Финал•̩̩͙⁺‧͙
На этот раз она мучилась дольше, вместе с полураскрытым бутоном вышел стебель, упругий, глянцево блестящий, с белыми ниточками слабеньких корней. На пол посыпались лепестки и листья, закапала кровь. Когда она немного пришла в себя, тяжело отдышалась, заметив, что в груди перестало давить и болеть с прежней силой. Немец согнулся в приступе рядом, переживая то, что она испытала пару минут назад. Японка приобняла стараясь поддержать, чувствуя, как содрогается в спазмах его тело. Только сейчас она заметила стебли, замерла, рассматривая их. «Цветы... выходят целиком?.. Это из-за признания? Как бьётся сердце... Мы оба такие трусы... Так боялись собственных чувств, что почти были сожраны ими изнутри. Всё это время он думал обо мне?.. Все те знаки внимания и нежность не были моей выдумкой?». Она сглотнула ком в горле, прижалась к нему сбоку, сильнее стиснув руки. Немец шумно отдышался, сплюнул кровавую слюну с лепестком. Он тоже заметил стебли, любопытно с долей брезгливости ткнул в них носком туфли.
— Я люблю тебя. — тихо выдохнула девушка почти вопросительно, но с радостным облегчением, всё ещё немного смущённая и заплаканная, будто не до конца веря, что происходящее правда. Он ничего не ответил, шумно выдохнув, потянулся к ней, вдруг замер, поняв, что рубашка испачкана в крови. Она тоже заметила это, быстро извинилась: — Прости... Я испортила твою одежду.
— Нет, ничего. Разве сейчас есть разница? — он хрипловато рассмеялся, скинув пиджак, стащил с себя рубашку. Девушка замерла, краем глаза наблюдая за ним, но испытывая внезапную робость. — Я тоже тебя люблю. Думаю, об этом самое время говорить, верно?
— Nazi-сан... — она улыбнулась, начала вытирать влажные щёки. Он улыбнулся в ответ, протянул руку, чтобы коснуться её щеки, внезапно остановился.
— Послушай. Я не уверен, но мне кажется, что мы можем быть соулмейтами. — его выражение лица и тон голоса стали серьёзными, так что она даже не сразу поняла о чём он говорит, сбитая с толку такой переменой. — Я заметил, что чувствую что-то странное только от контакта с тобой. Не знаю, так ли у тебя, но это прямо физическое ощущение.
— Соулмейты? Физическое?.. Ты про... тепло?
— Да, такое чувство в груди...
— ...которое усиливается, если теснее коснуться. Выходит?.. — он кивнул. — Ты так думаешь?
— Ты видишь другие объяснения?
— Н... Нет, не думаю. — она начала рассматривать его грудную клетку, полуприкрытую полами пиджака, теперь без стеснения, будто оценивая что-то. — Получается, за всё это время ты не касался меня напрямую?..
— Почему ты спрашиваешь об этом так, будто была уверена, что я успел тебя потрогать? — рассмеявшись спросил ариец, ему внезапно стало немного неловко от этого вопроса.
— Просто я какое-то время была не в себе, пока была у тебя дома, к тому же ранена... Если бы реакция произошла, то её мог заметить только ты.
— Выходит, правда ещё ни разу не касались. — заключил он, вдруг стащил обе перчатки. — Попробуем? Морально готова?
— Угу... — она пересела поближе, протянула руки к его рукам, невольно замерла, почти коснувшись. — Знаешь, даже если ты не прав, я всё равно не откажусь от своих слов.
— Я тоже.
Он медленно дотронулся, самыми подушечками пальцев. Оба вздрогнули. Тепло, нараставшее, стоило им сблизиться, резко вспыхнуло в груди, пробежало от места касания мурашками до кончиков пальцев ног. В голове стало немного мутно от переполняющих их обоих ощущений, неудержимая волна нежности, тёплого очень приятного чувства, неожиданно накатила, не дав времени прийти в себя. ЯИ судорожно сжала пальцы, будто боясь случайно выпустить, вцепилась в его ладонь, он крепко сжал в ответ. Сердца громко застучали в унисон, союзники чётко ощутили сердцебиения друг друга, замерли, с трудом дыша от охватившего их восторга. Империя вдруг двинулась, подалась вперёд, всем телом прижавшись к его обнажённой грудной клетке, уткнулась лицом в мягкую кожу шеи, от более тесного контакта внутри всё свело так, что тяжело было даже вдохнуть. Рейх стиснул её в руках, обхватил корпус, не осознавая ничего, кроме дурманящей близости. В местах, где она касалась кожи, оставался тёплый след, в голове пульсировало единственное желание крепче прижать к себе, сгрести в охапку, сблизиться. Не совсем понимая, что делает, девушка поддалась смутному желанию, заметив, что в отличие от неё, парень замер в каком-то ступоре, не решаясь даже пошевелиться. Она приподнялась, оперевшись руками на его плечи, повинуясь внезапному порыву, нависла сверху, коснулась губами его губ, всем телом почувствовав пробежавшую по его телу дрожь.
Полураздетый, очень взволнованный, часто дышащий от переполняющих его эмоций. Сейчас Нацистская Германия полностью отличался от себя обычного, немного смущённый и разгорячённый, она испытывала то же, от тактильного контакта в животе что-то сладко сжималось. Японская Империя немного отстранилась, чтобы принять более удобную позу, заметила, как он сильнее схватился, будто боясь выпустить, стиснул её чуть повыше тазовых косточек, крепко, но бережно, почти кругом обхватив узкую талию своими ладонями. Почувствовав себя пойманной она на секунду замешкалась, повернулась, чтобы посмотреть на его руки, сбившись с настроя.
— Можно?.. — он потянулся к её лицу, коснулся губами скулы, стараясь дотянуться до губ. ЯИ вздрогнула, моргнула, немного опомнившись, вдруг зарделась, эта пауза её отрезвила, выдернула из эмоционального опьянения. Его голос, хрипловатый и немного странный, сладкий, с придыханием чуть дрожащий на некоторых словах. — Хочу больше...
Она вздрогнула, заметив, как снова стремительно накатывает сладкое оцепенение, от того, что он нежно начал целовать шею, ключицы, податливо отдалась его рукам, подтянувшим её ближе, прижалась животом к его торсу, сжав его между бёдер. Немец с наслаждением вдохнул её запах, коснувшись носом нежной кожи чуть пониже ушка, заметил, как волоски на её теле встали дыбом, стоило ему начать действовать активнее. Потянулся к её лицу, смял мягкие губы своими губами, наконец перестав сдерживать себя. Сколько раз он мечтал об этом? Такая сладкая, немного испуганная, она неуверенно отвечала ему, похоже, всё ещё не до конца осознавая происходящее. Поцелуй получился совсем нежным, с лёгким кровавым привкусом, он быстро понял, что она ведёт себя очень неуверенно, перехватил инициативу.
Японка заметила как его руки пришли в движение, погладив проведя по её телу, вдруг начали расстёгивать бляшку пояса. Она вздрогнула, почувствовав, что ремень перестал сдавливать талию, забеспокоилась, отклонившись немного назад, чтобы отстраниться. Он первые пару секунд тянулся следом, не желая выпускать её губ, снова вернулся в прежнее положение, вопросительно смотря на неё влюблёнными влажно блестящими глазами. Девушка взволнованно дышала, на её лице читалась смутная тревога, она была слишком растеряна и начала нервничать.
— Что такое? — ласково спросил он, отложил её ремень в сторону. ЯИ приоткрыла рот, собираясь что-то сказать, осеклась, вдруг окончательно раскрасневшись, прикрыла губы тыльной стороной ладони, опустив глаза. Он на пару мгновений замер, пытаясь оценить её состояние, потом медленно пробрался руками под рубашку. Девушка вздрогнула, схватилась за его запястья, но парень не обратил на это внимания, осторожно ощупал её напряжённый животик, прикрыв глаза от удовольствия, пробирающего до пробегающих по телу мурашек, от новой волны опьяняющего чувства близости.
— П... Погоди... — она стиснула пальцы сильнее, подрагивая от напряжения, стараясь вернуть контроль над ситуацией. Он замер, поднял глаза, встретившись взглядами. Пылающая от смущения, она никак не могла успокоить дыхание, поджала губы, испытывая внезапно острый приступ стыда. — Не надо... Не там...
— Что случилось? — он отпустил, придержав её под спину, прижал к себе. Девушка не сопротивлялась, беспомощная из-за слишком сильных переживаний кипящих внутри.
— Я... Мне... Прости, так сложно объяснить... — Империя немного успокоилась, убедившись, что её слушают, прижала руки к груди, едва заметно пульсирующей из-за зашедшегося сердца. — Просто там уязвимое место... Из-за этого как-то странно... Я не привыкла, что меня касаются...
Он тихо рассмеялся, почти шепча на ушко выдохнул:
— Твоё тело приятное на ощупь, хочу потрогать. Если буду осторожнее, ты позволишь?
Пальцы самыми подушечками погладили места чуть пониже рёбер. Японка вздрогнула всё ещё не в силах расслабиться, она всегда позволяла прикасаться только к рукам или плечам, из-за его прикосновений в груди было как-то странно. Рейх потянулся за новым поцелуем, погладил её талию, смял мягкую кожу, стараясь не сильно сдавливать. Горячо и непривычно, девушка поддалась, внутри всё снова сводит сладкое напряжение, становится жарко и голова начинает отключаться. Смутное ощущение опасности быстро сменилось лёгким волнением, всё-таки прикосновения соулмейта были настолько приятными, что она не могла не поддаться. Совсем скоро она разомлела, напряжённые мышцы расслабились, нацист довольно выдохнул, разорвав поцелуй. Он заметил, что союзница окончательно растаяла, решил, что стоит остановиться. Убрал руки из-под её рубашки, уткнулся лицом рядом со скулой.
— До одури хорошо... — он шумно вдохнул полной грудью, прижал притихшую девушку теснее к себе, прикрыв глаза и коротко коснувшись губами места на шее, до которого смог дотянуться. — Я счастлив.
Она ничего не ответила, немец чувствовал, как часто вздымается её грудь, похоже, азиатка всё ещё не пришла в себя. Она вдруг подняла руки, погладила его спину, медленно проведя по позвонкам, зарылась пальцами в волосы. Ариец сощурился, приняв её прикосновения, невольно расплылся в улыбке.
— Оказалось, трогать тебя так приятно... — тихо сказала Империя, прижала его в ответ, стиснув хрупкие запястья на его широких плечах. — Жарко и немного мутно в голове, похоже на сон... И внутри всё сводит, как будто ещё немного и забуду как дышать.
— Я тоже это чувствую. — она отпустила его голову, погладила шею, ключицы, осторожно дотронулась до гладкой и горячей грудной клетки, будто пробуя на прочность.
— Стучит... — прошептала на выдохе, в пальцы отдавала лёгкая пульсация.
— Твоё тоже, так сильно бьётся. — он улыбнулся, заметив её замешательство. — Первое прикосновение и правда запоминается на всю жизнь. От одной только мысли бабочки в животе. Переберёшься ко мне жить?
— Почему так внезапно?..
— Не могу представить, как буду спать без твоих объятий. Такое чувство, что даже если просто отпущу, снова станет плохо. — девушка дрогнула, немец насторожился, заметив, как сбилось её дыхание. Она несколько раз быстро сглотнула, всхлипнула. Что-то мокрое капнуло ему на щёку, потекло к подбородку. Он притих, отстранился, чтобы заглянуть в её лицо. Японская Империя давилась слезами, стараясь удержать их, стала подрагивать, когда он пересадил её поудобнее, поцелуями начал убирать слезинки с её лица, склонившись и обняв. — Почему ты плачешь?..
— Не знаю... Просто в горле вдруг сжалось... После твоих слов вдруг... — она всхлипнула, обняла за шею, спрятав лицо. Тепло тела соулмейта подействовало успокаивающе, скоро девушка смогла побороть эмоции, внезапно улыбнулась. — Я просто так рада... Всё ещё не верю, что это реально...
— Мне тоже не верится. — он крепко обнял хрупкую фигурку, прежде чем отстраниться. — Ладно, нужно приступать к работе. Быстрее закончим — быстрее сможем уйти домой. И всё-таки, что ты думаешь о моём предложении?
— Я не совсем уверена, но мне хочется быть ближе. Тем более я не знаю, что теперь будет с ханахаки, лучше находиться рядом, чтобы помочь друг другу в случае чего... — он тихо хохотнул. — Почему ты смеёшься?..
— Нет-нет, ничего такого. Просто ты так растерянно выглядишь и так серьёзно рассуждаешь. Никогда бы не подумал, что смогу увидеть тебя такой. — она вздрогнула, начала торопливо приводить в порядок причёску и поправлять одежду. Он наклонился к ней, застегнул пару расстёгнутых нижних пуговиц на рубашке. ЯИ невольно замерла. Заметив её замешательство, Нацистская Германия сказал: — Я просто помог, не стоит так пугаться. Я едва не пророс цветами из-за чувств к тебе, разумеется я захочу позаботиться.
— Ты обычно такой строгий, немного непривычно. — она моргнула, снова принялась переплетать хвостик, собрав выбившиеся из него пряди. — Ну вот и всё. К слову, тебе бы тоже себя в порядок привести, а то другие могут не так понять... А...
Оба посмотрели на смятую окровавленную рубашку. Повисла неловкая пауза.
— Ну, наверное пусть лучше подумают, что я недавно кого-то убил. — заключил он, расправляя и оценивающе осматривая ткань.
***
ЯИ приоткрыла глаза, в груди чесалось, теперь достаточно сильно, чтобы выдернуть её из сна. Она плохо соображала спросонья, согнулась, закашлявшись, наполовину выбравшись из-под одеяла, чтобы сесть. Это был не первый приступ во время сна, но обычно он случался ночью, а не ранним утром, когда уже было светло и лучи пробившиеся сквозь шторы слепили глаза. Кашель становился всё резче, у неё никак не выходило откашлять то, из-за чего он начался. По горлу поднялся небольшой комочек, выпал на простыню, чернея на белой ткани маленьким угольным пятном. Империя тяжело отдышалась, наконец перестав чувствовать раздражение в груди, сухо сглотнула несколько раз. Чёрный лепесток, немного помятый, блестел в свете утреннего солнца капельками слюны. Тёплые руки обняли её за талию, азиатка утёрла невольные слёзы, обернулась через плечо. Рейх тоже проснулся из-за её кашля, сонно сощурив глаза, потянулся к ней, обхватив за пояс, притянул обратно в свои объятия. Империя притихла, прижавшись к его горячей коже, чувствуя себя лучше.
— Лепесток? — сонным голосом спросил он.
— Лепесток. — подтвердила девушка, перевернувшись лицом к нему, уткнулась носом в его шею, вдохнув полной грудью запах постельного белья и его кожи. — Так легко стало...
— Похоже, последний? Давно уже не было приступов. — немец улыбнулся, сжал руки на её лопатках, наклонился, чтобы коротко поцеловать в макушку. — Вот и чудно. Спи, ещё рано. Разберёмся с этим позже.
— Угу...
Она поёжилась, подтянула повыше одеяло, пряча замёрзшие плечи. Нацистская Германия заметил это, обнял её повыше, чтобы согреть верхнюю часть тела. Тепло соулмейта убаюкивало, скоро девушка притихла, её дыхание успокоилось, стало совсем ровным. Парень закрыл глаза, медленно накатывала сонливость, сейчас больше не было причин беспокоиться, японка в его руках уже дремала, закинув руку ему на плечо. Наверное, это и можно было назвать счастьем.
✩•̩̩͙*˚⁺‧͙⁺˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚⁺‧͙⁺˚*•̩̩͙✩•̩̩͙*˚⁺‧͙⁺˚*•̩̩͙✩
На этой позитивной ноте объявляю фанфик завершённым!
Как уже упоминала ранее, у меня в планах уже есть новый фанфик, но начну его публиковать только когда наберётся достаточно много текста, чтобы не заставлять вас долго ждать продолжение
Для тех, кто читает мои фанфики впервые, сообщаю: У меня в профиле есть ещё работы поэтому пейрингу, мне будет приятно, если прочитаете
На этом с вами прощаюсь, ожидайте моего возвращения с новой историей
Чтобы подогреть интерес сообщаю, что в следующей работе планирую поменять характеры персонажей так, чтобы они не были похожи на то, как я описывала их до этого
С любовью
Ваша всё ещё фанатеющая по РейхЯИ автор