Озвучивание не поддерживается в этом браузере
глава 49.
«Навсегда твоя»
Утро выдалось тихим.
Оливия сидела на кухне, босиком, с кружкой кофе в руках. В комнате пахло ванилью, и было по-домашнему спокойно. Она смотрела в экран телефона. Там — пропущенный вызов. Уже третий за два дня.
Мама.
Рука дрогнула. И всё же… она нажала на "перезвонить".
— Оливия? — голос на том конце был удивлённо-тревожный. — Ты… ты правда перезвонила?
— Да, — её голос был тихим. — Я… не могла раньше. Я злилась. Сильно.
⠀
— Я это понимаю… — мать вздохнула. — Я была неправа. Я не должна была давить. Не должна была говорить, что он не для тебя. Я вижу, как он тебя любит.
⠀
Оливия прижала колени к груди, уткнулась в них подбородком. В горле встал ком.
⠀
— Я не идеальная дочь.
⠀
— А я не идеальная мама, — голос дрогнул. — Но я скучаю. И люблю. Просто знай: я не хочу тебя терять. Даже если ты выбрала его. Даже если я ошибалась.
Молчание.
— Я люблю тебя, мам. Очень. Просто… мне нужно было время.
⠀
— И ты его получила.
⠀
Обе заплакали. И пусть не всё было улажено — в этом звонке было главное: шаг навстречу.
---
Вечером.
Дождь шёл тонкими каплями. В доме было тепло. Оливия стояла у окна, в белой футболке Димы, которая доходила ей до середины бедра. Под ней — только трусики. Волосы распущены, ноги босиком, губы чуть подкрашены. Она выглядела… как дом. Его дом. Его уют. Его сердце.
Когда входная дверь открылась — она даже не обернулась.
— Привет, Матвеев, — лениво произнесла она, потягиваясь.
⠀
Он замер в дверях.
Она обернулась, в его футболке, полуоголённая, с искоркой в глазах — и в этот момент он понял: дальше ждать невозможно.
Он подошёл медленно. Сердце стучало. В руках — коробочка.
— Принцесса… — тихо, немного охрипшим голосом.
⠀
Она посмотрела на него внимательно. Лицо вдруг стало серьёзным.
⠀
Он опустился на одно колено.
⠀
— Я не знаю, как вообще дышал до тебя. Не помню, какой был мир, пока ты в него не вломилась — вся дерзкая, сильная, настоящая.
⠀
Он открыл коробочку.
⠀
— Будь моей женой. Моей единственной. Навсегда.
⠀
Она расплакалась. Просто молча упала на колени и обняла его.
⠀
— Да… да… чёрт, да, Матвеев, — всхлипывала она, прижимаясь к его груди. — Я твоя. И была твоей с первого дня.
⠀
Он поднял её на руки, не отрывая от неё взгляда, от её слёз, от её дрожащих пальцев, которые сжимали его плечи.
⠀
— Ты даже не представляешь, как сильно я тебя люблю, принцесса.
⠀
— Докажи.
---
И он доказал.
В спальне.
Он положил её на кровать, мягко, как драгоценность.
⠀
Он раздевал её не спеша, целуя каждый миллиметр кожи. Его губы оставляли следы на ключицах, груди, животе. Он целовал её ладони, бёдра, внутреннюю сторону ног.
— Ты вся — моё имя. Я буду писать его на тебе всю ночь.
⠀
Засосы на шее. Укусы на талии. Поцелуи на лодыжках. Она стонала, выгибалась, плакала от счастья.
⠀
Он шептал, что она самая красивая. Что она сделала его живым. Что он будет любить её до последнего вздоха.
И каждый укус был клятвой.
⠀
Каждый след — признанием.
⠀
Каждый взгляд — обещанием быть рядом.
⠀
Они не спали до рассвета. Он снова и снова возвращался к её телу, жадный до неё, влюблённый до безумия.
---
А под утро — она лежала у него на груди и шептала:
— Навсегда твоя, Матвеев.
Он улыбнулся, целуя её в лоб:
— Навсегда моя жена.
Комментарии