мне нравиться
Солнышко. Мой день определённо задался. Я лениво протянулась и встала, Егор уже не спал. Я быстро побежала в душ. Там я пробыла минут тридцать. Затем вышла и пошла на кухню.
Я. Ты что готовишь, помочь? - я обняла его сзади.
Е. Ты проснулась? - спросил Егор таинственным голос.
Я. Да - сказала я также таинственно.
Е. Сегодня большой день?
Я. Мг.
Егор вцепился в меня, залезая руками под халат и посадил меня на стол. Дальше я его остановила.
Е. Что-то не так?
Я. Давай продолжим вечером, хорошо? - я игриво улыбнулась, закусила нижнюю губу и оттолкнула Егора ногой, стол был достаточно высокий, моя нога была на его груди, он посмотрел в сторону и слегка ухмыльнулся, а потом снова на меня.
Е. Я буду ждать - чуть прошептал он, затем встал между моих ног, подтянул меня к себе и взяв за попу спустил с небес на землю.
Только я встала на носочки, но Егор продолжал меня держать, что я висела на его руках. Он смотрел мне в глаза. А я была не против, хотя обычно сторонюсь таких взглядов.
Я. Егор.
Е. Мм..?
Я. Егор!
Е. Что?
Я. Что-то горит.
Е. Блин, вот чёрт, позавтракаем в кафе?
Я. Давай я что-нибудь приготовлю.
Е. Ты умеешь готовить? - меня это оскорбило.
Я посмотрела на него с рачарованием и пошла в коридор к чемодану.
Егор всё это время шёл за мной. Я присела, открыла чемодан и достала первое попавшееся платье.
Посмотрев на картины я вспомнила.
Я. А где картина, которую я тебе подарила? На день рожденья - его глаза забегали, а я подняла брови, скрестила руки на груди и спросила - где?
Е. У родителей, в Пензе, кстати моей маме очень понравилось.
Я. Ладно.
Я взяла платье, зашла в ванну и надела его.
Вышла я уже с высушенной головой, у Егора в ванной фен.
Время только десять, у меня ещё два часа.
Я всё таки пошла на кухню и приготовила завтрак. Я сделала тосты с мёдом и кокао.
Я. Егор, иди кушать!
Е. Иду...
Когда мы позавтракали, Егор помыл посуду и мы просто сидели в телефонах.
Е. Ты вещи когда будешь разбирать?
Я. А что надо?
Е. В смысле?
Я. Мы же скоро уедем.
Е. Не скоро, а через...а когда мы поедем?
Я. В середине июля.
Е. Ну вот.
Я. Выделишь мне полочку?
Е. Пойдём - Егор потянул меня за собой, мы оказались в небольшой гардеробной, за дверью в спальне - это всё твоё.
Я. Спасибо, а куда поставить чемоданы?
Е. Под кровать, я тебе помогу.
Егор доставал мои вещи из чемодана и складывал на полки, некоторые вешал на вешалки. Мы управились за пол часа.
В чемодане и сумке лежала одежда, а в другом чемодане всякая ерунда, типо краски, косметика, и многое другое. Картины распоковывать я не разрешила, хотя кто-то очень просил.
Мы вышли из гардероба, легли на кровать, я легла на грудь Егора и рассматривала дома, точнее высотки, видневшиеся у него из-под футболки. Он бережно запустил руку в мои волосы и так мы лежали, болтая о всякой ерунде. Ровно пол двенадцатого мы вышли из дома и поехали, благо не далеко.
В машине зашёл разговор о Художественной школе, в которую я должна идти работать.
Я. Мне поработать то до конца года.
Е. Зачем тебе это?
Я. Ты же ездишь на концерты, гастроли.
Е. У меня свободный график, пока.
Я. Завтра меня отвезешь?
Е. Да, но с понедельника у меня тоже работа - интересно какая, довать интервью и петь на радио?
Дальше разговаривать с ним мне не пришлось, так как мы приехали. Всё таки он начинает меня бесить. Я почти опоздала, хотя показ будет только через два часа, все были в полной боевой готовности.
Егора не пустили, а я лишь пожала плечами, ведь нечего поделать нельзя.
Он поехал куда-то, а меня переодели, хотя в пуховике очень жарко, хоть я и в коротком платье.
Прорепетировав всё по двести раз нам разрешили отдохнуть. Я собиралась с мыслями, что впервые буду представлять что-то. Мероприятие было закрытое, вход по приглашениям, без них пускали разве только журналистов и репортёров.
Вот и начался показ. Оказалось, всё ещё страшнее, чем я ожидала. Мне было настолько страшно, что я просто, а когда мы вышли на сцену, мне хотелось провалиться сквозь землю.
Всё закончилось к шести, нам раздали белые конверты, причём в них была не маленькая сумма. За всё время я забыла про Егора, пустили его вообще? А ещё это обещание, в принципе я не против.
Я вышла. Около гелика стоял Егор и втыкал в телефон.
Я. Ты хоть был на показе?
Е. Конечно, у меня ещё интервью брали.
Я. Классно!!!
Е. А чё ты так долго?
Я. Да, просто, я кстати денег заработала.
Е. Какая ты молодец.
Он прижал меня к себе.
Я. Ладно, едем, а то ещё...
Е. Что?
Я. Ничего.
Ещё на светофоре рука Егора легла на моё колено. И поднималась всё выше и выше. Подъехав Егор помог мне вылезти и мы за руку пошли домой. В лифте мы жёстко целовались и были готовы остаться здесь, но мы приехали.
Переступив порог мы набросились друг на друга. Егор прижал меня к стене, я обвила ногами его талию и он снял с меня каблуки. Потом снял свою обувь и понёс меня в спальню.
Кинув меня на кровать он снял с себя пиджак, а потом галстук и отбросил в сторону.
Я. Стой!
Е. Что?
Я. Привежи меня галстуком.
Е. А с виду ты приличная, а на самом деле извращенка.
Но Егор поднял галстук и связал мне руки сверху, привязав их к кровати. Его рубашка была уже на полу, моё платье тоже, он порвал его, как и мой лифчик. Я совсем не смущалась, это очень странно. Во мне кипела страсть и жажда.
Оставшись оба в одних трусах мы уже были готовы начать, но в дверь позвонили.
Е. Блять, именно сейчас.
Я. Не открывай - но в дверь стали не просто звонить, а уже долбить.
Е. Чёрт, я открою.
Егор накинула на себя халат и ушёл. Я отвязала себе руки и стала слушать. Это была Маша.
М. Я ведь знаю она здесь.
Е. Её здесь нет! - кричал Егор, чтобы я услышала.
Я не дура. Спряталась в шкафу с одеждой и тихо сидела. Прошло минут десять, но я никак не решалась выходить. В комнату кто-то зашёл. Я притихла. Одежда отодвинулась и Егор смотрел на меня с улыбкой. Конечно, я была в одних трусах.
Е. Я по всему дому тебя искал.
Я. Чё она приходила?
Е. Не поверишь, за тебя беспокоилась - я только глубоко вздохнула - позвони ей.
Я. Ладно, я подумаю.
Е. А теперь продолжим?
Я. Да, почему бы нет.
Е. Ты так ответила, будто тебе похуй.
Я. Мне не похуй.
Е. Не матерись - он обнял меня, глубоко вздохнув, достал свою футболку, и надел на меня, потом мы в обнимку пошли покушать.
Я. Люблю тебя - сказала я, наблюдая, как Егор режет мне фруктовый салат.
Е. А я люблю - сказал он - когда девушки сами себе готовят.
Я. Ладно, сядь, я сама сделаю.
Но он встал сзади, прижавшись ко мне и обхватил мою талию, наклонив голову и дышал мне в шею.
Я чистили яблоко, и порезалась.
Я. О боже - проговорила я, бросила нож и стала мыть руку.
Е. Осторожно, сейчас заклеем пластырем и всё пройдёт.
Порез был между большим и указательным пальцем.
Я села за стол и Егор перевязал мне бинтом руку.
Я. Спасибо, просто, я боюсь крови.
Е. Не страшно, завтра пройдёт.
Он дорезал салат, и залил его йогуртом. А потом с ложечки меня кормил. Это было странно.
Мои глаза закрывались и я просто отрубилась, последнее, что я помню это как Егор мыл посуду, а я смотрела на его накаченный зад.