Глава 18
«Помоги. Я падаю» — А.
— Ты не идешь?
После завтрака все, как и договаривались, стали собираться на пляж, но парень сел за стол и включил ноутбук. Он серьезно?
— Нет, я поработаю, иди развлекайся, — спокойно сказал Дамир, разваливаясь на мягком стуле.
— Мы в Испании, Дамир! В Испании! Не порти мне настроение и иди переодеваться, — я подошла к парню и развернула кресло на себя так, что теперь оказалась между его коленей. Он пробежал глазами по моим обнаженным ногам и прикрыл веки, разминая шею. Я хмыкнула и зашла в ванную, чтобы переодеть купальник, но через время стало чересчур душно, поэтому я слегка приоткрыла дверь, пуская воздух.
Если Финаев подумал, что я ничего не заметила, то он глубоко ошибается. Парень встал и подошел к мусорке, что находилась возле большого шкафа, в зеркало, которое было на дверке, отражалась малая часть ванной комнаты. Он тихо остановился и неотрывно смотрел на мое тело, к счастью, купальник был на мне, как и легкие шорты, но неловкое ощущение всё равно проскочило мурашками. Я завязывала волосы в высокий хвост, как обычно выпуская пряди короткой челки. Накинула сверху легкую рубашку и собиралась выходить, сдерживая улыбку, ведь парень сделал вид, что рассматривал какие-то бумаги.
— Не передумал? — спросила я на выходе, оборачиваясь на Финаева. Тот захлопнул ноутбук и встал, надевая солнечные очки.
— Поработаю там — тут слишком душно, — безразличным тоном бросил он и, воспользовавшись моментом, обвил рукой мою талию, выводя из номера. Я понимающе кивнула, слегка улыбаясь.
Море потрясающее. Такое чистое и теплое, что я бы, вероятно, могла пробыть здесь всю неделю, не вылезая. Конечно, плавать я никогда не училась, поэтому была не сильна в этом деле. Отличный вариант, чтобы побесить Финаева. Я найду способ во всем, серьезно.
— Кирилл, держи меня, я плохо плаваю! — довольно громко говорила я и смеялась, чем привлекла внимание Дамира. Он и так, в прочем, не отрывал от меня взгляда, это было заметно даже через его черные очки.
— Да, мы не будем заходить глубоко, но ты отлично справляешься, — подбадривал друг, сияя широкой улыбкой.
— С тобой безопасно, ты прав, — я слегка погладила плечи Кирилла и отплыла чуть дальше.
Финаев сломал в руке карандаш.
Я сдерживала свой смех, как могла.
— Давай помогу, — друг уместил ладони на моей обнаженной талии и создавал подстраховку.
— Так, стоп, нет, всё, — отчеканил Дамир, резко встав с шезлонга и хлопая пару раз, чтобы привлечь внимание, — Адель, нам нужно идти. Все, заканчивайте это, мы уходим.
— Но мы тут всего час! — обиженно протянула я, радуясь, что план по выведению Финаева из себя удался.
— Нет, нас ждут, идем, — он был непоколебим и крайне зол. Мило. — Адель, выходи уже. Хватит. Уже наплавалась.
Финаев накинул на мое тело рубашку, обхватил меня предплечьем и велел плестись за ним в отель. Безусловно, я бы провела время на пляже еще дольше, но жара дает о себе знать, поэтому желание скрыться в тени победило.
— В следующий раз не надевай открытые купальники, когда знаешь, что будет много народу, — отчитывал меня Финаев, обводя глазами тело, что виднелось из-под просвечивающей ткани. Я возмущенно повернулась на него, не пытаясь скрыть свое негодование. Он чертов собственник до самых костей. Я уже жалею его будущую жену. — Я имел в виду, что лучше надевать закрытый, тогда не сгоришь на солнце.
— Может мне в водолазном костюме плавать, ну так, чтобы не сгореть, — съязвила я, раздраженная его надменным поведением. Старше меня на два года, а ведет себя, как строгий старший брат. "Это не носи, с тем не водись, так не делай".
— Мы здесь не в качестве одноклассников, ты забываешь, — резко остановил он меня и посмотрел в глаза. — Я твой начальник, а ты моя ассистентка. Следи за языком, — вот как мы заговорили, да, значит? Да пошел ты.
— Так оставил бы свою ненавистную ассистентку дома, а не побежал помогать ей освободиться с уроков, чтобы полететь вместе, — я потянулась ближе к его лицу, чтобы создать напряжение, и ушла вперед, специально задев парня плечом.
Теплые струи стекали по моему обнаженному телу, вызывая мурашки. Я включила верхний душ и, зажмурившись, позволила воде смыть с себя все нагнетающие мысли и тревожность. Стало заметно: чем больше я провожу времени с Дамиром, тем меньше напрягаюсь. Прошло достаточно дней с последнего раза, когда я применяла свой ритуал по снятию стресса через трение ладоней и специальной техники дыхания. А в самолете тревога тут же испарилась, стоило парню взять меня за руку. Но сейчас нагнетающее состояние накрыло меня, заставляя бесконечно думать и напрягать мозг. И причиной моих мыслей стало собственное существование. Я пропала из родного города на весь день, учитывая, что часовые пояса разные, и там уже глубокая ночь. Но абсолютно никто не написал мне. Нет, Димида я не виню, он еще ребенок и не должен об этом заботиться, к тому же ему наверняка уже что-то наплела мать, чтобы успокоить. Но Лина, сама мама? Разве они не переживают за меня?
Попытки восстановить частое дыхание оказались бессмысленными. Я оперлась на раковину, свесив голову. Трудно перестать думать о том, что ты везде являешься лишней, когда никто не пытается доказать тебе обратное. Дома нужна словно лишь для выполнения обязанностей, в школе, чтобы не подводить маму и поступить, с Линой, так как ей нечем заняться в свободное от Эдика время, даже здесь, рядом с Дамиром, только ввиду рабочих отношений, которые обязывают помощницам быть рядом с их боссами.
Всегда полезная, но никогда любимая.
Мы ехали с Дамиром в одном такси на встречу, а следом за нами еще машины с ребятами. Пока мы сидели в номере за работой, а также во время сборов, я никак не показывала, что с моим состоянием что-то не так, хотя слабость чувствовалась по всему телу, как и тремор рук. Проблему с дыханием получилось слегка замять, стараясь всегда его контролировать. Но из-за этого глупого отвлечения внимания на посторонние вещи, я допустила немало ошибок в отчетах, за что уже получила выговор по всем фронтам в привычном стиле Финаева: громко, обидно, больно.
Всякий раз, когда приходилось сжимать ладони в крепкие кулаки так, что на них оставались выраженные отметены в виде полумесяцев от ногтей, я нуждалась в прежних ласках мужчины. Он умел подбирать слова и снимать стресс, заставляя поверить. Но граница была обозначена вполне доходчиво: я ассистентка, вот и все.
И хотя парень продолжал бросать на меня короткие взгляды, я понимала, что это лишь жалость после очередного срыва, который он не сумел контролировать.
Я знала, эта встреча очень важна для компании, ведь постройка отеля на такой удачной территории — везение, не иначе. Дамиан Альва — заказчик и будущий владелец, организовал встречу в своем офисе, как и обговаривалось, в пять часов. Я чувствовала себя крайне ужасно, желая лишь укутаться в одеяло и уснуть, но приходилось хлопать глазами и слушать разговоры, чтобы не вызывать подозрений. Сделка прошла успешно, она выгодна всем сторонам, поэтому строительство начнут в ближайшие сроки. После ужина ко мне подошел Арам и поинтересовался состоянием, поскольку обратил внимание на мою молчаливость, которая совсем мне не присуща. Я отделалась легкими переживаниями ввиду первой командировки, поэтому парень быстро успокоился и ушел к себе в номер, как и я, но тут же была выставлена за дверь.
— Что? — растерянно переспросила я, совсем не ожидая услышать подобное.
— Погуляй где-нибудь часик, мне нужно побыть одному, — снова попросил Дамир в заметном напряжении. Я понимала, что ничьей вины в том, что мы вынуждены жить в одном номере, нет, поэтому коротко кивнула и закрыла дверь.
Уже сорок минут я сидела у барной стойки на улице, что находилась возле бассейна. Напитки просто не лезли в горло, сколько бы бармен не предлагал. Сначала я пыталась развлечь себя разными соц. сетями, листая бесконечную ленту, но и это быстро наскучило своей идеализированной картинкой. Я решила выйти прогуляться по пляжу и начать ценить эти моменты, которые еще долго не повторятся. И пускай на мне было воздушное короткое платье, так как я не успела переодеться после встречи, я взяла босоножки в руки и не спеша прогуливалась по самому берегу, чувствуя прибывающие и убывающие волны. Звук воды слегка успокоил и снял стресс, но я не ощущала полную свободу от собственных мыслей.
Я почти переступила на территорию отеля, как из главного входа вышел Финаев с... девушкой, заставив меня остановиться. Он поймал первую попавшуюся машину, что-то сказал водителю и посадил туда спутницу, громко хлопая дверью. Только машина тронулась, как парень со всей силы пнул ногой урну, которая, к счастью, оказалась пустой, окончательно срываясь.
— Сука! — он схватился за голову и вошел внутрь, явно пытаясь успокоить свой пыл.
Так я гуляла, чтобы он смог трахнуть местную проститутку? Не уехал в другой отель, не нашел ближайший клуб, а выставил за дверь меня?! Чем я заслужила подобное отношение? Я не понимаю, может, мне кто-то объяснит? Может, я и правда только такое и заслуживаю?!
Я все, сука, делаю. Здоровьем рискую, чтобы сделку не сорвать. Эмоции под замок прячу. Все обиды в себе держу. Слова его едкие в себя впитываю. Разве так сложно хотя бы немного позаботиться и о моих чувствах тоже? Не приближаться, когда вздумается, а затем также отдаляться, если уже не захочется. Не играть со мной в вечное «горячо-холодно», а сказать, наконец, всю правду. Перестать быть ко мне нежным только из чертовой жалости, в конце концов!
Я поднялась в номер только минут через десять, чтобы не попасть под горячую руку. Когда замок на двери издал характерный звук, и та открылась, я заметила парня на балконе с сигаретой.
Он курит? И как часто? После каждого срыва? Подавляет эмоции никотином?
Он заметил мое присутствие и повернулся, взгляд не читался, только говорил о большой усталости. Я посмотрела на помятую постель и почувствовала, как в горле встал огромный ком обиды.
Я все-таки продолжаю питать к этому идиоту сильные чувства.
— Попроси поменять постель, я сюда не лягу — незнакомым для самой себя холодным тоном произнесла я, замечая огромное сожаления в лице парня. — И не смей прикасаться ко мне.
Я держала маску полного безразличия, говорила пустым голосом, но внутри сгорала, чувствуя, как жар от этого огня исходит от меня в прямом смысле. Состояние было крайне болезненным, ведь к прежнему шаткому здоровью, добавилась новая порция тревожных мыслей, что усугубило ситуацию.
Любовь похожа на огонь. Она может согреть. Но я обожглась.
На следующее утро я проснулась раньше, совсем не выспавшись. Барьер в этот раз не спас, и я оказалась прижата к мужскому телу, что, к счастью, еще мирно спало. Я встала с постели и закрылась в ванной, не чувствуя конечностей. Они продолжали слегка дрожать и оставались ледяными, пока все тело буквально горело. Я решила, что это очередная выходка организма на близость с мужчиной, от которого начинается лихорадка, независимо от моей ненависти. Умывшись холодной водой, я спустилась что-нибудь позавтракать, там я встретила Арама, Кирилла и их помощниц, которые хорошо подружились и вместе обсуждали своих боссов.
— Доброе утро, — озарил мой хмурый день своей улыбкой Кирилл, — что-то ты совсем бледная, после завтрака мигом на пляж.
Я слегка улыбнулась и кивнула, посчитав эту идею неплохой, ведь быть наедине с Финаевым мне совсем не хотелось. Мы не разговаривали со вчерашнего вечера, я молча собиралась на пляж, а он — в бассейн. Похоже, не хочет пересекаться со мной, что только радовало. Вновь краем глаза увидев его тонко очерченные кубики и мышцы, я мысленно ударила себя по лицу, заставляя прийти в себя и вспомнить, сколько боли принес мне этот сексуальный брюнет.
Мы проводили время с ребятами, загорая и плавая в соленом море, и я действительно забылась на какое-то время, уже не обращая внимания на прежнее подавленное состояние. Ровно до шести часов вечера.
Новая встреча с еще более важным клиентом. За этот проект Дамир может получить награду, поэтому, как бы мне не хотелось отомстить, я старалась держаться достойно. Личное не стоит смешивать с работой.
За весь день мы не разговаривали, исключая короткий диалог во время обеда:
— Ты не идешь кушать? — спросил он меня ровным голосом, но я услышала нотки тоски, хотя, может быть, мне лишь показалось. И к тому же это может быть тоска по чему угодно, поэтому я не стала ставить себя в центр Вселенной.
— Нет.
Без лишних слов ответила я, ставя точку на нашем разговоре.
Сейчас мы сидим в ресторане за большим столом. Дамир справа от меня что-то активно говорит, уверяет клиента в надежности их сделки, старается убедить его сотрудничать с нами. Я понимаю, что именно этот проект очень важен для него, ведь на прошлой встрече он не был так воодушевлен, как сейчас. Все голоса я слышу плохо, словно сквозь сон, тело ломает и бросает в жар, руки начинают трястись сильнее прежнего, поэтому я прячу их под стол, пытаясь держаться, чтобы никого не подвести.
Я обязана оставаться полезной. Уважение нужно заслужить. Я должна стараться лучше, чтобы меня полюбили.
Начинаю нервничать сильнее, когда дыхание само по себе учащается и становится глубоким. Все еще стараюсь усмирить его и нервно бегаю зрачками по всем, убеждаясь, что они сосредоточены на сделке и не обращают на меня внимания, после чего опускаю взгляд и прикрываю веки, безмерно ругая себя.
Что, если я всех подведу. Меня уволят. Я снова буду без работы. Я разочарую маму. Мама. Она так и не позвонила. Я ей не нужна. Я не нужна своей маме. Я никому не нужна. Я не заслужила. Я недостойна. Я недостаточно старалась. Мне никогда не стать любимой. Не нужна. Я одна. Не заслужила.
В глазах темнеет.
Я никому не нужна. Что мне делать? Я падаю в обморок. Если я сейчас упаду в обморок? Или это не обморок. Господи, что это. Мне жарко. Я подведу всех. Я все испорчу. Никчемная. Мне уйти? Остаться? Мне холодно. Я боюсь. Мне страшно. Боюсь. Я падаю. Дамир.
— Прошу, извините, — еле как выговорила я, борясь с сухостью во рту, и резко встала, жмурясь от боли по всему телу, будто оно все в синяках. Быстро вышла из помещения, хватаясь одной рукой за лоб, а второй за любые предметы, что могут помочь мне держать равновесие.
Каждый вздох дается труднее.
Я все испортила.
Вваливаюсь в пустое помещение туалета и постепенно чувствую, как пол уходит из-под ног.
Падаю. Я падаю. Что мне делать? Страшно. Холодно. Жарко. Голова. Падаю.
— Адель.
Отдаленно слышу голос Дамира. Он заходит за мной и удерживает в своей крепкой хватке, продолжая обеспокоено произносить мое имя. Берет мое лицо одной рукой, нежно поглаживая щеку большим пальцем.
Прошу, не останавливайся. Только ты можешь помочь мне.
— Смотри на меня, — начал серьезно командовать он. — Не закрывай глаза, смотри на меня. Вот так, умница, — голос смешивал в себе тревогу, уверенность и заботу. Словом, все то, в чем я так нуждалась. В мужчине. В любви. — Я тут с тобой. Я рядом. Я тебя держу, ты в безопасности. Не закрывай глаза, смотри прямо на меня.
— Дамир, — хрипло прошептала я, прилагая последние силы на то, чтобы следовать его указаниям и не погрузиться во тьму.
— Да, счастье мое, ты в порядке. Ты в безопасности, я рядом. Слышишь меня? — он убрал с моего потного лба пряди, нежно гладя меня по голове. — Ты умница. Все хорошо. Слышишь? — я хмурюсь, но слегка киваю головой. — Вот так. Все прошло, — парень чувственно прикоснулся губами к моей щеке, оставляя там пылающий след, затем еще раз ко лбу и напоследок к макушке, куда сразу же уткнулся носом, тихо приговаривая: — Ты вся горишь, девочка моя. Поехали домой.
— Твоя сделка, ты нужен там, — все тем же болезненным голосом прошептала я.
— Там Кирилл и Арам. Они справятся. Поехали, маленькая. Зачем же ты терпела? Все хорошо, ты со мной, я рядом.
Он ворвался в самый нужный момент так же, как и ворвался в мою жизнь. Он шептал ласковые слова, а я терлась щекой об его ладонь. Он бросил всех, ради меня, а я все еще боюсь ему доверять.