Выпускной
—Хён, над чем задумался? — Спрашивает Феликс, натягивая кофту.
— Сегодня выпускной, просто думаю, что мне делать если Минхо откажет Хану? Типа, мне его поддержать и сказать, что все хорошо или просто посидеть с ним и ничего не говорить? — Хёнджин в это время только надевал штаны. — Или просто ударить Минхо за Джисона?
— Так, не говори глупостей. — Ликс подходит к старшему и обнимает его. — Уверен, Джи морально готов к отказу. Ну, а если что-то пойдёт не так мы его поддержим.
— Хорошо. — Хёнджин обнимает Феликса и целует в макушку.
— Так и знала, день только начался, а ты уже до моего солнышка домогаешься. — Говорит Каыль, заходя в комнату.
— Каыль, он мой парень.— Феликс отпускает Хёнджина и слегка отходит, им нужно продолжить одеваться.
— Это не даёт ему права с утра пораньше стоять у тебя в комнате голым и лапать тебя. — Девушка заходит в гардеробную и берёт оттуда косметичку.
— Во-первых, он в штанах, а во-вторых, мы обнимались. — Феликс подходит к зеркалу и смотрит на себя. Краситься они будут у Каыль.
—У меня вопрос, ты Чана по дороге убила? Или он сам от твоей токсичности умер? — Спрашивает Хёнджин, усмехаясь, и натягивает кофту.
— Я поспорила с ним, сказала, что ты тут сто процентов до Ликса домогаешься. Он решил, что не хочет на это смотреть, поэтому сидит на первом этаже с мамой Феликса. — Говорит Каыль и, пока Ли не видит, бросает в голову Хвана подушку. — Токсичный здесь ты, а я божий одуванчик. Просто забочусь о Ликсе и его заднице.
— Каыль, а ты не боишься вот так Чана с моей мамой оставлять? — Спрашивает Феликс, игнорируя её последнюю фразу.
— А чего мне бояться? — Спрашивает девушка и думает, что бы ещё кинуть в Хёнджина. Тот всё равно с ней ругаться перед Феликсом не станет.
— Ну, моя мама тебя как дочь родную любит, и как бы он твой парень. Ну не знаю, я вот лично боюсь Хёнджина одного вместе с тобой оставлять. — Говорит Феликс и берёт носки из комода.
— Ну, твоя мама не такая как я, и ей не нужно так сильно переживать как мне. — После этих слов Ликс сел на кровать, натягивая носки. А вот девушка обратилась к Хёнджину. — Только попробуй напоить Феликса и затащить его в постель. Я тогда лично тебя своими руками-
— КАЫЛЬ!!!!— Возмущённо говорит Ли и смотрит на подругу. — Я уже взрослый, сам разберусь. — Боже, как же ему стыдно перед Хёнджином.
— То есть ты хочешь этого? — Спрашивает девушка с ехидной улыбкой.
— Что? Нет. — Он смотрит на Каыль, а потом на Хёнджина. — То есть да, то есть нет...— Вот зачем так делать? Что ему ответить? Если нет для спокойствия Каыль, тогда Хёнджин может подумать, что он его боится или ещё что? А если да, то ему будет неловко. — То есть отстаньте оба, не буду отвечать. — Феликс, красный как помидор, вышел из комнаты, оставив Хёнджина и Каыль одних. Походу сейчас страха за жизнь своего парня не было, был только стыд.
— По-моему ты переборщила. — Говорит Хёнджин, понимая, что сейчас бояться ему реально стоит, ведь на столе у Феликса стоит слишком много вещей, которые можно в него кинуть.
— Ну, мне нужна была уверенность, что я могу не переживать насчёт своего солнышка. — Каыль переняла эту привычку от госпожи Ли, теперь она тоже так называет Феликса.
— Ты не права. Во-первых, Феликс и правда уже совершеннолетний, а во-вторых, я уже тысячу раз повторил, я в жизни не причиню ему боль. Я не буду настаивать или спаивать его. Пьяные поцелуи – это одно, но домогаться или приставать я не буду. Тем более я сегодня трезвый водитель.— Хван понимает, что Каыль хочет сказать что-то ещё, поэтому он садится на кровать и смотрит на девушку, ожидая её слов.
— Я не про это. Ты же слышал его ответ, он сначала сказал нет, а потом посмотрел на тебя и сказал да.
— И что? — Хёнджин немного не понимал, к чему клонит девушка.
— А то, что ты сказал, что не тронешь пока он сам не захочет. Но откуда ты можешь знать, о чём он думает? Вдруг он решит, что готов, но потом передумает, а во время процесса побоится сказать тебе об этом? Так ведь всегда, я тоже боялась, что если скажу нет в процессе – меня бросят, и такой страх есть всегда. Ты ведь не сможешь понять, страшно Феликсу или нет, сказать он может все, что угодно. Поэтому я просто хочу, чтобы ты поговорил с Ликсом и объяснил ему всё. Я хочу, чтобы он тебя, придурка, не боялся. И хочу, чтобы ты пообещал, что если Феликс испугается и решит, что он все-таки не готов, ты его не тронешь. Я говорю не именно про сегодня, а просто на будущее. — Такая сторона Каыль всегда поражала. Перед Феликсом она такая весёлая и немного странная, но сейчас она была другой. Заботливой и любящей. Сейчас Каыль такая серьёзная, ведь она правда переживала за Ликса, это были его первые отношения и девушка не могла вбить ему весь свой опыт, но она могла хоть как-то ему помочь. — Так что дай мне обещание.
— Каыль, я обещаю не давить и не приставать к Феликсу. Обещаю с ним поговорить и доказать, что он не должен меня бояться, и что я не брошу его из-за отказов. Если в будущем Ликс скажет, что он готов, но во время процесса я почувствую что ему страшно, я остановлюсь. Принесу вкусняшек и мы будем смотреть фильм, лёжа в обнимку. Довольна?
— Не говори так, будто делаешь мне одолжение, это ты встречаешься с моим лучшим другом и по великой случайности ты его первый парень. Так что это я сделала одолжение, когда согласилась тебе помочь. И все, чего я хочу, чтобы мой Феликс не разочаровался и был счастлив. Но он хочет быть счастливым с тобой, так что мне легче тебя заставить относиться к Ликсу с уважением, чем разбивать его сердце и говорить, что ты его не достоин.
— Разве я хоть раз заставил убедиться, что я его не уважаю? Я с трепетом и любовью отношусь к Феликсу. Да, согласен, я не думал над тем, что он может меня бояться и думать, что я брошу его из-за отказа. И я благодарен, что ты мне на это указала, но я бы никогда в жизни не позволил Феликсу разочароваться в себе. Хочешь, чтобы Ликс был счастлив? Хорошо. Он хочет быть счастливым со мной? Хорошо, значит, я буду целовать его ноги и носить его на руках. — Хёнджин правда на это готов. Он любит Феликса не меньше, так что ему будет только в радость. Почему-то на душе стало тепло от осознания того, что после приезда в Корею именно Каыль стала подругой Ликса. Да, возможно, она не очень хорошо относится к Хёнджину, но эта девушка была рядом с Феликсом и именно она его поддерживала. Так что, несмотря на все их перепалки и ссоры, Хван искренне уважал Каыль и благодарил за её заботу о Феликсе.
— Я рада, что мы услышали друг друга. Твой ответ достоин уважения. Надеюсь, что после окончания университета Феликс пришлёт мне приглашение на свадьбу, где в графе будет его имя и твоё. Так что не подведи мои ожидания. — Каыль встаёт с кресла и идёт к двери.
— Я обещаю, я лично тебе это приглашение принесу. — Конечно, сейчас было рано такое говорить. Но Хёнджин уверен, что в будущем они все ещё будут вместе и он обязательно сделает предложение Феликсу.
— Я запомнила твои слова. — И она вышла из комнаты. Хёнджин последовал её примеру и тоже пошёл вниз. Госпожа Лина пила чай с Феликсом и Бан Чаном. И, судя по лицу Чана, он нашёл общий язык с госпожой Ли.
— Хёнджин, ты живой? — Удивлённо спрашивает Крис.
— Да, представляешь, твоя девушка меня помиловала. — Он усмехается и садится рядом с Феликсом. Теперь нужно отпустить серьёзность и снова шутить и спорить с Каыль.
— Феликс, ты допустил большую ошибку, когда ушёл. Сам сказал, что нельзя нас двоих оставлять, и сам ушёл. Я думала, я его там убью, уже хотела свой телефон в голову ему кинуть. — Да, Каыль слишком быстро включила своё обычное состояние, с шутками и небольшой ненавистью к Хвану.
— Ну, ты же его не убила. — Говорит Феликс и обнимает Хёнджина, пряча лицо между плечом и шеей старшего.
— Ну, если бы убила, пришлось бы гроб покупать. — И снова шуточки, Хван опустил руку на голову Ликса и стал поглаживать его волосы.
—Нам уже ехать надо, хорош обниматься. Чан специально наверх не пошёл, чтобы этого не видеть, а вы тут начали. — Девушка будто дыру готова в них прожечь.
— Что плохого в объятиях? — Спрашивает Хёнджин, недовольно смотря на девушку.
— Ну, знаешь.. — Вот только договорить ей не дали, Чан взял печенье со стола и всунул ей в рот.
—Попробуй, мама Феликса пекла, очень вкусно. — Ему уже чисто было неловко, ладно Феликс, он привык. Но вот перед Хёнджином, теперь ещё подумает, что Чану противно от их отношений с Феликсом.
— Я знаю, что его мама вкусно готовит. — Говорит девушка, прожёвывая печенье.
— Мам, скажи, чтобы перестали ругаться. — Говорит Ликс, смотря на своего парня и потом на подругу, ему иногда казалось, что ещё немного и они друг другу в глотки вцепятся.
— Ты меня не приплетай, что парня, что подругу ты себе сам выбирал. — Говорит госпожа Ли с улыбкой на лице.
— Да, вот только с выбором парня прогадал. — Девушка усмехается и показывает Хвану язык.
— Как ребёнок себя ведёшь. — Говорит Хёнджин, хотя сам хочет ей показать язык. А в голове резко вспомнилась фраза Каыль: "Так ведь всегда, я тоже боялась, что если скажу нет в процессе – меня бросят, и такой страх есть всегда." Почему-то он именно сейчас задумался над этой фразой. Что тогда произошло? Кто был её первым? Она все-таки переборола себя и сказала, что ей страшно? Или что? Это было с Чанбином? Или кто-то до него? Если это Бин, то что он сделал? Заметил ли её страх? Хёнджин даже не догадался спросить, хотя сам не понимал, почему это его волнует.
— Ты кого тут ребёнком назвал? Госпожа Ли, какую кружку вам не жалко? — Спрашивает девушка, смотря с нетерпением.
— Кружек мне не жалко, а вот Хёнджина жалко. — И после этих слов она забрала у Каыль пустую кружку, из которой та допила чай.
— Ты чё, в меня кружку хотела кинуть? — Спрашивает Хван, немного офигевая, а сам все ещё думает над словами Каыль. Нужно обязательно сегодня с ней ещё раз поговорить.
— Что? Нет конечно. — Каыль это говорит слишком наигранно.
— Так, думаю, нам пора в машину. — Говорит Чан, вставая со стула и таща за собой девушку, ещё немного и они с Хёнджином точно сцепятся.
— Успокой её там. — Кричит Хван вдогонку, когда пара покидает дом.
— Что за шум, а драки нет? — Спрашивает отец Феликса, заходя на кухню. Он был в пижаме с сонным лицом и растепанными волосами.
— Драки нет, потому что Каыль увели. — Шутит Феликс и встаёт с места, чтобы обнять папу.
— С добрым утром, господин Ли. — Говорит Хёнджин с улыбкой.
— С добрым утром. А ты, я смотрю, с утра пораньше с Каыль сцепился. Вы как два разведенных. — Усмехается Господин Ли и берёт чистую чашку, чтобы приготовить себе кофе.
— Она первая начала. — У Хёнджина были хорошие отношения с родителями Феликса. Даже с его отцом они нашли общий язык в первый день знакомства.
— Ну, чтож поделать, она подруга Феликса. — Господин Ли относился к Хвану хорошо, он нравился его сыну, значит и ему должен нравиться. Хёнджин сам зарабатывал хорошо, учился. Ездил на дорогой машине, да, ей два года, но выглядит она абсолютно новой, потому что Хван ухаживал за ней. Причём отец Феликса видел как Хёнджин относится к его сыну, за что и уважал его. И на зимних каникулах господин Ли, в честь нового члена семьи, решил всем вместе полететь в Таиланд. Хван, честно, удивился и сказал, что сам заплатит за себя. Но ему просто не позволили этого сделать. Они летели первым классом, жили в пятизвездочном отеле и за все платил отец Феликса. Хёнджину было очень неудобно за это. Но каникулы прошли прекрасно, Хван очень хорошо за это время познакомился с родителями Феликса, даже очень хорошо. И под конец Госпожа Ли даже сказала, что летом они полетят куда-нибудь ещё, только теперь уже все вместе. Хёнджин не сразу понял, кто именно, правда Феликс шепотом объяснил, что мама имела ввиду их и родителей Хёнджина, а также Каыль и её родителей. Ну да, куда же без неё.
— Ладно, приятного вам завтрака, нам пора ехать. — Говорит Хёнджин, поднимаясь со стула и беря чашки, чтобы убрать их в раковину.
— Езжайте, я сама приберусь, а то ещё испачкаетесь. — Маму Феликса Хван считал святой, ибо он просто не мог объяснить доброту и святость этого человека.
— Спасибо, мам, мы поехали. Обещаю потом показать фотки. — Говорит Ликс и тянет Хёнджина к выходу.
— У меня обувь на втором этаже. — Хван купил новые кроссовки и сейчас они все ещё лежали в гардеробной Феликса.
— Нам идти пора, давай быстрее. — Говорит Ликс, целуя Хёнджина в щеку, и садится, чтобы надеть свою обувь.
*****
— Сейчас будет нудная и скучная церемония. — Говорит Хёнджин, опуская голову на плечо Феликса.
— Хён, тут твоих друзей награждать будут. — Феликс понимает, что от его слов интереса у Хвана не повысилось, поэтому он положил голову и начал гладить волосы старшего.
— Хёнджин, просидишь до конца церемонии и не уснёшь – я перестану тебя долбоебом называть. — Говорит Каыль и смотрит, как сон у Хвана будто рукой сняло.
— Интересное предложение. — Хван выпрямился и стал смотреть на ребят.
— Вот так, Феликс, нужно делать. — Говорит Каыль, улыбаясь.
— Прости, я его долбоёбом не называю. — Говорит Ликс, поправляя свои волосы.
— Хёнджин прав, это скучно и нудно. — Говорит Сынмин, явно тоже планируя поспать.
— Имей уважение к старшим. — Джисон толкает того в плечо, рассматривая друзей Минхо.
— Мы на балконе, они нас даже не видят. — Говорит Ким, не понимая интереса Хана. Все их спортивные достижения они знают, оценки тоже. Смысла тут сидеть не было, все равно ничего нового про их друзей не скажут.
******
— Хён? — Тихо зовёт Хан, ожидая, пока на него обратят внимания.
— Да, Сони? — Спрашивает Минхо, хотя сам видит проблему и подходит к младшему. Он берет галстук из рук Джисона и начинает завязывать его.
— Спасибо. — Отвечает Хан, смотря на Лино и тая от доброты старшего. За этим всем наблюдает Хёнджин. Они в комнате втроём, Чан и Бин приехали раньше, поэтому уже переоделись и вышли в зал. Хван не понимал, неужели Минхо и правда ничего не замечает? Взглядов Джисона и его действий. Даже сейчас Хёнджин прекрасно видит как глаза Хана мечутся по лицу Лино и буквально каждые две секунды его взгляд задерживается на губах старшего. Каыль была права, сказав, что Минхо слепой.
— Мне вас подождать или идти? — Этот вопрос был скорее для Джисона.
— Да, подожди, мы почти закончили. — Лино отвечает быстрее чем Хан.
— Ладно, жду. — Хёнджину почему-то стало неловко от собственного вопроса.
— Я всё, можем идти. — Говорит Джи, подходя к Хвану.
— Я тоже, — Минхо сразу пошёл к двери. Хёнджин похлопал по плечу Джисона и они вместе пошли за Лино. В зале сидели почти всё. Ждали только Каыль, Феликса и Инарён.
— Что-то они слишком долго. — Говорит Бин, осматривая всех присутствующих.
— Может им написать? — Спрашивает Хёнджин, доставая телефон и открывая их общий чат.
— Ну, если тебе мало ругани с Каыль, то конечно напиши. — Да, шутка Чана зачётная. Вот только услышь её Каыль, ругаться она будет с ним, а не с Хёнджином.
От кого: Хван Хёнджин
Мы вас ждём.
От кого: Ким Каыль(админ)
Молодцы.
— Собираемся мы, хули писать? — Говорит Каыль, открывая телефон.
— Ну, они же все уже готовы, только мы остались. — Говорит Феликс, хотя сам сидит и неторопливо красит Инарён.
— Красота требует жертв, пусть ждут. — Отвечает Инарён, стараясь не двигаться и не мешать Ликсу.
— Вот именно, мы красота, они жертвы. Правда тогда нам сюда бы ещё Чонина и Джисона. — Говорит Каыль, не смущаясь присутствия другой девушки.
— Каыль, — Ликс будто хотел намекнуть девушке, что это не публичная информация.
— Прости, солнышко. Ты закончил? — Спрашивает девушка, подходя к другу и смотря на лицо Инарён. — Это божественно.
— Садись, он тебя тоже накрасит. — Говорит младшая, подходя к зеркалу и начиная рассматривать свой макияж. — Феликс, у тебя и правда талант, я ещё никогда не была такой красивой.
— Не наговаривай, ты прекрасна. — Каыль часто говорила комплименты и от неё их правда было приятно слышать.
— Кстати, я хотела спросить, если у нас тут такая компания, мы можем немного посплетничать? — Инарён садится около Каыль, просто чтобы Ликсу не мешать.
— Конечно. — Отвечает Феликс, подбирая косметику.
— Вы же вроде хорошо с Джисоном общаетесь? Вот у меня вопрос, вы замечали, как он на Минхо смотрит? — Ликс от такого аж подавился.
— Как он смотрит? — Ну да, вот сейчас включать дурачка вообще не тема. Потому что просто глупо, все прекрасно видят, как он смотрит.
— Ну...ну как Чанбин смотрит на меня, как Хёнджин смотрит на тебя, как Бан Чан смотрит на Каыль или Сынмин на Чонина. У меня просто такое чувство, будто ещё немного и Хан примкнет к его губам. Он как будто завороженный. — Инарён похоже не поняла, что Каыль и Феликс всё знают и стала реально им всё объяснять.
— Ну, может у него не только дружеские чувства? — Не, ну раз Ликс ничего не знающего дурочка врубил, то и она тоже, чтобы друга поддержать.
— Я тоже так думаю. Но мне его прям жалко. Мы вот с Юной разговаривали, она тоже это за Ханом замечает. Ну, типа я сначала внимание не обращала, а Юна сказала и блин, правда.
— А что тебе Юна сказала? — Спрашивает Феликс, желая узнать. С Юной они знакомы чуть меньше месяца, и то она о себе много не говорила. Хотя вроде и выглядела милой, но у Ликса имелось своё мнение: возможно она и хорошая, но пока сложно сказать.
— Ну, она что-то много говорила, а потом резко с темы перескочила, типа "Мы были с Минхо где-то", я уже не помню, где они были, "И тут к нам Джисон подошёл, они сначала норм общались, а потом я заметила как Хан на губы Лино смотрит, будто поцеловать его хочет". Ну, мы обе посмеялись и потом она ещё пару историй похожих рассказала, и про слухи некоторые. Я это особо во внимание не взяла, но вот на поведение Джисона внимание обратила. — Инарён хотелось узнать, правда ли Хану нравится Минхо или он просто так смотрит на него. И все эти слухи и странное поведение не больше, чем просто выдумки.
— А что там за слухи? — Каыль хоть и выглядела спокойной, но уже мысленно похоронила всех, кто распускал слухи про её друзей.
— Ну...есть слух, что когда-то Хо что-то сделал для Джисона и он, типа, в него влюбился. Я точно не помню, что мне Юна говорила.
— То есть тебе все эти слухи она рассказала? — Спрашивает Феликс, нанося помаду на губы Каыль.
— Ну, просто все как узнали, что именно она идёт на выпускной, стали ей гадости про Минхо наговаривать. Девушки же такие, а Лино популярный, каждой хочется с ним пойти. А тут бац, и не пойми кто с ним идёт. — Преувеличений тут не было, Минхо, Хёнджин и Чанбин были самыми популярными в их компании. Вот только Хван начал встречаться с Ликсом, Бин с Инарён и по фактам, остался только один Минхо.
— То есть ей говорили слухи про Джисона, чтобы она с Минхо на выпускной не пошла? Как-то глупо. — Говорит Каыль, смотрясь в зеркало. — Найди матовую помаду потемнее, — Девушка уже обращалась к Ликсу.
— Ну, Юне даже сказали, что когда Минхо к Джисону приезжает, когда ему плохо или типа того, то Лино с ним...ну...того, — Инарён смущалась говорить такие вещи, у неё не было такой уверенности, как у Каыль.
— Боже, какую только херню не придумают. Они совсем тупые? Минхо и к Бину в час ночи приезжал, они, блять, тоже трахались, получается? — Честно, Каыль бесили не только люди, распространяющие слухи, но ещё и то, какую чушь они только не напридумывают. Типа, это же максимально тупо.
— Я знаю, что это чушь, но представь, как Юне было неприятно это слушать.
— А вот просто не надо было такую хрень слушать, послала бы на ху..на хрен и всё. — Да, в гневе количество матов и некрасивых слов в её речи увеличивалось.
— Ну так что вы думаете? Даже если опустить слухи. Мне правда кажется, что Джисон что-то чувствует к Минхо. — Инарён говорила это с некой улыбкой. Честно, она считала, что любовь у однополых пар самая чистая и искренняя. Инарён думала так, смотря на отношения между девушками, но и так же считала насчёт двух парней. Даже отношения Хёнджина и Феликса, Сынмина и Чонина, казались ей чистыми и невинными.
— Я думаю, что стоит перестать верить слухам. А насчёт Джисона я согласна. Но это не наше дело, а его. — Каыль смотрит на Инарён, которая выглядела так мечтательно.
— Если у него и правда есть чувства, то они явно искренние. Джисон такой милый, и рядом с Минхо он всегда такой тихий и покладистый, а ещё его влюблённый взгляд. — Да, девушка говорила так, будто это на неё Джисон смотрел с любовью. Хотя Инарён это и не надо, на неё так Чан Бин смотрит.
— Тебе походу надо начать фанфики писать. Уверена, Бин оценит. — Каыль усмехнулась, смотря на Инарён.
— Ну конечно, его сначала вырвет, а потом он только оценит. — Девушка прекрасно понимала шутку подруги.
— Инарён, давай мы не будем лезть в чувства других? Уверен, Джисон сам со всем разберётся, ну а мы в случае чего его поддержим. Ведь так? — Феликс говорил это так спокойно и серьёзно, будто бы он не обсудил эту тему с Каыль тысячу раз.
— Хорошо, идём вниз? — Спрашивает Инарён и идёт к выходу. Ликс и Каыль переглянусь и тоже пошли за девушкой.
— Мы закончили. — Говорит Феликс, заходя в зал.
— Ну что, не умер, Хёнджин? — Спрашивает Каыль, укоризненно смотря на парня.
— Хватит. — Говорит Бан, подходя к девушке.
— Ладно-ладно, давайте решим, кто с кем и за кем едет. Значит нам нужно съездить за всеми родителями выпускников. Мелкие без машин едут либо со мной, либо с Хёнджином. Следовательно мы их завозим и едем дальше. Ну, Чан за своими родителями, Чанбин за своими и родителями Инарен. Я поеду за родителями Юны. Ну, а так как Минхо живёт дальше всех, он сам поедет за ними. Вопросы?
— А нам с кем ехать? — Спрашивает Сынмин, смотря на девушку.
— Со мной, идите в машину. — Отвечает Каыль, зная, что сначала отвезёт их. Оба парня просто встали и пошли на улицу.
— Так, Джисон, ты можешь поехать сейчас с Хёнджином, ну или компанию Минхо составить? — Каыль спрашивает абсолютно серьёзно.
— Я поеду с Хёнджином. — Отвечает Джисон, ему не о чем разговаривать с Минхо. Он уже решил и сейчас просто не было смысла ехать с ним.
— Хани, бросаешь меня? Твой Хёнджин никуда не денется, а мне одному скучно. Так что ты едешь со мной. — Отвечает Лино и, видя кивок от Джисона, выходит на улицу. Хан как-то неуверенно смотрит на Хвана и Каыль и выходит за старшим.
— Хёнджин, вот только что моя ненависть к Минхо возросла втрое больше, чем к тебе. — Говорит Каыль как только закрывается дверь.
— Не поверишь, самому захотелось ему лицо разбить. — Хёнджин смотрит на дверь и не обращает ни на что внимания.
— Он и правда слепой. — Феликс тоже смотрит на дверь и чувствует отвращение к Лино.
— Уёбок. — Каыль решила дополнить слова друга.
— То есть слухи, что Джисону нравится Минхо – правда? — Всю их ненавистную атмосферу разрушили слова Инарён. Ребята только сейчас поняли, что все остальные всё слышали. Чан и Бин смотрели с удивлением и неким презрением, по их лицам стало ясно, что лучше бы они этого не слышали. Инарён смотрела с улыбкой и ожидала положительного ответа на свой вопрос. А вот по лицу Юны не было понятно, о чём она думала.
— Вас это ебать или волновать не должно. Марш по машинам. — Каыль уже тысячу раз прокляла свой язык и то, что она высказалась по этому поводу.
— Каыль, скажи, что это не правда? — С надеждой спрашивает Чанбин.
— Я сказала, марш по машинам! — Каыль явно злилась, ну она просто знала, что в гневе ей вряд-ли кто-то вопросы задавать будет.
— Каыль? — Тихо и со страхом зовет Феликс.
— Эй. — Она окликивает парней, которые уже подошли к двери. — Только попробуйте хоть слово сказать Минхо. Я лично каждого прибью, это не ваше дело. Вам ясно?
— Да. — Всё ответили разом и вышли из дома. Спорить с Каыль все равно что с жизнью прощаться.
*****
— Каыль, а ты чего тут? — Спрашивает Хёнджин, подходя к лавочке, где сидела девушка.
— По той же причине, что и ты, там слишком душно. — Отвечает Каыль и двигается чуть в сторону, чтобы Хван сел рядом.
— Ну, скоро поедем в коттедж отдыхать. — Говорит Хёнджин, присаживаясь на лавочку. — Можно вопрос задать?
— Какой?
— Ты сказала, что боялась, ну тогда, и мне стало интересно, что всё же случилось? Это же был Чанбин? — Хван сам не понимал, зачем спрашивает это. Но почему-то он боялся и переживал за Каыль, хотя смысла в этом не было.
— Ну да, Чанбин. — Девушка просто смотрела вдаль, не понимая, к чему такие вопросы.
— И всё-таки, что случилось? Я знаю, я не Феликс, чтобы со мной таким делиться, но я просто не хочу ничего придумывать и разочаровываться в Чанбине. — Он правда боялся разочароваться в нём.
— Я точно всего не помню, но у меня было такое игривое настроение. Я почему-то посчитала, что было самое время поприставать к нему. И в какой-то момент все зашло слишком далеко, настолько, что останавливаться было глупо. Но именно в этот момент я испугалась, мне стало слишком страшно. Я боялась сказать "хватит" или "остановись", мне казалось, что скажи я так, он меня бросит. Не знаю, почему я так решила. Бин всегда так хорошо ко мне относился, а я все равно так подумала. И знаешь, тогда я его правда любила, я боялась его потерять, боялась, что он перестанет смотреть на меня с восхищением и любовью. — Каыль замолчала, она вспоминала те яркие моменты с Чанбином, которые они проводили вместе.
— И что было дальше? — Хёнджин все ещё чувствовал какую-то неприязнь к этой ситуации, Каыль вроде ничего не сказала, но он будто разочаровывался в Бине.
— Ну, я думаю, он понял, что я боюсь. И если бы он резко просто прекратил, это было бы неловко и...не знаю, неудобно что-ли. Он просто начал задавать какие-то глупые вопросы, расспрашивать, как прошёл мой день и все в этом роде. Я отвечала спокойно, как мне казалось. И в какой-то момент он предложил перейти на кровать, говоря, что так будет удобнее. И меня снова пробил страх, — Хван стиснул зубы, но ничего не сказал. — А по дороге он спросил, кушала ли я что-то. Я ответила, что нет. Когда мы пришли в спальню я села на кровать и стала просто ждать. Бин поцеловал меня в макушку и вышел. — На лице появилась улыбка.
— И не вернулся? — Хван посчитал, что это было прекрасно.
— Вернулся, — Каыль усмехнулась, ведь Хёнджин смотрел на нее будто с детской наивностью. — Только он пришёл с подносом еды, я сама не знаю, зачем. Но мы просто сидели и ели, я даже не помню, что он принёс. Ну, мы поели, он отнес поднос и пока он ходил, я всё думала, что сейчас будет. Мы продолжим или что? Чанбин вернулся достаточно быстро и просто упал на кровать. А потом притянул меня к себе и сжал в объятиях. Мы так и уснули, ничего не было. — Девушка усмехнулась и облегчённо выдохнула, так, будто это вчера случилось.
— А была неловкость с утра?
— Ну, я хотела у него спросить, но Бин ответил: "Я не понимаю, о чем ты". Знаешь, это был лучший вариант, просто сделать вид, будто ничего не было. Но потом недели через две мы выпили, то-ли какой-то праздник, то-ли что, ну не суть. Я, будучи пьяной, снова задала ему вопрос, но сделала это очень некрасиво и некорректно. Ну я спросила что-то по типу "ты меня не захотел" или "я тебя не возбуждаю". Знаешь, для меня пьяной это было нормально. Я думала, что мы посмеёмся с этого. Но Бин ответит мне на полном серьёзе. "Хотел, и очень сильно, но ты вся дрожала" и он правда описал, какой я тогда была. С каким страхом в глазах я на него смотрела, как дрожало моё тело и голос. И потом он меня обнял, прижимая к груди, сказав, что я самый важный для него человек, и что он скорее умрёт чем разочарует или обидит меня. Он поцеловал меня так трепетно и нежно, что я будто влюбилась второй раз. И его фраза "Я не хочу, что бы ты меня боялась, не хочу видеть разочарования в твоих глазах, для меня секс не так важен, как твоя любовь", боже, как я потом рыдала, ты просто не представляешь. — Каыль наверное сейчас бы тоже заплакала, но Феликс потратил слишком много сил, чтобы её накрасить, так что она воздержалась от слёз.
— Не знал, что Бин может быть таким. — Ну, он слышал, что Чанбин хорошо относится к девушкам в отношениях, тратит на них деньги и все такое. Правда о такой стороне он слышал впервые. Бин так уважал и ценил Каыль, что просто забил на свои желания. Ему и правда были важны чувства Каыль.
— Ага, я сама в шоке была. — Настроение поднялось и девушка немного посмеялась. Хотя она сама не знала, от чего ей смешно.
— Жаль, что вы расстались. — Хёнджин сказал это не подумав.
— А мне нет. — Каыль ответила абсолютно спокойно, хотя Хвану показалось, что его слова могли её разозлить.
— Почему? — Если они так душевно беседуют, то пусть и дальше продолжают. Он ещё ни разу не слышал столько откровений от Каыль.
— Ну, это был просто хороший опыт, первая влюблённость, любовь и первые отношения. Нам просто было хорошо вдвоём, но не всем суждено быть вечно вместе. — Как Каыль сказала Джисону, не все заслуживают счастливого конца. Вот только их отношения были прекрасными и счастливыми, но им пришёл печальный конец.
— Думаешь, у нас с Фе...-
— Нет. Хёнджин, как бы сильно я тебя ненавидела, пожалуйста, не разбивай сердце Феликса. Я тебя умоляю. — Вот теперь на глазах стала собираться влага. — Он ведь такой светлый и милый, и его чувства к тебе такие же. Хёнджин, он ведь правда хочет быть с тобой, так что пусть хотя бы у вас будет счастливый конец. Там, где-то в будущем где вы вдвоём, в браке и детей возьмете. Да, из детского дома, возьмите маленьких карапузиков и воспитайте их. Госпожа Ли внуков потому что хочет. — Каыль плакала и радовалась одновременно. Плакала из-за того, что ей грустно, а вот радость была от того, что она представляла как однажды Феликс пригласит её к себе, где будет Хёнджин и у них все хорошо.
— Каыль..— Хван видел как по щекам девушки текут слезы. Девушка и правда любила Феликса как брата. — Я обещаю, что сделаю ему предложение и детей мы тоже возьмем. — Он обнял девушку и позволил ей поплакать в своё плечо. Конечно, его слова были громким заявлением и загадывать рано, но он правда сделает всё, чтобы быть с Ликсом до конца.
— Обещай, что не бросишь Феликса. — Каыль буквально радыла, забив на свой макияж, её слезы впитывались в кофту Хёнджина, а парень просто аккуратно гладил её по спине.
— Я обещаю и клянусь. Каыль, я ни за что не брошу Ликса. — Хван говорил правду, он будет стараться, он сделает всё, что в его силах, чтобы быть с Феликсом.
— Я запомнила. — Всхлипывая, говорит девушка.
— Каыль может мне в машину сбегать и салфетки принести? У тебя все размазалось на лице. — Говорит Хёнджин, смотря на тональное средство, смешанное с тушью на лице девушки и большое пятно на его плече. Но это не так страшно. Он переживёт это пятно. Сейчас он протянул ей носовой платок, это максимум, что он мог дать в данный момент.
— Буду очень благодарна, если ты просто закроешь меня собой и доведешь до машины, чтобы я привела себя в порядок. — Говорит Каыль, вытирая слезы носовым платком, который ей дал Хван.
****
— Бин, ты не видел Хёнджина? — Спрашивает Феликс, подходя к старшему.
— Пошёл на улицу свежим воздухом подышать. — Отвечает Чанбин и смотрит на Ликса.
— Понятно.
— Чё, ревнуешь? — Резкий и немного глупый вопрос. Хотя скорее просто насмешка.
— Нет, с чего мне ревновать? — Феликс явно не понял шутки.
— Я просто пошутил, ну типа...ладно, забей, Хёнджин не самоубийца, чтобы тебе изменять. — Говорит Бин и отпивает сок. Им нужно будет отвезти родителей домой и вот потом уже в коттедже они напьются.
— Хен, я не понимаю, причём тут это?
— Ну, знаешь, когда Каыль шутит, что убьёт за тебя, поверь – это не шутки. Она реально может убить. — Чанбин всё ещё видел недоумение на лице Феликса. — Ладно, забей, я пошутил. Хёнджин не кобель и изменять не станет, за время ваших отношений у меня уже уши устали слушать как он тебя любит. — Ну, да, Хван – гей и встречается с парнем, а Чанбин его друг. И это его долг выслушивать Хёнджина. Но Хван же слушал его, когда Бин по три часа про Каыль говорил.
— Не знал, что он такое с тобой обсуждает, — Феликс очень смутился.
— Мы не обсуждаем, он просто начинает говорить, а у меня выбора нет, приходится слушать.
— Понятно. — В этот момент в Феликса кто-то врезался и, обернувшись, вместо извинений он получил:
— Пидор. — Ну, Ликс даже не удивился. Об их отношениях с Хёнджином уже знали все. Кто-то отнёсся хорошо, кто-то плохо. Девчонки ныли, что Феликс несправедливо получил такого красивого парня как Хван. Парни же из многих классов отнеслись вроде нейтрально, но "пидор" и "гей" он периодически слышал за спиной.
— Сюда подошёл. — Говорит Бин и смотрит на парня. Тот явно не сразу заметил, что Феликс стоит не один. И вот теперь уверенность пропала с его лица. Кто бы что не говорил, но все продолжали бояться их компанию.
— Да? — С дрожью в голосе спрашивает парень, трясясь от страха.
— Извинился. — Грубо и холодно говорит Чанбин, укоризненно смотря на парня.
— Я прошу прощения что врезался в вас и обозвал. — Он поклонился Феликсу и стал ждать, даже голову не поднял.
— Можешь идти. — Это было неким прощением. Ликс не мог быть грубым как Бин.
— Совсем уже ахуели. — Говорит Чанбин, смотря, как парень дал деру от них.
— Вы сами меня так раньше называли.— Да, и только два месяца назад Бин переименовал его в телефоне, и то после угроз Каыль.
— Мы – это мы. Мы твои друзья и делали это ради прикола, признаю, это не красиво. Но блять, кто он такой, чтобы тебе что-то говорить? Я друг Хёнджина и просто могу подъебать, а он кто? — Что Чанбин, что Бан Чан и Минхо бесились, когда кто-то оскорблял их друзей. Даже если в пример взять, два парня из двенадцатого класса, учащиеся в параллели, оскорбили Чонина и довели до слёз. Но они об этом очень пожалели, когда их встретили остальные. Бин может и гомофоб, но своих друзей он будет защищать несмотря ни на что. Феликс гей и, возможно, Чанбин все ещё брезгает здороваться с Ликсом за руку, но оскорблять его он точно никому не позволит. Все-таки Феликс – парень Хёнджина.
— Окей, спасибо. — И все-таки Ликс был им благодарен.
— Ладно, пошли, Хёнджина поищем. Да и нам наверное уже пора родителей по домам развозить.
Все и правда поехали отвозить родителей, кто-то сразу поехал домой к Каыль чтобы переодеться и оттуда отправиться в коттедж, ну а Джисон снова ехал с Минхо. Потому что, видите ли, ему будет скучно на обратной дороге. Хан сидел на переднем сиденье и иногда смотрел в зеркало. Мама Минхо явно была довольна выпускным сына, а вот по лицу его отца было сложно что-то понять. Хоть господин Ли и выглядел холодным и отстраненным, это было далеко не так. В душе он был очень хорошим человеком. Когда отец Джисона был жив, Минхо с родителями все ещё жили с ними по соседству. Так что их отцы были очень дружны. Правда Хан на тот момент с Лино не общался и вообще боялся его.
— Джисон, чего такой грустный? Расстроен, что ребята уезжают? — Спрашивает господин Ли и улыбается. От его улыбки на душе будто спокойнее.
— Да, очень грустно от этого. — Отвечает Хан и смотрит на Лино.
— Расслабься, я же не навсегда уезжаю. Обещаю на все каникулы прилететь. — И Минхо потрепал Джисона по волосам. "Прилететь-то ты можешь, а вот захочешь ли ты общаться со мной после моего признания?" – вопрос, который крутился в голове. Хотелось отказаться от этой идеи и просто забить на чувства. Остаться друзьями с Лино и просто радоваться тому, что он рядом. Но он же уже все решил. Почему сейчас в душе снова раздор и неуверенность?
Все уже были в коттедже и отдыхали. Джисон по дороге сюда словил несколько инфарктов. Хотя они молчали большую часть пути. Хан старался не пить просто потому, что Минхо мог свалить его признание на алкогольное опьянение. Время близилось к десяти, и Хёнджин скоро должен был поехать домой, а без него Джисон точно не сможет признаться. Хан встаёт с места и идёт искать друга.
— Бин, ты не видел Хёнджина? — Он спрашивает с надеждой, что Хван ещё не уехал. Хотя он бы точно предупредил Джисона.
— В гостиной сидят. — Отвечает Чанбин, уже немного подвыпивший.
— Спасибо. — Хан кивнул и пошёл в гостиную.
Хёнджин сидел на диване вместе с Феликсом. Они обнимались и Ликс чуть ли не засыпал на своём парне. Каыль сидела вместе с Инарён и они о чём-то беседовали. Хан подошёл ближе и все четверо сразу обратили на него внимание. Много времени не потребовалось, чтобы Хёнджин понял что к чему. Каыль, будто понимая, что они лишние, взяла Инарён под руку и ушла на кухню. Джисон сел на их место.
— Вам уже скоро надо ехать домой. Но без вас, думаю, мне не хватит уверенности. — Хан правда боялся, что не сможет признаться Минхо сегодня. Он весь сам решил, либо сегодня, либо никогда.
— Хорошо. Идём искать Лино? — Спрашивает Феликс, смотря с тёплой улыбкой, его сон уже отступил.
— Угу. — Джисон кивает и они встают с диванов.
На удивление Минхо находится достаточно быстро. Он стоял и болтал с Юной, что было проблемой. Ведь он знал, что девушке Лино вроде нравился, но это не точно.
— Мы можем поговорить? — Спрашивает Джисон, обращаясь к старшему. Хан старался контролировать голос, чтобы он не дрожал.
— Конечно. — Отвечает Лино и стоит на месте.
— Хо, я думаю, Джисон хочет поговорить с тобой в более тихом месте. Ведь так? — Она обратилась к Хану и тот немного смутился. Юна не против?
— Да, — Как-то неуверенно ответил Джи.
— Я не хотел бы тебя одну оставлять. — А Минхо будто снова не видел волнения младшего.
— Меня Каыль с Инарён наверное заждались, мы обещали вместе выпить и посплетничать. Так что можешь идти. — Девушка улыбнулась и пошла куда-то. Отойдя на достаточное расстояние, Юна повернулась и показала Джисону жест "окей", как правило это было и неким одобрением. То есть Юна тоже уже знала, что Хан хочет признаться.
— Хорошо, где поговорим? — Спрашивает Минхо, смотря на Хана.
— Ну, на улице. — И Джи указал на дверь.
— Окей, погнали. — Лино ответил с улыбкой и обнял Хана за плечи. Они вместе пошли на улицу.
Отойдя на достаточное расстояние, Джисон остановился и посмотрел за спину. От них на расстоянии примерно 8-10 метров стояли Хёнджин и Феликс.
— А они чё там стоят? — Спрашивает Минхо, смотря на парней.
— Они меня ждут. — Джисон уже был не уверен. Даже то, что Феликс и Хёнджин были рядом не придавало ему уверенности.
— Окей. Так о чём ты хотел поговорить? — Минхо смотрит мягко и с улыбкой. Но что будет на его лице, когда Хан признается? Неприязнь, отвращение или гнев? А может Лино просто расстроится? Джисон не знал и это пугало.
— Хён, я тебя люблю. — Хан выпалил это быстро и стал ждать реакции Минхо.
— Это всё, что ты хотел сказать? — Улыбка с лица Лино не пропала, он даже немного посмеялся. — Я тебя тоже люблю.
— Хён, ты не понял, я не как брата или друга тебя люблю. А как парня, как Хёнджин любит Феликса. — Джисон сказал это с болью, надо было остановиться. Ничего не говорить, поддержать шутку Минхо и промолчать, но нет, он сказал. Хан ведь решил идти до конца, вот и всё. Улыбка с лица Лино пропала. Что он чувствовал сейчас было не понятно. — Хён, прости, я не хотел, просто..-
— Не надо. Пожалуйста, не оправдывайся. — Минхо разбит, максимально и точно, он просто убит. Его Хани признался ему в любви? Человек, которого он считал младшим братом, к кому он относился как...как Чан относился к Чонину, просто взял и признался ему в любви? Весь мир Лино просто рухнул. Зачем он это сделал? Почему?
— Хён, мне правда жаль. — Джисон будто уже чувствует ненависть Минхо, хотя тот ещё ничего не сказал.
— Давай не будем. Просто...просто забудем, ничего не было. Мы друзья, я не слышал твоих слов.
— Но...
— Никаких но. А теперь иди, тебя ждут Феликс с Хёнджином. — Минхо даже не поднял глаз на Джисона, он просто смотрел куда в бок.
— Мне правда жаль. — Говорит Джисон и разворачивается, он начинает медленно идти к друзьям, а у самого текут слезы по лицу. На что он вообще надеялся? Что ему ответят взаимностью? Как глупо. Вот только теперь был другой вопрос. Будет ли их общение таким же, как и до признания?
*****
— Джисон, ты уверен, что не поедешь с нами? — Спрашивает Хёнджин, смотря на друга.
— Да, уверен. Всё будет нормально, тут Каыль и Чан, ничего страшного не случится. — Хан уже поплакал в плечо Хвана на улице. И сейчас, успокоившись, он и Хёнджин сидели на заднем дворе.
— Мы можем остаться, если ты хочешь. — Говорит Феликс, протягивая ещё одну салфетку.
— Всё нормально, можете ехать.
— Так чувствую, что мне стоит разбить лицо Минхо? — Раздаётся женский голос и к ним подсаживается Каыль.
— Каыль, ты откуда? — Был глупый вопрос, учитывая, что они за городом.
— Просто сидела и увидела Минхо, который был растерян и будто разбит изнутри. Ну, сложив два плюс два, я поняла, что Хан уже признался. — Говорит она, смотря на троих парней и в частности заостряя внимание на Джисоне. У того были немного опухшие глаза и щеки от слёз. — Джи, хочешь, я его в бассейне утоплю? — Спрашивает Каыль и указывает на воду.
— Нет. — Джисон повеселел от шутки девушки и даже посмеялся.
— Жаль, вот Феликсу предлагала Хёнджина убить, он отказывается и ты тоже. — Каыль наигранно изобразила обиду и сделала вид, будто вытирает слезы.
— Так, езжайте, а мы пойдём напьёмся с Каыль до беспамятства в честь моей невзаимной любви. — Джисон не хотел расстраивать друзей и мешать им. Поэтому он старался сделать вид, что всё хорошо.
— Ладно, но обещай, чуть что сразу звони. — Говорит Хван и обнимает друга.
— Клянусь. — Джисон обнимает того в ответ.
******
— Как думаешь, насколько он разбит? — Спрашивает Феликс, смотря в окно.
— Думаю, он расстроен, но уверен, Джисон уже был морально готов получить отказ. Да и будь ему плохо, он бы не позволил нам уехать. Как бы сильно Джисон не уважал наши отношения, он все равно в случае опасности и беспомощности будет искать спасение во мне. Хан звонит Минхо только когда я далеко или просто когда он врёт. По сути Лино ни разу и не видел настоящей истерики Джисона. — Хёнджин говорил спокойно, он смотрел за дорогой и не видел реакции младшего на его слова.
— Понятно, я рад, что Хан тебе настолько доверяет. — Феликс улыбнулся и тихонько погладил Хвана по голове, но не долго, чтобы от дороги не отвлекать.
— Думаю, они с Каыль сегодня жёстко напьются и он позвонит часа в два ночи. Так что думаю, придётся спать в одежде. — Ну это на случай, чтобы не тратить время на сборы.
— Сегодня передают дождь. — Феликс вспомнил об этом случайно, просто увидел в новостях.
— Да, они в коттедже бухают, кто на улицу то выйдет? — Спрашивает Хёнджин, примерно предполагая, что все уже в двенадцать ночи вырубятся.
— Надо зонт будет положить в машину или у тебя есть?
— Есть, в багажнике лежит. — Хёнджин даже не помнил, почему он там валялся.
Домой Феликс и Хван приехали ближе к двенадцати. Дорога заняла примерно полтора часа, может чуть меньше. Родители Ликса уже спали, так что они тихо поднялись на второй этаж. Феликс взял чистую кофту, штаны и носки с трусами и пошёл в душ первым. Хёнджин же в это время позвонил Каыль узнать, всё ли в порядке. Девушка же включила видеозвонок и показала, что им с Джисоном очень весело. А рядом с ними сидел ничего не понимающий трезвый Бан Чан. Хёнджин мысленно выразил ему сочувствие и уважение. Девушка же ещё раз сказала, что у них всё хорошо и отключилась. И спустя некоторое время из душа вышел Феликс.
— Хён, я помылся, можешь идти в душ. — Говорит Ликс, залезая на кровать. Он как маленький лохматый котик.
— Хорошо, я, кстати, позвонил Каыль, у них все замечательно. — Хёнджин, прежде чем пойти в ванную комнату, поцеловал Феликса.
Ликс ждал Хвана отнюдь не долго. Хёнджин вышел минут через пятнадцать и сразу же лёг на кровать. Перед сном они захотели посмотреть видео на ютубе и полежать в обнимку. Видео были разными: от каких-то видеоклипов до обзоров на аниме. Но в какой-то момент Феликс забрал телефон у Хёнджина и выключил его.
— Спать? — Спрашивает Хван, смотря на Ликса.
— Нет, — Феликс отрицательно машет головой и залезает на Хёнджина. — Я хочу целоваться. — Говорит Ликс и примыкает к губам старшего.
Хёнджин немного приподнимается и обнимает Феликса за талию. Ликс же сначала просто сжимает плечи Хвана, а потом обнимает за шею. Долгий и медленный поцелуй, пропитанный чувствами и страстью. Феликс любил так целоваться, он сам не понимал, но именно такие поцелуи доставляли больше всего удовольствия. Размеренные движения губами и горячие руки Хёнджина на его теле. Да, Хван уже забрался под кофту и поглаживал спину и талию младшего. Из-за нехватки воздуха Ликс отстранился на некоторое время. Феликс смотрит в глаза старшего и тянется к своей кофте, он хочет её снять. Но Хёнджин не позволяет, прижимая младшего к себе.
—Меня Каыль убьёт. — Хван не искал оправдания или что-то в этом роде. Да, он обещал поговорить с Феликсом, но он ведь его не боится. В глазах Ликса сейчас страсть и желание, страха нет.
— Она ничего не узнает. — Шепчет Феликс в самые губы. И после они снова сливаются в поцелуе. Все бы ничего, но раздаётся телефонный звонок. В любой другой день Ликс бы проигнорировал его. Но сейчас в душе что-то сжалось, а в голове появилась мысль, что это Джисон. Феликс отстранился и взял свой телефон, там и правда был номер Хана.
— Алло, да? — Отвечает Феликс и ждёт ответа. Хёнджин смотрит с непониманием, почему Джисон позвонил Ликсу, а не ему? Вот только от этих мыслей его отвлёк испуганный взгляд Феликса. — Джисон, успокойся, мы едем. — Он отключается и встаёт с кровати.
— Что случилось? — Хёнджин поднимается следом и ищет свой телефон. Точно, он оставил его в ванной комнате.
— Там Джисон и он плачет. По звукам он был на улице, я слышал звуки дождя. И потом Хан сам сказал, что идёт пешком от коттеджа домой. — Говорит Феликс, собирая чистые вещи. Нужно было, чтобы Джисон переоделся сразу же, как они его встретят.
— Хорошо, едем. — Говорит Хван, а сам выходит из комнаты и идёт в ванну. Ну, телефон же нужно забрать.
Феликс взял чистые вещи, тёплые носочки и пошёл вниз обуваться. Хёнджин спустился следом за ним. Взяв зонтик, они оба пошли к машине. Ликс положил вещи на заднее сиденье и они поехали. Дороги к коттеджу было две: по трассе и через лес. Ну, будь Джисон трижды пьян, через тёмный лес он не попрётся. Значит они должны встретить его где-то на трассе. Только была проблема. На улице уже темно, вместо обещанного дождика, шёл ливень и плюс Джисон был в чёрной одежде. Поэтому, что Феликс, что Хван всматривались в дорогу, стараясь не пропустить Джисона.
Хан шёл немного прихрамывая, он уже был насквозь мокрым и испачканным в грязи, из глаз катились слезы и он шёл, всхлипывая. Капюшон немного спасал и капли не так сильно били по лицу. Хотя это не так важно. Всё же было хорошо, что же случилось? Джисон сбежал, да, именно так, он не ушёл, а сбежал. По дороге падал несколько раз, именно поэтому и был грязный, нога болела по той же причине.
Всё было прекрасно, они с Каыль сидели пили, Чан был рядом. Джисон старался сильно не пить, хотя девушка наливала много. И вот Бан Чан понял, что им хватит, он отнёс Каыль в комнату спать и попросил своего друга отвести Хана в спальню. Кто это был Джисон не знал, просто какой-то парень. Он довёл Джи до кровати, уложил его и ушёл. Хан, почувствовав себя в безопасности, просто уснул. Сколько Джисон спал –неизвестно, он не помнил, во сколько ушёл. Но проснулся он от странных звуков. Открыв глаза, Хан увидел Минхо, тот был пьян и это сразу было видно. Хо подходил всё ближе и ближе. Джисон поднялся с кровати, боясь, что старший упадёт.
—Минхо...— Говорит Хан, когда старший подходит вплотную. Но Хо ничего не сказал, он положил руки на щеки Джисона и примкнул к его губам. Хан не мог понять правда это, или он все ещё спит. Но осознание пришло быстро, это реально. Он чувствовал мягкие губы Минхо и привкус алкоголя, а также горячие руки на его щеках. Лино целовал грубо и напористо. Но Джисону это было не так важно, это был Минхо – это главное. Старший отстранился и Хан хотел поговорить, сказать или спросить что-то. Но не успел, его просто толкнули на кровать, Джисон немного испугался. Минхо залез на кровать и посмотрел в глаза Хана, там была ненависть, презрение и отчаяние.
— Ты ведь этого хотел? — Спрашивает Лино, снова целуя младшего. Нет, нет и ещё раз нет, сознание Джисона только это и кричит. Но руки не слушаются, он не может, не может оттолкнуть Минхо. Ему страшно, очень страшно. Лино лезет рукой под кофту Хану, и Джи будто ещё сильнее в дрожь бросает. Лино пьян, он не понимает, что творит. Старший поднимается и начинает снимать с себя рубашку, и именно в этот момент Джисон толкает Минхо. Из-за алкоголя в его теле была слабость, поэтому, хоть толчок был не сильным, Лино упал. Головой он ударился о комод, стоящий рядом. Хан поднялся с кровати и подбежал к двери. Она была закрыта, поэтому он дрожащими руками пытался открыть замок.
— Сам хотел секса с парнем и сам бежишь. — Говорит Минхо, смеясь, по голосу сразу ясно, что он пьян.
— Я не секса хотел, а любви. — Джисону будто крышу сорвало, страх сменился гневом. Его бесило в данный момент поведение старшего. Дверь он открыл так, что если Минхо встанет, Джисон с легкостью убежит.
— Да, мы, блять, друзья, какая к черту любовь? — Грубый и резкий ответ, больше походивший на крик.
— Друзья? — По щекам потекли слезы, он ведь обещал Каыль всё высказать, значит Джисон выскажет. — Друзья себя так не ведут. Они не приезжают в три часа ночи, чтобы спать потом в обнимку.
— А как же Хёнджин? — С усмешкой спрашивает Минхо, всё ещё находясь на полу, полулёжа облокатившись на комод и смотря в пол.
— Даже если и так. Хёнджин не обнимает меня всю ночь, не прижимает трепетно к груди, боясь сделать больно. И по утрам, когда просыпается раньше, он не гладит меня по голове и не говорит, какой я красивый. Думаешь, я спал тогда? Когда ты убирал пряди волос с моего лица, которые постоянно падали, и это же твои слова: "Сони, ты такой красивый, когда спишь"? Друзья так не делают. Ты всегда встаёшь рано, чтобы пойти и приготовить завтрак. И каждый раз, когда я говорю, что мне плохо, ты поцелуем проверяешь, есть ли у меня температура. Прикинь, когда я так говорю Хёнджину, он мне просто градусник даёт. В том, что я влюбился есть и твоя вина тоже, не делай ты таких вещей, я бы относился к тебе как к другу или, возможно, спасителю. Но...но ты сам, блять, виноват. — По щекам текли слезы, у Хана буквально начиналась истерика. В данный момент он чувствовал к Минхо такую ненависть, что не мог передать словами. — Я признался на выпускном, чтобы мне было легче, чтобы ты не видел меня после каждый день. Чтобы уехал в Америку и забыл про меня. Всё, чего я хотел, чтобы ты узнал про мои чувства и всё. Я был готов к отказу. Но сейчас мне противно от тебя и твоих мыслей. Быть геем не значит просто трахаться с парнем, это то же самое, что и с девушкой встречаться. Я...я любви от тебя хотел, чтобы ты не просто меня красивым считал, а чтобы любимым называл. Чтобы не просто в лоб целовал, проверяя температуру, а по настоящему: в губы и с любовью. Но ты, блять, всё свёл к сексу. Если бы я хотел просто с парнем переспать, я нашёл бы кого угодно, но не стал бы портить нашу дружбу.
— Но...— Минхо поднял глаза на Хана, когда тот начал всхлипывать. Красный от злости и весь заплаканный.
— Я тебя люблю, все ещё люблю, но ты повёл себя как ублюдок. — Джисон весь заплаканный развернулся, открыл дверь и выбежал. Он не хотел ничего слышать, хотя Минхо позвал его и даже попросил остановиться. Нет, Хан не будет этого делать, он не хочет слушать пьяный бред Лино, Джисон просто сбежит, так легче. На улице дождь, но ему плевать, он слышит как кто-то спускается с лестницы и, возможно, это Минхо. Поэтому Хан просто выбегает, он в носках и без ботинок, крупные капли дождя бьют по лицу, но ему плевать, он просто бежит. Телефон был в кармане, так что он просто будет бежать, пока не устанет и потом позвонит Хёнджину. Обязательно позвонит и попросит забрать.
Ноги болели, он несколько раз уже падал в лужи и на землю, но вставал и продолжал бежать. И вот, когда, оборачиваясь, он перестал видеть коттедж, Хан остановился. Джисон упал на колени и обнял сам себя, начиная кричать. Ему больно и плохо. Он не знал, сколько так просидел, но за ним никто не пришёл и не приехал. Возможно, Минхо даже не пошёл за ним. Но Джисону уже плевать, хотя в глубине души он ждал, ждал, что его слова хоть что-то донесут до Лино. Похоже он ошибся. Хан кое-как поднялся с колен и пошёл вдоль трассы, носки уже были грязными и мокрыми, возможно пропитанные кровью. Ведь от того, сколько раз он упал, раны должны были появиться. Достав телефон дрожащими руками, он стал набирать номер Хёнджина. Слава Богу, его гаджет был водонепроницаемым и все ещё работал. Хван не ответил, возможно сел телефон или тот оставил его в машине. Джисон продолжал идти, плакать и искать номер Феликса в телефоне. На удивление тот ответил быстро.
— Феликс....— Говорит Джисон, рыдая, сказать что-то понятное он просто не мог. Просто набор каких-то слов. — Там...Минхо...я...сбежал. — Хан просто не контролировал свою речь. — Я домой иду, пешком. — Одна нормальная фраза, которую ему удалось выдать. Услышав, что Феликс и Хёнджин сейчас приедут, на душе стало чуть спокойнее. Убрав телефон в карман, он продолжил идти. Был один плюс, что он в носках, пусть и без обуви, из-за дождя и слез он почти ничего не видел. Зато прекрасно чувствовал, что идёт по асфальту, так легче было понять, что Джисон ещё никуда не свернул. Хан не знал, сколько уже шёл после завершения звонка. Но в какой-то момент его просто осветили фары.
— Джисон! Джисон! — Хан облегчённо выдохнул, голоса Хёнджина и Феликса будто дали почувствовать, что он в безопасности, что теперь все хорошо.
Из-за того, что он долго был под дождём у него начался жар. Джисон будто был в бреду и не понимал, что происходит. Он просто делал то, что ему говорили. В какой-то момент Хан даже отключился, но быстро пришёл в себя. И сейчас он уже сидел на заднем сиденье машины Хвана и переодевался. Хоть Джисон и не просил ничего, Феликс сам сообразил, что они понадобятся.
— Ну и почему без обуви ушёл? — Спрашивает Феликс, обрабатывая ноги Хана перекисью, он стёр их до крови. Колени также были побиты. Даже на ладонях была куча мелких царапин. Джисон сидел в трусах и в чистом худи, ибо Феликс сказал сначала обработать раны и только потом надевать штаны. Хёнджин же вёл машину и молчал. И это молчание пугало больше всего.
— Так получилось, — Всё ещё всхлипывая, говорит Джисон. Но не проходит и пяти минут как по его лицу снова начинают обильно течь слезы, а дыхание учащается. Феликс понял, что у Хана сейчас истерика. Он протянул тому пачку сухих салфеток и продолжил обрабатывать раны молча.
— Хани, успокойся, я ему лицо потом разобью.— Говорит Хёнджин, сжимая руль. Да, Джисон ещё ничего не сказал и причину своих слез не назвал. Но догадаться было не трудно. Хван не знал, что сделал Минхо, но, сука, он довёл Хана до истерики. Плевать, что Лино старше и плевать, что он его друг. Джисон был дороже всех из их компании для Хёнджина.
Феликс наконец обработал все раны, маленькие царапины заклеил пластырём, а большие пришлось бинтом перемотать. Потом Хан надел штаны и Ликс помог надеть ему носки. Обувь Феликс взять не догадался, но в багажнике машины были кроссовки Хёнджина и плед. Джисона накрыли пледом и он продолжил плакать в плечо Ликса. Тот обнимал его и гладил по спине. Хван наблюдал за этим в зеркало, он точно ударит Минхо за то, что тот довёл Джисона.
****
— Спасибо, что приехали.— Говорит Джисон, когда машина останавливается. Он уже успокоился и просто лежал на плече Феликса.
— Мы бы тебя не бросили. — Говорит Ликс и не понимает, что им делать дальше.
— Ты сейчас как себя чувствуешь? Расскажешь, что случилось или оставишь это для сплетен с Каыль и Ликсом? — Сейчас не стоит говорить серьёзно, ведь у Джисона может снова начаться истерика. Так что спросить в шутливой форме лучший вариант.
— Для сплетен. Я буду благодарен, если ты проводишь меня до моей комнаты и подождёшь, пока я усну.— Говорит Хан, поднимаясь.
— Хорошо. Феликс, бери зонт и пойдёмте. — Хёнджин выходит из машины и бежит в дом Хана, ливень все ещё шёл. Ликс и Джисон шли под зонтиком. Феликс придерживал того, ведь тот был ещё немного пьян, да и ноги тоже болели.
Наконец они дошли, разулись и Хёнджин помог Хану добраться до своей комнаты. Джисон просто лёг на кровать и свернулся калачиком. Хван накрыл того одеялом и просто сел рядом. Феликс же сходил на кухню, налил стакан воды и нашёл таблетки от головой боли на утро. Хан уснул достаточно быстро и Хёнджин тихо кивнул, что все нормально и поднялся с пола. Конечно было бы лучше, если бы он остался, но Феликс домой один никак уехать не мог, а двоим им просто как-то неудобно оставаться.
И вот Ликс и Хёнджин уже сидят в заведенной машине, но никуда не едут. Феликс сидел молча и думал, что машина просто греется, но спустя пять минут понял, что это не так.
— Хён, мы чего-то ждём? — Спрашивает Ликс, дергая Хвана за рукав.
— Этого ублюдка, чтобы хорошенько ему врезать. — Говорит Хёнджин с явной злостью в голосе.
— Думаешь, он приедет? — Феликс в этом сильно сомневается.
— Приедет, куда он денется. — Ликс ничего не ответил, Хёнджину ведь лучше знать.
Прошло около двадцати минут, Феликс практически уснул, но в какой-то момент к дому Джисона подъехала ещё одна машина. Из-за дождя не было видно номеров, поэтому понять, чья эта машина, Ликс не мог. Но вот по злому лицу Хвана было не сложно догадаться, что это Минхо. Хёнджин вышел из машины, Феликс же взял зонтик и только потом последовал примеру старшего. Хван стоял около калитки, а Ликс, раскрыв зонтик, стоял позади него и держал зонт над ними двоими. Минхо вышел не сразу, судя по всему, тоже искал зонт. Хо наконец выходит и идёт к ним. Можно было подумать, что тот был трезвым, но это не так. Минхо пьян, это понятно, Феликс сам видел, как тот пил на кухне после признания Джисона.
— Долго ждали? — Спрашивает Хо и получает по лицу. Он хоть и не упал, но схватился за калитку. — Вы с Каыль явно договорились.— Говорит Минхо, прижимая руку к правой щеке.
— Надо же кому-то врезать за слезы Джисона. — Хёнджин говорит холодно и серьёзно. Феликсу же страшно, а вдруг они драться начнут?
— Прости, я виноват. — Говорит Минхо и кланяется. Он правда сожалеет?
— Мне твои извинения не нужны, они нужны ему, — И Хёнджин указывает на дом Джисона, а именно на комнату младшего, окна которой выходят на эту улицу.
— Я знаю, поэтому и приехал. — Говорит Минхо и получает несильный удар в плечо. Но прежде чем спросить, он уже получает ответ.
— Это за то, что пьяным за руль сел. — Говорит Феликс и прячется за спиной своего парня, сжимая его кофту.
— Прости, просто Чан отказался меня везти. — Да, Минхо осознает, что идея ехать пьяным тупая, ведь если бы его остановили, он бы не приехал вообще. Но ждать такси слишком долго, а он и так много времени потерял.
— Если Джисон позвонит мне в слезах ещё раз, я не просто ударю, а разобью лицо. — Говорит Хёнджин и отходит от калитки. Он просто идёт к машине вместе с Феликсом.
— Хён, а ты уверен, что нам стоит уезжать? — Говорит Ликс, залезая в машину.
— Ну, ты хочешь сходить им свечку подержать? Я, лично, таким желанием не горю. — Хван пристёгивается и они едут домой.
******
Джисон слышит, что кто-то вошёл к нему в комнату и думает, что это Хёнджин или Феликс что-то оставили. Он поднимает голову и видит Минхо.
— Проваливай. — Говорит Хан, сжимая одеяло.
Хо закрывает дверь и делает шаг к кровати Джисона. — Сони, позволь поговорить.
—Я сказал, уходи. — Хан еле сдерживается, чтобы снова не разрыдаться.
— Всего минута и я уйду. — И снова на шаг ближе.
Джисон встаёт с кровати и подходит к Минхо, начиная бить того по груди, не сильно, просто как маленький ребёнок. — Я сказал тебе уходить, почему ты тут, я не хочу с тобой разговаривать, я уже всё сказал. — Хан толкает того в сторону двери, но старший даже с места не двигается. По щекам Джисона снова текут слезы, а Минхо просто прижимает того к себе. Хан не может двигаться, он просто стоит и плачет. — Скажи, что хотел и уходи. — Со слезами на глазах говорит Джисон.
— Сони, прости меня, пожалуйста. — Говорит Минхо, сильнее обнимая Хана.
— Это единственное, зачем ты пришёл? — Мерзко. Джисон чувствуг мерзость по отношению к Минхо.
— Я могу жить, могу жить, зная, что сделал человека инвалидом, могу жить, зная, что веду не самый правильный образ жизни. Но я не могу жить спокойно, зная, что для человека, которого я обещал защищать и спасать во время панических атак, я стал причиной слёз. Хан, как мне жить, зная, что ты плакал из-за меня? — Спрашивает Лино, чувствуя, как Хан пытается выбраться из его объятий. Но Минхо просто сжимает того сильнее.
— Проваливай в свою Америку и живи там. — Он упирается в грудь старшего и пытается отстраниться, но не может, Лино слишком сильный.
— Не поеду. — Говорит Минхо и Джисон замирает.
— Что? — Глупый вопрос, который Джи задаёт, думая, что не расслышал Лино.
— Я никуда не поеду, если ты меня не простишь. — Минхо говорит чётко и понятно. И ненависть Хана будто сама проходит.
— Тогда не прощу. — Говорит Джисон и вместо того, чтобы отталкивать Минхо, сам его обнимает. — Ни за что не прощу и не отпущу тебя — Внутри проснулся его эгоист и собственник. Если чтобы Лино не уезжал и остался с ним, нужно всего лишь обижаться, то Хан будет это делать, он не простит старшего. Как бы сильно ему не было мерзко от ситуации в коттедже, он все ещё любит Минхо и хочет, чтобы тот остался с ним.