16
Все последующие пару месяцев я занималась сессиями и дипломами. У меня буквально не было ни на что времени, до такой степени я погружалась в учебу. Егор находил возможность, а иногда и силой оттаскивал меня от учебников, лишь бы я хоть немного отвлеклась. Я перестала спать ночами, 2 часа для меня уже стало чем-то обычным, и его это очень беспокоило. Но во мне открылось какое-то новое дыхание. Я знала, что если я сделаю на максимум сейчас, то следующее 2 месяца до сдачи диплома у меня будет меньше работы и я смогу отдохнуть. Просто сейчас нужно потерпеть.
Я все время была уставшей. А еще у меня все чаще болела и кружилась голова. Начались приступы тошноты. Я списывала это все на переутомление, потому что 2 часа сна и 22 работы давались действительно тяжело. Егора это очень беспокоило, но он ничего не мог поделать с моим упрямством и упорством.
Но тогда я даже и понятия не имела, чем было вызвано такое изменение в организме.
В тот день я осталась дома. С самого утра мне было плохо и тело ломило так, будто я бегала несколько недель подряд. Егор не стал везти меня в университет, да и я не смогла бы там появится. Я практически не могла стоять на ногах. Он хотел вызвать скорую, но я отнекивалась, думая, что когда посплю, это все пройдёт. Но даже когда я проспала весь день, легче мне не стало. Егор не отходил от меня ни на шаг, пытаясь хоть немного покормить меня, но от еды меня воротило.
- Еще немного и я вызываю врача. Это какая-то нездоровая херня! - негодовал он.
- Все нормально, это пройдет.
Я до ужаса боялась врачей. Была неприятная история в детстве и с тех пор я ходила только в самых крайних случаях. Но сейчас, наверное, и был тот самый случай. А я из-за трусости все откладывала.
Я встала и попробовала пройтись. Валяться в кровати весь день мне уже порядком надоело. Я смогла даже дойти до кухни и выпить чая. А когда шла обратно до спальни, тело вдруг сковало такой сильной болью, что стало невыносимо. Низ живота заныл насколько, что казалось, будто в меня пырнули ножом.
- Что такое? - Егор мгновенно оказался рядом.
- Больно. Очень больно.
- Я вызову врача. Потерпи немного!
Он ринулся к телефону и принялся набирать чем-то номер. И в этот момент сознание стало покидать меня.
- Пепельная!
Он успел поймать меня, прежде чем я коснулась пола. Но сознание быстро покинуло меня и я отключилась.
Очнулась я уже в палате. Надо мной стоял врач и от чем-то переговаривался с медсестрой. Вид у него был непроницаемым, поэтому я ничего не могла понять.
- Что случилось? - попыталась спросить я, но кислородная маска мне помешала.
Увидев, что я очнулась, медсестра сняла с меня маску. Я попыталась встать, но мне стало так больно, что я легла обратно.
- Есения, как вы себя чувствуете? - спросил меня мужчина лет 40. На его форме был бэйджик, но я не смогла прочесть, как его звали.
- Все болит. И слабость какая-то. Что случилось?
- Ира, оставь нас, - сказал тот медсестре и она вышла в коридор, - вы знали, что были беременна?
Я закашлялась. Беременна? Но как? Я всегда принимала таблетки и ни разу не пропустила ни одного приема.
- Как... беременна? Я же принимала таблетки. И никогда не пропускала.
- Такое редко, но бывает. Ваша эндокринная система оказалась нарушена и фактически, таблетки не действовали нужным образом.
Информация в моей голове не укладывалась, но куда больше меня интересовал другой вопрос.
- Вы сказали, что я была беременна...
- Были. У вас случился выкидыш. Мне жаль.
Слова - как нож в сердце. У меня закружилась голова. Выкидыш? Выкидыш!
- Но... почему?
- Яичники не справились. При таком раннем возрасте это очень опасно. Не хочу вас пугать, но вы можете стать... бесплодной.
Слова еще хуже предыдущих. Выкидыш. Бесплодна. Какие страшные слова. И всего в 20 лет! Чем я это заслужила?
Мне стало плохо и врач протянул мне стакан воды.
- Не переживайте. Просто нужно заняться лечением. Это еще не диагноз. Мы провели все нужные исследования и выпишем вам нужные препараты. В вашем случае, все поправимо.
Я не знаю, что он говорил мне дальше, его речь казалась мне чем-то отдаленным. Вокруг меня образовалась такая пустота, что мне стало тяжело дышать, хотелось плакать, но слез не было. Лишь пустота. Зудящая пустота внутри, которая могла бы съесть все органы, выжечь их изнутри.
Скоро врач удалился и спустя секунд вошел Егор.
- Есения...
Он впервые назвал меня по имени.
- Ты уже знаешь? - я немигающим взглядом посмотрела на него. На его лице застыла такая боль, что мне стало больно вдвойне.
Он сел рядом со мной.
- Знаю. Но все поправимо. Мы найдём лучших врачей, если надо, поедем заграницу. С тобой все будет в порядке.
- Со мной - да. Но вот с ним...
- Срок был около 5-ти недель. Есения, это еще ничего не значит. Ты не будешь бесплодна. Я сделаю все, чтобы заняться твоим лечением. Посмотри на меня, - он взял мое лицо в свои руки, - все будет хорошо.
- Прости меня.
- Не извиняйся, ты не в чем не виновата. Ты не знала. Мы не знали. Но мы все наверстаем, вот увидишь. Не думай об этом.
- Не могу не думать.
- Любовь моя, все будет нормально. Я тебе обещаю.
Но в моей голове уже что-то щелкнуло. И я не знала, что будет дальше.