Сделка

Первый человек, о котором ты думаешь утром и последний человек, о котором ты думаешь ночью, — это или причина твоего счастья или причина твоей боли.

Эрих Мария Ремарк

Адель с каким-то раздражением наблюдает со стороны, как Фредерик и Беатрис выполняют работу на ферме. Они превратились в каких-то ненормальных детей, носятся друг за другом, смеются до икоты непонятно над чем, если работают, то наперегонки. Что за дурачество? Откуда эта несерьезность в ее сестре? А что они вытворяют, когда играют с ее дочерями, от их бешенства даже лошади разбегаются по всей ферме.

– Если вы не прекратите, я вас свяжу, заброшу в фургон и велю Денису отвезти вас куда подальше, – кричит Адель.

Фредерик что-то прошептал на английском, и Беатрис загнулась от смеха. Адель, пылая от злости, не понимает, что случилось с Беатрис. До конца договора осталось пять дней. Беатрис хоть о чем-нибудь думает? Она влюбилась? Этого Адель боится больше всего. Как бы этот плейбой чертов американец, ни испортил ее сестру. Нужно что-то предпринять, и как можно скорее. Адель вспоминает про Бернарда. Он вчера приезжал, но не застал Беатрис. Эти прогулки на лошадях в разные концы земель стали для Беатрис и Фредерика каждодневными. А если он уже скомпрометировал ее сестру? Адель даже не желает представлять, чем они занимаются, когда остаются наедине. Но Беатрис не легкодоступная девушка. Несмотря на все это дурачество, работает она на ферме, как и прежде, если не сказать, еще лучше. Нет, нужно это остановить, пока непоздно.

День выдался жарким и утомительным. Первый полив урожая занял большую часть дня, обскакав и обежав все поля по два десятка раза, Беатрис и Фредерик вернулись на ферму во втором часу дня. К этому времени солнце в зените нещадно жгло, выходить на улицу совсем не хотелось. Пообедав, Фредерик взял на себя обязанность вымыть посуду. Беатрис по лестнице забралась на душ и пощупала воду в пластмассовой бочке. Убедившись, что доливать не нужно, она заходит в кабинку, закрывает ширму и раздевается. Вода побежала холодная, приятно остужая разгоряченное тело. Беатрис принимается намыливать тело, когда, к ее ужасу, ширма раскрывается и в душ заходит Фредерик.

– Что ты делаешь? Убирайся отсюда сейчас же, – Беатрис закрывая грудь и промежность рукой, поворачивается к нему спиной.

Фредерик молча раздевается. Беатрис глянув на него через плечо, в панике бросается к выходу. Мужчина успевает преградить ей путь. Беатрис едва не плачет от страха и злости.

– Осторожнее малышка, иначе сломаешь душ.

– Прекрати уходи. Что ты себе позволяешь?

– Не бойся, я не сделаю тебе ничего, что не понравится.

– Ты с ума сошел?

– Если только по тебе.

Беатрис кусая губу, отходит от него в другой угол душа и стыдливо прячет глаза. Краем глаза она все же успевает заметить, как он наголо разделся и встал под воду.

– Фредерик, ты чертов извращенец, – процеживает Беатрис.

– Ты еще не знаешь, каким я бываю извращенцем.

– Ты слишком многое стал себе позволять.

– Ну прости, мне все труднее бороться со своими желаниями, – он жадно оглядывает тело девушки, по плечам, животу и бедрам стекает пена. Беатрис опустив голову, всячески пытается прикрыть грудь. – Если ты так прячешь свои прелести, выходит, стыдишься собственного тела, отрицаешь красоту. Я уже видел твою прекрасную грудь, к чему сейчас ты ее прячешь?

– Я... я опущу руки, но ты не смей распускать свои руки.

– Обещаю.

Беатрис выпрямляется, обращает внимание на его тело под струями душа и обомлевает при виде члена, что растет и поднимается на ее глазах.

– О господи...

Фредерик с улыбкой хищника, запускает пальцы в волосы и подставляет лицо под воду. Беатрис с дрожью в коленях обводит восхищенным взглядом его рельефное тело. Он так смело выставляет напоказ обнаженное тело, точно заранее уверен, что ей понравится. И Беатрис хотелось не только смотреть на него, но и прикасаться. Провести ладонью по груди, животу и спине. И она бы так и сделала, если ее не пугал его «ручной питон».

– Тебе нравится на него смотреть?

Беатрис вздрагивает.

– Нет, он внушает мне опасения.

Фредерик смеется.

– Не бойся, он тебя не укусит.

Беатрис мотает головой и ползет к выходу. Фредерик ловит девушку и привлекает ее спиной к груди. Беатрис точно пробивает током, она выгибается в пояснице, избегая соприкосновения с его членом.

– Милая моя, тебе стоит познакомиться с ним поближе, чтобы перестать бояться.

– Не хочу.

– Я тебе отвратителен?

– Я так не сказала.

– А почему я так подумал? Ты снова начала меня избегать, поэтому я и решил тебя подловить, чтобы, наконец, разрушить эту отделяющая нас стену. Доказать тебе, что даже в этом виде, я не пытаюсь воспользоваться тобой. Мне очень важно, как ты относишься ко мне и что думаешь, что чувствуешь. Если я тебе неприятен, то так и скажи и я больше не прикоснусь к тебе.

– Фредерик, пожалуйста, дай мне сполоснуться и уйти.

– Хорошо, я тебе помогу, – Фредерик проводит руками по ее плечам и шее, по рукам, по спине и груди. Беатрис кусает губу. Его руки обладают волшебством, точнее, эти нежные поглаживания возбуждают и туманят рассудок. Ощущая невероятную слабость и дрожь в ногах, Беатрис цепляется в его руки, он уже достиг цели, накрыв тремя пальцами промежность.

– Нет, Фред, не надо, убери руку, – лепечет девушка, наклоняясь вперед.

– Черт, я готов все отдать ради одной ночи с тобой, – целует он Беатрис в шею.

– Беатрис, ты где?

Крик Адель, почти рядом, вынуждает Беатрис оттолкнуться от мужчины, схватить полотенце, завернуться и выскочить из душа. Девушка забегает в дом и, пылая от стыда, прячется в спальне.

Фредерик изнывая от возбуждения, сдавливает рукой член.

– Невероятно, до чего она меня доводит.

Через час отдыха, Беатрис снова спешит взять на себя ту или иную обязанность на ферме. Фредерика начинает подбешивать этот рабский труд ради минимального дохода. Почему бы не нанять двух-трех работников и увеличить скот? Именно так Фредерик бы и сделал, будь это его ферма. Хотя это не всегда бывает выгодно. О продаже фермы и земель речи и не может быть, для Беатрис она многое значит. А ведь он ей еще не сказал, что есть покупатель и уже выложил четверть суммы за эту земельку. И какой же отель он здесь собирается строить? Замок сюда идеально бы вписался. Но ради Беатрис, Фредерик этого не допустит. Единственное, чего он хочет, это уговорить ее вернуться с ним в Нью-Йорк. Он хотел бы увидеть ее в платье, на каблуках, с собранными в элегантную прическу волосами, а не в этот пучок. Она совсем не знает и понимает, что значит быть женщиной, про ее манеры за столом или в общении Фредерик уже молчит, это катастрофа. Она угробит свою красоту на ферме. Но все можно исправить, если она согласится уехать с ним. Проблема в том, что пока она не влюбится в него, ни за что не покинет это место. А шансов завоевать любовь этой строптивой девчонки равны нулю. Неужели он так и вернется в Нью-Йорк с ощущением полного неудовлетворения и вдобавок с грузом душевных страданий? Возможно, он с легкостью пережил расставание с ней, но проблема в том, что он хочет только ее. Он нашел ту самую девушку, о которой мечтал. Разве она не отвечает всем тем качествам будущей невесты? Он хотел независимую, вот и получил, проблема лишь в том, что ей не нужны ни его деньги, ни он сам. Каким же тогда способом ее завоевать? Фредерик должен с ней серьезно поговорить.

Он выходит из дома и стопорится на пороге. Перед ним вырос Бернард, вид которого подобен разбуженному медведю или быку с налитыми кровью глазами. Фредерик понимает, что драки не миновать. Бернард достиг точки кипения.

– Убирайся, сейчас же, – начинает Бернард с предупреждения. Сегодня утром к нему пришла Адель и попросила повлиять на сестру, по ее рассказу он понял, что американец перешел черту, решив соблазнить Беатрис. Бернард решает поступить иначе. Толку не будет от разговора с Беатрис. Решать проблему нужно непосредственно с виновником.

– А кто ты такой, чтобы приказывать мне?

Терпение Бернарда взрывается как вулкан, он хватает американца за грудки. Фредерик успевает схватиться за дверной косяк. Футболка рвется в руках Бернарда. Фредерик наносит первый удар в челюсть, но тот даже не отшатнулся. Фредерик чертыхнувшись, замахивается ногой, Бернард успевает поймать его за щиколотку и рвать на себя. Фредерик задохнувшись от удара в живот, налетает на деревянный парапет, на него набрасывается Бернард. От удара перила не выдерживают, мужчины слетают на землю. Фредерик отползает и поднимается на ноги. Бернард уже тут как тут, с замахивающимся кулаком. Фредерик пригнувшись, наносит удар в ребра. Бернард стонет, стиснув зубы, и всей тушей набрасывается на противника.

– Ты можешь вмешаться? – обращается Адель к мужу. Денис усмехается.

– Им нужно выпустить пар.

– Бернард рехнулся. Если пострадает этот американец, в ответ мы можем лишиться всего.

– Да, брось это всего лишь драка за девчонку.

Беатрис выходит из амбара, держа в руках хлыст. Она не намерена наблюдать за этим безобразием сложа руки. Распустив длинный резиной хлыст, она взмывает руку вверх и с силой опускает. Удар хлыста подобен выстрелу из пистолета. Бернард, завалив Фредерика на спину, наносит удар за ударом. Фредерик уже хочет перехватить руки француза, когда тот взвывает от боли и выгибается. Столкнув с себя окаменевшего от боли Бернарда, Фредерик поднимает взгляд на Беатрис. Она воинственно стоит в стороне, расставив ноги, и замахивается хлыстом.

– Нет, нет, – успевает простонать Фредерик, но хлыст достигает цели и обжигает бедра, с ощущением режущей боли. Фредерик вскрикивает и с ужасом видит, как Беатрис замахивается третий раз.

– Бет, остановись, – кричит Адель.

– Ах вы, драчливые сукины дети, – поток громких матерных слов сотрясает воздух. – А ну, блять взяли инструменты и починили парапет или я вас привяжу к дереву и живого места не оставлю на ваших спинах. Чего вылупились? Как вы смеете сомневаться в моих словах? – Беатрис замахивается хлыстом, со свистом рассекая воздух. Кончик хлыста, бьющий по земле, поднимает клубы пыли. Мужчины мигом поднимаются, переглядываются и торопятся собрать сломанный парапет. – Даю вам час на ремонт, – Беатрис широким шагом возвращается в амбар и продолжает вычищать стойла.

– Бернард, ты разве забыл, какой она бывает в гневе? Почему ты не пошел с ней говорить? – спрашивает Адель после того, как парапет был починен и Фредерик ушел на кухню, чтобы заглушить боль бутылкой вина.

– А какой толк был бы от этого разговора? К тому же я уже давно хотел врубить этому американцу.

– Глупо.

– Но я знаю, что делать.

– Что?

– А об этом мы поговорим завтра утром, я должен все продумать.

– Надеюсь, ничего, что будет угрожать жизни и здоровью этому банкиру?

– Ничего, я просто отвезу его в Дижон.

– Только давай быстрее, осталось пять дней.

Беатрис проходит на кухню и оглядывает лицо Фредерика. У него разбита бровь и кровь на ней успела подсохнуть, правую щеку раздуло, будет синяк. Взгляд ядовитый, губы искривились в отвращении.

– Беатрис, в гневе ты просто чокнутая, так ведь и убить можно.

– Не ссы, я контролировала силу удара.

– Охренеть. Ты только взгляни на мои бедра, – Фредерик встает и одним движением спускает штаны, показывая красные обожженные полоски. Беатрис сжимает кулаки.

– А какого черта вы вцепились друг в друга? Да еще ломали парапет. Сделать его идеально вы уже не смогли.

– Драка, это моя проблема и тебя она никак не касается. Еще раз вмешаешься, сама получишь.

– Что я получу? – Беатрис встает перед мужчиной и упирает руки в бока. – Что я получу? – повторяет девушка, смело заглядывая в его глаза. – Ты думаешь, если я женщина, то не смогу дать сдачи?

Фредерик тянет ленивую улыбку, поднимает руку и обхватывает пальцами тонкую шею девушки.

– Все ведь еще зависит от того, какое я выберу для тебя наказание. Как насчет орального секса?

Беатрис сбрасывает его руку и отходит к раковине. Фредерик плюхается назад на стул и присасывается к бутылке.

– И никто не пожалеет, никто не приласкает, никому я здесь не нужен, никто меня не любит.

– О боже, – Беатрис достает из ящика в серванте аптечку, вынимает из нее зеленку, вату и спирт. Беатрис подходит к Фредерику, он откидывает голову и закрывает глаза. Она стирает кровь и оглядывает маленькую ранку. – Больно?

– Очень. Я не ожидал, что твой друг такой сильный.

– Честно говоря, впервые видела его размахивающим кулаками.

– А почему ты решила вмешаться?

– Я увидела, как вы сломали парапет и разозлилась. Прости, что ударила. Но еще я испугалась, что тебе сильно достанется от Бернарда.

Фредерик улыбается.

– Когда ты начала кричать и материться, у меня по телу побежали мурашки. Я еще не видел тебя такой разъяренной, и мне ты такая еще больше понравилась, – Фредерик сжимает ее ягодицы и притягивает к себе. Беатрис заглядывает в его умоляющие глаза и нежно улыбается. – Поцелуй меня, это будет самым лучшим обезболивающим.

Беатрис склоняет голову и встречается с его губами. Нежный поцелуй сменяется его яростным давлением на ее губы. Фредерик превозмогая боль в бедрах и ребрах, встает и прижимает Беатрис к столу.

– Я хочу тебя, – Фредерик рвет первые две пуговицы на рубашке девушки и зарывается лицом в ложбинку груди.

– Нет, Фред, остановись, сейчас зайдет Адель.

– Тогда пошли в спальню.

– Нет, не сегодня.

– А когда? Когда ты будешь готова? Почему ты отказываешь нам в этом удовольствии?

– Потому что не уверена, что хочу.

Фредерик отступает от девушки и горько улыбается.

– Скажи, что тебе просто нравится издеваться надо мной, – Фредерик обходит стол, выходит из кухни и по лестнице поднимается в спальню. Времени завоевать сердце непокорной француженки почти нет, как и шансов.