Глава 1 (II)
Если проанализировать глубже, то, по сути, всё имеет конец.
Даже если и начало иногда дарит сомнительные шансы на противоположное.
Музыка: runaway - aurora
— Как ты себя чувствуешь? У тебя всё хорошо? — его тон был сухим, деловым и в то же время нагловатым. Нотка скептицизма отчетливо слышалась в вопросе парня. Наверное, подумал, что я сумасшедшая. Мысленно усмехнулась, ну конечно, незнакомка, которая после столкновения спросила «любишь ли ты меня?». Любой бы подумал, что человек явно не в себе. Что мне ответить, я не знала, и оставила вопрос Марка без ответа. В палате повисло тягостное молчание, поэтому доктор подошёл ближе к мониторам, которые стояли рядом с моей кроватью и стал сосредоточенно наблюдать за показателями на циферблате. Напряжение в палате прервал вошедший мужчина. Он бесцеремонно прошёл в середину комнаты, остановившись прям напротив моей кровати. Строгий синий костюм хорошо подчеркивал широкие плечи и приметно указывал на высокое положение в обществе. Дорогие туфли и небольшая кожаная сумка отменно дополняли образ. Единственная деталь, которая могла смутить — не до конца под сохнувший гель для укладки на зачесанных назад волосах.
— Добрый вечер, Аднер. Я Оливер Скотт — отец этого молодого человека, — мужчина бегло окинул сына строгим взглядом, после вернувшись ко мне. — От имени моего сына и всей нашей семьи, приношу искрение извинения за сложившиеся неудобства. Хочу проинформировать, что все затраты на лечение мы полностью покроем, также моральная компенсация. Взамен, к Вам есть просьба — не разглашать случившееся в тот день. Вы согласны? — через мгновение шокировал меня мужчина и проигнорировав моё беспомощное состояние, продолжил:
— Также мой сын будет сопровождать Вас везде, где потребуется, — мои глаза скользнули по напрягшимся скулам парня, который в тот же миг в недовольстве отвёл взгляд. В груди неприятно кольнуло от такой реакции.
— Я не хочу быть обузой для Вашего сына, ему эта идея явно не по душе, — Марк резко посмотрел прямо в мои глаза, без какой-либо эмоции, видимо пытался понять, чего я добиваюсь. Но мужчина лишь мягко усмехнулся.
— Он может выказывать своё недовольство, сколько захочет, но сопровождать Вас — обязан. За свои проступки нужно отвечать. Вы можете звонить ему в любое время дня и ночи, — как только я хотела настоять на том, что мне не нужна помощь парня, мужчина перебил, будто понял мои намерения:
— Это не обсуждается, мисс. А сейчас мне пора, поправляйтесь. Если что, мой номер указан на обратной стороне визитки, — он обошел кровать сбоку и, вытянув с кармана пиджака серебряную карточку, протянул её мне. После направился к выходу, а вслед за ним и врач, оставив нас наедине с Марком. Я продолжала рассматривать визитку, и вовсе не из-за любопытства. Раздирающее чувство в груди не позволяло поднять взгляд на парня. Но я ощущала, как он проедал во мне дыру глазами. Только теперь Марк ничего не чувствовал ко мне, разве что неприязнь из-за ответственности, которую на него повесил отец. От этой мысли на душе стало тошно, и я вогнала ногти глубже в бумагу, оставляя заломы, чтобы подавить нахлынувшие эмоции. Пару секунд спустя Марк развернулся и направился к двери.
— Постой... — прозвучал хриплый выдох из моих уст, и только через мгновение я неуверенно подняла голову, взглянув на развернувшегося парня. Он не произнес ни слова, лишь приподнял бровь.
— Прошу, отвези меня в одно место. Мне очень важно туда поехать. Пожалуйста... — промолвила я, тяжело сглотнув. Парень смотрел на моё лицо, и казалось, будто прошла целая вечность, пока он не вышел из палаты, так и ничего не ответив, оставив меня обескураженную смотреть ему вслед. Слезы, подступившие к уголкам глаз, преступно рвались наружу, пока я усердно подавляла их, загоняя ногти уже глубоко в кожу рук. А чего я ожидала? Что он станет помогать мне или прибежит по первому зову? Он такой же холодный и закрытый, как был во сне с самого начала.
«Но ведь у тебя получилось его растопить, верно? Может получиться и в этот раз?» — навязчиво пронеслась в голове слабая вера в то, что можно начать всё сначала. Но в тоже время трезвое подсознание твердило, что Марк больше не посмотрит на меня, как на девушку. Ведь я — инвалид. Да, врач сказал, что можно всё исправить, что лечение поможет встать на ноги, но % успеха составлял всего лишь 20%. А это даже не половина. То, что произошло за последние месяцы, подкосило не только моё физическое, но и моральное состояние. Я потеряла какую-либо веру в себя. Я больше была не в силах бороться за свою счастливую жизнь.
— За что ты так со мной... — послышался тягостный всхлип, а в тот же миг слишком громко открылась дверь, и я поспешно взглянула в сторону звука. В комнату заехала инвалидная коляска, а за ней прошёл Марк, подвозя её ближе к кровати. Мои глаза округлились, ведь я вовсе не ожидала его помощи. В горле пересохло от переживаний, слова и звуки отказывались произноситься. Скотт находился так близко, что я могла протянуть руку и прикоснуться к нему, чего мне так не хватало. Хотелось почувствовать тепло его тела, ласку и отрезвляющие объятья. В голове уже представляла, как он нежно берет меня за руку, садится рядом, крепко обнимает, и целует. Местами мне ещё было сложно поверить в то, что произошедшее между нами было лишь сном, иллюзией и полнейшим обманом. Красивой картинкой, которую я выдумала у себя в голове, пока была в коме. Теперь мы никто друг для друга. Разные люди. Чужие.
Марк, даже не взглянув в глаза, наклонился, чтобы стянуть одеяло, прикрывавшее мои обездвиженные ноги.
— Не-е-ет... — истошно крикнула я, перехватив покрывало и прижав его к туловищу. Пальцы рук со всей силы сжали ткань, боясь отпустить, будто может случиться непоправимое. Парень вмиг выпрямился, округлив глаза. На его лице пробежало легкое беспокойство, но быстро сменилось вскинутыми бровями и отведенными глазами.
— Я могу отвернуться, если ты стесняешься, — предложил неуверенно Марк, уже медленно поворачиваясь ко мне спиной.
Если он увидит мои дряблые ноги, которыми я даже не в силах пошевелить, он станет чувствовать отвращение. Мне было так страшно представлять это в своей голове, хотя, по сути, ему было все равно до такой, как я. Он лишь выполнял поручение отца и по сути отрабатывал свою ошибку. Легкие больно сжались, когда я посмотрела на его ровную, крепкую спину, которая спокойно подымалась и опускалась, когда парень дышал. На несколько секунд зажмурила глаза, пытаясь прийти в чувства.
— Я нуждаюсь в тебе...в твоей помощи, — парень не спеша развернулся, подойдя ближе. — Прости, что напугала, — тягостно сглотнув, я медленно разжала пальцы рук, давая возможность Скотту стянуть одеяло полностью. Его взгляд на миг задержался на худых ногах, а на лице...будто ничего, ноль эмоций. Или в дрогнувших глазах всё таки проскочило сострадание? Я настороженно смотрела прямо на его лицо, чтобы увидеть, когда парень почувствует отвращение ко мне. Но он даже не скривился. Мой уголок губ слегка дрогнул, а сгусток напряжение в груди разжался. Одна рука парня проскочила под колени, вторая мягко провела по всей спине, оставляя приятные мурашки на коже, завернула на талии, после чего Марк аккуратно и легко, будто я вовсе ничего не весила, поднял меня, выровнявшись. Я машинально ухватились за крепкие плечи, и сдержала себя, чтобы не взглянуть в его глаза, потому что была готова расплакаться из-за одного бесчувственного взгляда. Ведь все эти касания, близость, разговор для него не имели значения, а мне резали сердце острым лезвием. Как мне теперь жить дальше, зная, что Скотт больше не будет со мной? Как мне жить дальше, видя его, но без возможности прикоснуться? Как мне жить дальше, без его поддержки, без его присутствия в моей жизни?
Как мне перестать любить его?
Он, не спеша, заботливо усадил меня на кресло, после опустился на колено, и приподнял сначала одну мою ногу, после вторую, поставив их на специальные подставки. Марк не поднялся, серые глаза продолжали смотреть на мои оголенные колени. Стало не по себе, и мне захотелось прикрыть чем-то ноги. Руки машинально опустились, закрыв доступ Марку рассмотреть ссадины на конечностях.
— Мне жаль... — прозвучал тихий мужской голос и я замерла. Сердце упало вниз, и две невинные слезинки скатились по щекам. Марк, очень явно скрывая своё волнение и заботу, осмотрел моё лицо, впоследствии остановившись на глазах. Мышцы на его лице дрогнули, и буквально пару секунд спустя Скотт отвел взгляд и поднялся во весь рост, обходя коляску.
— Я отвезу тебя, скажи только куда.
— Блэйк Стрит, ресторан Chipolte.
— Как я помню, то на Блэйк Стрит нет ресторанов, — оглушил меня шатен этой информацией. Тяжело сглотнув, я слегка повернула голову:
— Пожалуйста, поехали туда, я хочу убедиться в этом сама.
Мысленно молилась о том, чтобы Марк перепутал название улицы, или просто решил подшутить надо мной. Остановившись напротив того места, где когда-то в моих снах стоял ресторан, в котором я работала, где познакомилась с Кейси, откуда меня часто забирал Марк, иногда подолгу стоя напротив входа, просто ожидая меня, я увидела лишь офисную многоэтажку, где не было даже намека на ресторан. Как камень внутри рухнул, и я похолодела. Последняя, ничтожная надежда, что хоть что-то из сна было реальностью, просто стала разбитым вдребезги стеклом. Губы дрожали, а глаза наполнились слезами.
— Почему всё так? Почему... — зарыдала я, полностью отдавшись эмоциям. В этот момент меня вовсе не волновали люди, осматривающие коляску и меня издалека. Единственное, что тревожило — то, что я покажусь Марку плаксивой девчонкой, сумасшедшей, которая думала, что на Блейк Стрит есть ресторан. Но я не могла сдержать слезы, такой внутренней боли я никогда не чувствовала. Вмиг стало трудно дышать, и я попыталась откашляться, густой и тугой ком перекрыл горло, и я не могла вдохнуть кислород.
— Аднер? — Марк быстро среагировал и наклонился, взяв мои щеки в свои ладони, пытаясь привести меня в чувства. — Аднер? Ты слышишь меня? — после этих слов я мало что помнила и воспринимала. Я будто погрузилась во тьму и всё вокруг исчезло. — Аднер, прошу, не покидай меня! Слышишь? Аднер!