15.
„Круто! Круто! Боже, как же это было круто!“ И если забыть о том, что он опозорился перед Брайтом в их самый первый раз, все еще было круто. А также чертовски смущающее и неловко.
Мартин и сам не мог понять, что же нашло на него сегодняшним утром. В планах у него этого точно не было.
После вчерашней ссоры и ночного представления Брайта, он был зол и полон решимости доказать этому придурку … Вот только что? Он сам не понимал, почему так завелся. Возможно потому, что Брайт подловил его на том, в чем он сам себе не решался признаться, не говоря уже о том, чтобы подтвердить это вслух, смотря в глаза. Признать свое поражение.
Рид боролся не с Брайтом, а с собственными страхом и неуверенностью, человека внезапно и без подготовки столкнувшимся с чувствами не подающимися контролю. Его влекло к Брайту, к парню, к другу. И это было настолько абсурдным, что его собственное сознание отказывалось принимать это как факт.
Уткнувшись лицом в подушку он пол ночи провел, ведя безмолвную дискуссию в своей голове, в поиске правильных слов, неоспоримых аргументов, которые позволят ему завтра, при встрече с Брайтом, сейчас беззаботно сопящим у него за спиной, расставить все точки над И, чудесным образом вернуть их отношения снова в то время, когда никто никого не хотел.
И у него это почти получилось. Просто, когда спящий Брайт заворочавшись во сне, неожиданно прижался к нему, все, что было в его голове исчезло, обнулилось. Ощущение тепла доверчиво прижимавшегося к нему человека, словно компьютерный вирус стер всю информацию из его мозга. Оставив лишь пустоту и умение дышать. Мартин устал сопротивляться и решил плыть по течению.
Вот только, что будет так круто, он не ожидал. Не ожидал, что его тело с такой готовностью начнет отзываться на ласки Брайта. Просить еще и еще, словно не могло ими насытится. Его собственная реакция так удивила его, что кончив под руками друга, поглощенный собственными переживаниями, он забыл обо всем на свете. Так глупо и так эгоистично.
На самом деле, Мартин девственником себя не считал. Несколько лет назад, еще когда он жил со своими друзьями, на одной из вечеринок, устраиваемых в их квартире, он оказался в постели с одной из девушек. Он был чертовски пьян, впрочем, как и она. На утро Мартин проснулся полуголый один в кровати и ничего не помнил. Вроде, у них все шло к сексу, но вот, был ли он у них действительно, Рид вспомнить не мог.
Для себя он решил, что был и мысленно поставил галочку напротив категории секс.
Но всё же, где-то в глубине своего сознания, он знал правду.
Почувствовав реакцию своего тела, которую вызывал у него Брайт своими ласками, он понял, такое не забыть, сколько бы ты не выпил.
Его поцелуи так заводили, а руки словно знали его тело наизусть. Мартин просто таял от его прикосновении, а нежный и в тоже время не подающийся возражениям шёпот, которым Брайт просил, нет, приказывал, смотреть на него, выбивал у Мартина пробки заставляя становиться таким покорным этому парню.
Мартин совсем запутался в своих ощущениях. Ему было так хорошо с ним, но он не мог не думать о том, что тот, кто ласкает его, это его лучший друг.
Это был самый странный день в его жизни. Все изменилось с тех пор, как Брайт застукал его в ванной, и с сегодняшнего утра окончательно . И если до сих пор Рид знал, какой роли ему придерживаться, то сейчас он банально не знал как себя вести.
Брайт был спокоен, как удав, и вел себя как всегда, занимаясь своими делами по дому. Лишь изредка он поворачивал голову и смотрел на Рида. Он делал это так внезапно, что постоянно заставал Мартина, втихаря наблюдающего за ним, врасплох. Мартин смущался, краснел и спешил отвести глаза, словно застуканный на месте преступления воришка. А Брайт улыбался, довольной и озорной улыбкой, словно видел все, что кружится сейчас в голове у Рида. Мартин всё же надеялся, что это не так. Мысли в его голове были, все без исключения, с пометкой 18 + и происшедшее сегодняшним утром, было лишь частью этих фантазии.
Но Мартин держал себя в руках. Не смотря на то, что уже между ними случилось, ему казалось, он никогда не посмеет прикоснуться к Брайту первым. Поэтому он заставил себя погрузиться в работу, надев наушники и вперив свой взгляд в монитор, стараясь не обращать внимание на парня мелькающего у него за спиной.
Вечером они сидели в постели, опираясь спинами на спинку кровати и установив напротив себя ноут. Брайт предложил перед сном посмотреть какой-нибудь фильм и Мартин с радостью согласился.
Они сидят плечом к плечу уже несколько минут прежде, чем Мартин осознает, что совсем не следит за тем, что происходит на экране, а все время косит взглядом на парня, сидящего рядом.
Из раздумий его вывела ладонь Брайта, которую он положил на его, переплетая свои пальцы с пальцами Рида в замок. Мартин только и мог смотреть на их сплетенные руки обалдевая от ощущений, захлестнувших его. Он совсем легонько сжимает руку Брайта в своей и тянет ее на себя , слегка, чуть заметно, но Брайт чувствует это. Внезапно, голова брюнета наклоняется в сторону и медленно опускается Мартину на плечо. Его сердце кажется вот-вот выпрыгнет от захлестнувшей его нежности. Он сдерживает себя буквально секунду, но затем, тянется, утыкается губами и носом в макушку Брайта, ощущает шелковистость его волос и запах шампуня. Они замирают, каждый думая о своем. Ох, как бы ему хотелось узнать, что думает Брайт. Мартин сам все еще шокирован, как приятно держать в объятьях парня, который был ему лучшим другом на протяжении трех лет и как хочется, продлить эти ощущения навечно. Как можно дольше сидеть вместе с ним, вот так, в тишине, держать в своих руках, защищая от всех невзгод и не выпускать, потому, что вы одно целое и ты, за мгновенье, позабыл, как дышать без него.
- Ты спишь ? – спрашивает Рид, некоторое время спустя, мерно сопящего на его плече Брайта, склоняясь над ним и осторожными движениями пальцев убирая челку с его лица, чтобы посмотреть в глаза, которые оказались закрыты . Впрочем, в ответ на его вопрос ресницы дрогнули:
- Угу, - выдохнул Брайт
Мартин улыбнулся. Стараясь двигаться как можно осторожней, чтобы не разбудить прикорнувшего на его плече парня, он закрыл ноут и положил его на тумбочку. Высвободив свою правую руку из пальцев Брайта он медленно и аккуратно отвел ее назад и положил ее парню на плечо и осторожно прижимая его, улегся, укладывая парня на себя . Брайту понравилась его новая подушка и он заворочался устраиваясь поудобней, доверчиво прильнул к Мартину всем телом и снова затих в его объятьях. А вот Мартин не спал и чему-то счастливо улыбался в темноте. Как дурак.
На следующее утро он проснулся от того, что чьи-то губы нежно касались его щеки. Поцелуи невесомые, осторожные, прожигали кожу, пробуждая каждую клеточку электрическим разрядом. Мартин открыл глаза и встретился взглядом с парнем, нависшим над ним. Брайт улыбался:
- Привет, с добрым утром!
- Привет! - Мартин смутился. Так просыпаться было непривычно. Черные глаза были так близко, что у него не было возможности спрятаться, отвернуться. Солгать, что вовсе не хочется быть еще ближе. Он просто ждал, безумно долгих три секунды прежде, чем Брайт поцеловал его, долгим чувственным поцелуем. Его руки сами по себе пробрались брюнету под футболку, словно изголодавшись по горячему телу, сжали его, притягивая к себе. Мартину показалось он растворяется в нем, в этом парне, в его поцелуе.
- Ты колешься, - сказал Брайт наконец оторвавшись от его губ и проводя пальцами по щеке.
- Ты тоже, - ответил Мартин
Брайт ухмыльнулся укладывая голову ему на грудь:
- Бывает.
- Не пойдёшь сегодня на пробежку?
- Нет, пропущу. Хочу поваляться с тобой. Ты не против?
- Нет, конечно нет, - поспешил его заверить Рид
Его мир перевернулся с ног на голову. Все стало странно.
Не странно было только быть голыми в постели. Не странно было касаться друг друга, целовать. Ловить губами чужие стоны. Это оказалось вдруг таким естественным, таким нормальным.
Странным стало все остальное за пределами их спальни. Говорить с друг другом за завтраком о банальных вещах, было странным. Заниматься своими делами было странным. Работать. Жить прежней, нормальной жизнью было странным .
Мартин никак не мог сориентироваться, что же такое с ними происходит. Им стоило поговорить, но как найти слова? Рид несколько раз пытался начать разговор, но толку от его попыток не было. Да и как можно говорить о чувствах, если сам не можешь разобраться в них.
Что у него с Брайтом? Просто секс? Обалденный, чувственный, нежный. Они теперь друзья с привилегиями, так кажется это называется? Брайт, тоже не спешил прояснять ситуацию. Казалось, его все устраивает, как есть. И это тревожило Рида, до тех пор, пока теплые пальцы не пробирались ему под футболку, а губы смыкались на мочке, заставляя его вздрагивать и закрывать глаза.
Раньше они могли говорить о чем угодно, но сейчас, Брайт превратился для него в загадку, чье тело было более доступней для его понимания, чем сердце.