23
— Теперь, наконец, ты готова поделиться с нами всеми подробностями о том, кто эти люди и почему они хотели тебя убить, — сказал Минато, скрестив руки.
— Давайте обсудим это завтра и не здесь, — предложила я.
— Ты обещаешь? — спросила Рин, и я кивнула.
— Я очень устала и хочу спать, а также мне необходимо обработать все свои раны, — сказала я, указывая на свое тело. — Слава богу, этот человек не бил меня по лицу, хотя раньше он так делал.
— Обито, проводи её, — сказала Рин.
— А ты? — спросила я, взглянув на Рин.
Она покраснела.
— Понятно, — произнесла я и направилась к дому.
— Завтра в одиннадцать жду тебя у себя, — сказал Минато, и мы все разошлись.
Обито подошел ко мне и взял за руку.
— Тебе пора начать думать головой, хотя когда ты последний раз это делала? — сказал он, обнимая меня.
— Ну, всё же обошлось, — ответила я.
— А если бы Рин не захотела, чтобы ты нам рассказывала? — спросил он.
— Ну и что?
— Что бы ты тогда делала?
— Это уже не важно.
— Если ты не можешь идти, я понесу тебя, — произнес Обито и поднял меня на руки.
— Кто ещё, блять, — сказала я, чувствуя боль.
— Будешь головой думать, — повторил Обито и понес меня домой.
Пройдя в дом, он посадил меня на кровать и закрыл дверь в прихожей. Я сняла катаны и отложила их в сторону.
— Давай помогу обработать твои раны, — предложил Обито.
— Я могу сама, — ответила я.
— Я не бью девушек, но если понадобится, я привяжу тебя к стулу и буду нажимать на твои болевые точки, — произнес он.
Я промолчала.
— Где аптечка? — спросил он, и я поднялась и пошла на кухню. Придя, я подала ему аптечку.
— Садись, — сказал он, и я вздохнула, сев на кровать. Обито начал обрабатывать мне раны, а я следила за его действиями.
— Что, боишься, что я ошибусь? — спросил он.
— Боюсь, чтобы ты меня не убил, — ответила я, посмотрев на него.
— Не убью, — произнес он.
— Хотя подумать на этот счёт стоит, — сказала я.
— Почему? — спросил он.
— Завтра узнаешь.
Обито вздохнул и продолжил обрабатывать мне раны.
— Урод, блять, — произнес он вдруг.
— Если бы не Какаши, я бы его сам убил, — добавил он.
— Ой-ой, какие мы грозные, — сказала я, на что он чуть больно нажал на рану.
— Ай, Обито, ты что, хочешь убить меня, не зная всех обстоятельств? Хотя правильно делаешь, давай убивай, — произнесла я, откинувшись на кровать.
Обито усмехнулся, убрал вату и навис надо мной.
— Вам чего, Учиха Обито? — спросила я, улыбаясь.
— Тебя, — ответил он.
— Меня? — переспросила я.
— Угу, — произнес он.
— За угу тебя будут бить в углу, — произнесла я, отводя взгляд.
— Без проблем, раздевайся и вставай в угол, — произнес он.
— Не пусть тебя Какаши бьет, — рассмеялась я, почувствовав, как Обито оставил мне метку на шее.
— Ах ты сукин сын, — произнесла я.
— Чей я там сын? — спросил он, и его рука оказалась под моей футболкой.
— Ты что, плохо слышишь? — спросила я.
— Нет, я хорошо слышу, просто я даю тебе шанс, чтобы завтра тебе было не так сильно больно ходить, — произнес он.
— Эй, не смей, — произнесла я, убирая его руку.
— Везде лезешь, а потом молчишь, — произнес он, и я попыталась встать, но Обито прижал меня, и я вновь легла на кровать.
— Может быть, ты меня пощадишь? — спросила я, но он поцеловал меня. Я с трудом обняла его и ответила на поцелуй.