глава 28
Мой день рождения знаменует то, что лето подходит к концу. Это последнее, чего я летом всегда жду с нетерпением. Этим летом мне исполнялось шестнадцать. Шестнадцатый день рождения должен быть особенным, большим праздником. Тейлор, например, арендовала целый зал, а ее двоюродный брат был на вечеринке диджеем. Она планировала этот праздник несколько лет и пригласила к себе на вечеринку всю школу. Все мои дни рождения здесь ничем не отличались один от другого - торт, глупые безделушки от парней в качестве подарков и посиделки с мамой и Сюзанной за просмотром всех моих детских фотографий. Каждый свой день рождения я отмечала здесь. Есть даже фото, где мама, беременная мной, сидит со стаканом холодного чая и в шляпе с широкими полями. Есть фото, где мы четверо - Конрад, Джереми, Стивен и я - бегаем по пляжу, и на мне совершенно ничего нет, кроме бумажного праздничного колпачка. Мама не надевала мне купальник до четырех лет, она просто оставляла меня бегать, в чем родила.
Я не думала, что этот день рождения будет чем-то отличаться от других. С одной стороны, это внушало мне ощущение комфорта, но с другой - приводило в уныние. За исключением, конечно, того, что Стивена не будет рядом, и в первый раз он не попытается вместо меня задуть свечи на моем именинном торте.
Я уже знала, что родители собирались мне подарить: старую машину Стивена. Ее уже полностью отремонтировали и покрасили. Когда я вернусь домой, я получу права, и мне не придется каждый раз просить кого-нибудь меня подвезти.
Мне очень интересно, помнит ли кто-нибудь дома о том, что у меня день рождения. Кроме, конечно, Тейлор. Она-то помнит, никогда не забывает. Каждый год она звонит мне ровно в 9:02 и поет «С днем рождения, тебя». Это все замечательно, но печально, что из-за того, что день рождения у меня летом, я не могу позвать к себе на вечеринку школьных друзей. И никто не привяжет шарики к моему шкафчику в школе. С одной стороны, мне все равно, а с другой - немного грустно, что у меня ничего этого нет.
Мама сказала, что я могу пригласить Кэма. Но я не стала его приглашать. Я даже не сказала ему, что у меня день рождения. Не хочу, чтобы он думал, что должен что-то для меня сделать. И, более того, я подумала, что если мы будем одни - только наша «летняя» семья - день рождения будет таким же, как и каждый год. Мне этого очень хотелось.
Когда я проснулась утром, весь дом пропах маслом и сахаром. Сюзанна испекла торт - трехслойный, розовый, с белым кантом по краям. Белой глазурью она вывела «С днем рождения, Беллс!» и зажгла свечи. Когда я спустилась, они с мамой запели, и Сюзанна замахала мальчикам, чтобы те тоже к ним присоединялись. Те присоединились, но запели фальшиво и противно.
- Белли, загадай желание, - сказала мама.
Я стояла в пижаме и не переставая улыбалась. Прошлые четыре дня рождения я загадывала одно и то же. Но на этот раз должно быть что-то новенькое. Я посмотрела на огоньки, закрыла глаза и дунула.
- Открой сначала мой подарок, - поспешила Сюзанна. Она протянула мне коробочку, завернутую в розовую бумагу.
Мама вопросительно посмотрела на нее.
- Что это, Бек?
Сюзанна загадочно улыбнулась и погладила меня по руке.
- Зайка, открывай.
Я разорвала бумагу и открыла коробочку. Там было ожерелье - нить крошечных кремово-белых жемчужин с блестящим золотым фермуаром. На вид оно разительно отличалось от тех, какие можно купить в наши дни. Оно было таким же, как наши старые швейцарские напольные часы, - искусно сделанным, совершенным до самой застежки. Это была самая красивая вещь, какую я когда-либо видела.
- О боже, - выдохнула я, поднимая ожерелье.
Я посмотрела на Сюзанну, которая светилась от счастья, потом на маму. Я подумала, она скажет, что это слишком дорогой подарок, но она промолчала.
Потом посмотрела на Сюзанну:
- Это то, что...
- Да, - ответила она маме, а мне сказала: - Это ожерелье папа подарил мне на мое шестнадцатилетие. Теперь я хочу, чтобы оно было у тебя.
- Правда? - Я снова взглянула на маму, чтобы убедиться, что могу его принять. Она кивнула мне. - Ух ты! Оно такое красивое. Спасибо, Сюзанна!
Бек взяла ожерелье и помогла мне застегнуть его. Я еще никогда не носила жемчуг. Я не переставая прикасалась к нему. Сюзанна захлопала в ладоши. Она обожала дарить подарки, а вот тянуть время - нет.
- Так, а дальше кто? Конрад? Джереми?
Конрад замялся:
- Прости, Белли, я забыл.
Я заморгала. Прежде он никогда не забывал о моем дне рождения.
- Ничего страшного, - промямлила я, хотя на самом деле мне даже смотреть на него не хотелось.
- Теперь открой мой, - сказал Джереми. - Хотя после такого мой просто отстойный. Спасибо тебе, мам. - Он протянул мне маленькую коробочку и сел обратно в кресло.
Я потрясла коробочку.
- Что же это может быть? Пластиковая какашка или брелок для ключей?
Он улыбнулся:
- Увидишь. Йоли помогала мне выбирать.
- А кто такая Йоли? - спросила Сюзанна.
- Девушка, которая влюблена в Джереми, - сказала я, открывая коробочку.
Внутри на хлопковой подушечке лежал маленький шарм - крошечный серебряный ключ.
***
11 лет
- С днем рожденья, балда! - заорал Стивен и высыпал мне на колени полное ведро песка.
Из песка выбрался краб и стал карабкаться по моей ноге. Я вскочила и завизжала. Злость вскипела у меня в жилах, и я погналась за Стивеном по пляжу. Мне не хватало скорости, чтобы поймать его, у меня никогда не получалось его догнать. Он бегал вокруг.
- Белли, иди задуй свечи, - позвала мама.
Как только Стивен отвернулся, чтобы вновь улечься на свое полотенце, я прыгнула ему на спину, обхватила одной рукой за шею и сильно, как только могла, дернула за волосы.
- А-ай! - взвыл он, спотыкаясь. Я вцепилась в него так крепко, что даже Джереми не мог оторвать меня, дергая за ноги. Конрад, хохоча, упал на колени.
- Дети! - позвала Сюзанна. - Торт!
Я спрыгнула со спины Стивена и побежала к покрывалу, на котором накрыли пикник.
- Я тебя достану! - заорал брат и поспешил за мной.
Я спряталась за мамой.
- Ты не можешь! У меня сегодня день рождения. - И показала ему язык. Мальчики тоже сели на покрывало, мокрые и все в песке.
- Мам, - пожаловался Стивен, - она вырвала мне клок волос.
- У тебя еще много осталось, на твоем бы месте я не беспокоилась.
Мама зажгла свечи на торте, который испекла утром. Это был кривобокий пирог из готовой смеси, покрытый шоколадной глазурью. Почерк у мамы неразборчивый, поэтому на торте было написано не «С днем рождения», а «С днем ромдения».
Я успела задуть свечи до того, как Стивен мне «помог». Мне не хотелось, чтобы он украл мое желание. А желала я, конечно же, Конрада.
- Открывай подарки, вонючка, - угрюмо сказал брат. Я уже знала, что он мне подарит - дезодорант. Он завернул его в бумажный платок, и тот просвечивал.
Я проигнорировала его и потянулась за коробочкой, обернутой в бумагу с ракушками. Подарок от Сюзанны, и я точно знала, что он самый лучший. Я разорвала упаковку; внутри оказался серебряный браслет с шармами-подвесками из любимого магазина Сюзанны, где продавался изысканный фарфор и милые хрустальные безделушки. На браслете болтались пять шармов: морская раковина, купальный костюм, песочный замок, солнцезащитные очки и подковка.
- Нам так повезло, что у нас есть ты, - сказала Сюзанна, дотрагиваясь до подковы.
Я подняла браслет, и шармы заблестели на солнце.
- Мне очень нравится!
Мама молчала. И я знала, о чем она задумалась. Она думала о том, что Сюзанна перестаралась, слишком потратилась на подарок. Я почувствовала себя виноватой, что мне так понравился этот браслет. Мама подарила мне ноты и диски. У нас не было столько денег, сколько у Фишеров, и в тот момент я поняла, каково это.
***
- Мне нравится!
Я побежала в свою комнату к музыкальной шкатулке на комоде, где хранила браслет с шармами, выхватила его и спустилась обратно.
- Взгляни. - Я надела ключик на браслет и застегнула его на запястье.
- Ты же поняла? Ключ - потому что ты скоро сядешь за руль, - сказал Джереми и, заложив руки за голову, откинулся на спинку кресла.
Я улыбнулась ему в знак того, что намек понят. Конрад наклонился, чтобы взглянуть поближе.
- Красиво, - прокомментировал он.
Я положила ключик на ладонь, от него невозможно было оторвать глаз.
- Мне так нравится, - снова сказала я. - Но он же, должно быть, очень дорогой.
- Все лето копил, - изрек Джереми торжественно. Я подняла на него глаза:
- Не может быть!
Он улыбнулся:
- Глупышка. Какая же ты доверчивая.
Я шлепнула его по руке.
- Балбес, я же не поверила. - Хотя на самом деле на долю секунды я и правда поверила.
Джереми потер ушибленное место.
- Не такой уж и дорогой. К тому же мне сейчас хорошо платят. Обо мне не беспокойся. Рад, что тебе понравилось. Йоли была уверена, что тебе понравится.
Я крепко обняла его.
- Он правда чудесный.
- Какой замечательный подарок, Джер, - похвалила сына Сюзанна. - Без сомнения, этот подарок намного лучше моего старого ожерелья.
Джереми рассмеялся:
- Ага, конечно. - Но на самом деле ему было приятно.
Мама начала резать торт. У нее никогда не получалось сделать это хорошо: куски всегда были слишком большими и свисали по краям.
- Кому торта? - спросила она, облизывая палец.
- Я не голоден, - вдруг сказал Конрад. Он встал и посмотрел на часы. - Пойду одеваться, скоро на работу. С днем рождения, Белли.
Он пошел наверх, и на минуту мы все притихли. Мама первая нарушила тишину.
- Торт восхитителен. Бек, попробуешь? - Она подтолкнула тарелку с куском торта подруге.
Сюзанна слабо улыбнулась.
- Я тоже не голодна. Знаете, как говорят, мол, повара никогда не пробуют то, что готовят? А вы ешьте.
Я откусила большой кусок.
- М-м-м, бисквит, мой любимый.
- И не из порошка, - сказала мама.