла вон,—разъяренно отчеканил он и встал на ноги. У девушки все внутренности сжались от его ледяного взгляда. Внутри все обледенело.

Брюнетка быстро оделась и выскочила из квартиры. Этот парень явно был не уравновешен. Псих.

Нейльс снова уставился в потолок, пуская кольца дыма. Не хотелось думать. Не хотелось говорит. Просто пустая голова. Нужно чтобы так было всегда. Вот так правильно

Телефон неожиданно завибрировал на прикроватной тумбе. Долго гудел, пока почти не упал. Кто будет звонить в такое время? Кому он нужен в такое время.

—Здравствуй, сын,—как всегда холодный и деловитый голос Оливера Колдера.

С чего это вдруг отец решил звонить ему? Вспомнил, что он существует не только для денег?

—Привет,пап—он сказал это как то отрывисто. Будто ядовитое что то на язык попалось и больно обожгло.

-Как Мариса?

—Кто-кто?

В горле образовался комок. Черт, Мариса. Та девчонка, которую он забирал из аэропорта. Нейльс принял сидячие положение и потушил сигарету.
Почему ты так боишься отца? Почему потакаешь всему, что он скажет?
Потому что без него ты никто. Пустой звук. Ты никто.

—Все хорошо,—слишком просто ответил он. Стоит вспоминать в какую из чертовых гостинниц ты ее отвез 

—Она еще спит?

Он волнуется о ней больше чем о родном сыне. Оно и понятно. Оливер заключает сделку с отцом Марисы и получает огромное состояние. Но ещё ничего не решено. И вдруг девушка едет в тот самый город где живёт сын Колдера. Отличный шанс стать ближе с деловым партнёром и подлизаться

—Да,—уверенно ответил Нейльс. Он научился врать. Он живет во лжи. Собственной и чужой

Он не верит, что кому-то по-настоящему нужен. Мальчик для развлечений.

Колдер несчастен и пытается это скрыть. Старательно пытается.

Но это видно каждую ночь, когда темнота бьёт тебя до синяков. Когда ты дерешь кожу до самого мяса, чтобы заглушить боль. Глубоко душевную, что таится где-то в самых темных углах и прячется, выходя наружу только ночью. Дерущую до самых ребер. Она рвёт грудную и клетку и оставляет задыхаться. И ты задыхаешься. Задыхаешься цинизмом, злобой и самолюбием.

—Отлично. А ты как?—голос отца стал мягким и лёгким,—Я закинул тебе на карточку денег.

Нейльс вздохнул и выдохнул. Глубоко и тяжело.
Почему он не может просто обойтись простым "привет". А лучше не звонить. Упоминать о себе только деньгами, что переводятся на счет.

—Я хорошо. Прости, но мне нужно идти
Глупая отмазка, но отец ничего не ответил. Сбросил. Ему самому это было не удобно. Не удобно общение с сыном.

Парень протер лицо ладонями
Соберись и вспомни в какую из тысячи гостиниц ты отвез девчонку

Зачем ему это надо? Только сплошная головная боль с ней будет. Нейльс не хочет ни с кем нянчиться, но так сказал отец. А отцу нельзя перечить. Никогда

Когда ему было лет восемь, Нейльс запротестовал против слов отца. Он не помнит почему, но помнит ту сильную пощечину и пропитанные ядом слова, когда мальчик стал плакать от боли и обиды

—Ты жалок, Нейльсон. Ты не должен быть таким. Запомни, Колдеры не ноют и не пускают сопли. Соберись, щенок. Ты должен быть сильным.

И Нейльс стал таким. Стал сильным. Стал бездушным как и хотел отец. И больше его не жалеют. И больше он не жалок.

Только сейчас

Сейчас он жалкий, ни кому не нужный. Разбитый и пустой.
Но отец говорил, что нужно быть сильным. Хоть ему и было больно тогда. Хоть потом он боялся отца. Зато теперь он умеет выживать.

Просто ломаясь по полам, Нейльс терпит. Нейльс держится, думая что в нем осталось еще что-то человечное. Что-то такое живое, что шевелиться внутри, заставляя вдохнуть и тут же задыхаться.

Он не настолько испорчен. Он может быть человеком. Может, но никогда не будет.

Парень поднимается на ноги и смотрит на смятую кровать. Остатки пепла на белоснежной простыне и он не брезгует. Ему все равно.

Сейчас есть вещи важнее этого.
Сейчас важнее та девчонка в новом городе...