1
Pov Алексия
Темный вечер декабря. Из окна дует ветер, с запахом зимы, холода и явного обморожения. Стакан мартини не даёт мне скучать, в маленькой душной комнатке, которая называется студия Dead Dynasty. Здесь я уже как год работаю битмейкером и работаю с оборудованием на концертах.
В нашей комнате всегда молчание, изредка бывают какие-то разговоры и смешные перепалки. Самый главный здесь-Глеб Голубин, начинающая звезда, буханки, гулянки, наркотики и записи треков, концерты, веселье, всё что тут присутствует. Сюда меня взял мой друг Коля, с детства мы с ним дружим, он работает тут охранником, мой большой дружок кабанчик. Мои родители запойные, они никогда не выходят из состояния алкогольного опьянения уже года три-четыре, у меня есть маленькая сестра Сашуля, часто провожу свободное время с ней и учу её жизни. Мне двадцать два года, у меня из друзей только династия, из работы музыка, в этом мире, я чувствую себя никем, и не перед кем не имеющей долгов, это упрощает мою жизнь.
****
— Ты сейчас телефон сломаешь, ты в курсе? — смотрю на Даню Панка и усмехаюсь. Он сидел в телефоне и долбил по нему пальцами.
— Алексис, не мешай! — злится длинноволосый. Я же недовольно поворачиваюсь к окну. А затем медленно перевожу взгляд на стены студии.
Старая дверь, обвешенная нашими с династией смешными фотографиями, сделанными за год прибывания здесь, где я, или мальчики блюют или спят, отлетает в стену. Мне кажется ещё чуть-чуть и она бы упала. Знакомьтесь, в комнату заходит Вадим-брайт.
— Ты можете с дверью аккуратнее! Будете сами её чинить. — рыкнула я.
— Пей своё пойло, мартышка и заткнись. — рыкнул парень.
После его слов, всегда было отвратительно. С тех пор, как я пришла, он меня ненавидит, ну
это началось с того, что он как-то достаточно серьёзно предлагал мне встречаться, спустя четыре месяца моего прибывания в студии, но я отказала ему, к тому же видимо боится конкуренции, хотя мои биты обычно не берёт Глеб, а другие пацаны для черновиков. Иногда мне кажется, что надо мной просто издеваются. Мне всегда легче в мужских компаниях, но с ним даже находится рядом невыносимо. Вадим просто меня не любит, призирает и мы вечно ругаемся не по делу, только династия нас успокаивает.
— Прекратили оба. — злой Голубин повернулся от микшера и посмотрел на нас. Мы замолчали. Ну вот, в очередной раз, он решил мою проблему.
— Чувак, что ты делаешь? — Вадим приземлился на диван Мише и Давиду.
— На анонимных чатах, над малолетками угораю. — усмехнулся Миша.
— Это как?
— Предлагаю Вирт. Но почему-то после сообщения "В далёком государстве, жил Игорь" они прекращают разговор!
— Действительно, ужасный мир. — Голубин поворачивается и закатывает глаза.
— Он ужасный когда тебе пишут М15 и ты не понимаешь, что это! Карабин это или штурмовая винтовка!
— Это возраст и пол. Идиот. — уже я закатываю глаза, не понимая, как можно быть таким и не понять очевидного.
— Смотри, вон, мартышка знает как лучше, она видимо там уже всех малолеток совратила. — смеётся Глеб. Они всегда называют меня мартышкой, ведь на концертах, я залезаю в такие места, куда им с своей мужской силой не добраться, ну и потому, что я ношу брекеты, а так же в слове мартышка, подозревается слово-передразнивать. Ведь у меня волосы крашенные в блондинистый цвет, и глаза у меня зелёные, я точно Глеб Голубин в женском обличии.
Показываю Голубину средний палец и продолжаю пить, уже не обращая внимание на их разговоры. Меня спасает только моя знакомая Настя, их дизайнер, она влетает в комнату вихрем. Она зачастила сюда, после моего появления, даже когда её помощь не нужна, она рядом.
— О, Алексия, эти клоуны опять не смогли тебя развлечь? Сидишь с лицом, как кусок говна съела. — Настя прыгает по студии и садиться рядом.
— Ещё одна, макака обыкновенная. — Голубин хлопает в ладоши.
— Фу бляять, какие вы все саркастичные, вы хоть на минуту заткнетесь нет? — бесится Давид.
Да, атмосфера у нас, как и полагается мёртвой династии, мертвая, мрачная и оскорбительная. Единственного человека, которой в этой студии действительно уважают, это Настя.
****
Когда наступила совсем полночь, мальчики покинули студию. Это значит, что утром, мне придется фотографировать пьяного Глеба или угашенного, в очередной раз тратить бумагу, чтобы распечатать фото и повесить на дверь. А пока меня веселила моя подруга и градусы бушующие во мне. Девушка который час говорила о своей неуравновешенной соседке в общаге, которая любит держать в их комнате в аквариуме огромных лягушек. Они квакают по ночам и мешают подруге спать.
— Гипножаба ебаная. — плюется девушка, намекая на свою соседку.
****
Утро, в обнимку с Настей мы спим на маленьком диване. Её злость ушла и девушка просто уснула. Это замечательно. Но всё бы ничего, если бы не блондин и Федя, который видит позже присоединился к ребятам, которые завалились пьяные в комнату. Глеб тащил на себе Давида, кинул его на пол и упал рядом.
— Если ты собрался здесь спать, хочу тебе сказать, это не лучший вариант и иди вон отсюда. — ворчу сонно на блондина.
— Отвали, мартышка. — так же сонно блондин доползает до своего друга и ложиться рядом. Это надо запечатлеть.
Скорее беру телефон, осторожно фотографирую, тут же печатаю. Благо у нас тихий принтер, не знаю где его достали. Посмотрела на своё искусство и улыбнулась.
А затем, пришли и остальные мальчики, я собрала свои вещи и ушла из студии домой, спиздив у Вадима пачку сигарет.
Пам пам паааам, новая книга в студию, как вам начало?