Глава 14.
«Сердце и любовь
В пути теплом согреет,
Даст нам надежду.»
Воспользовавшись правом отдыха, несколько дней Чанми просидела дома, восстанавливая изрядно пошатанные нервы. Как бы она не старалась, всё равно думала о Феликсе и о том, как с ним поговорить. А когда стала чувствовать себя намного лучше, наконец-то решилась на серьёзный разговор, позвав лучшего друга к себе домой.
Ф - привет... - виновато сказал парень, зайдя в дом.
Ч - привет...
Между ними повисла небольшая неловкость.
Ф - как ты себя чувствуешь?
Ч - намного лучше. Спасибо, что спросил.
Ф - Хёнджин уже всё тебе рассказал, правда?
Ч - да...
Парень потупил глаза в пол, почесав затылок. Пытался подобрать слова для извинений, но Чанми подошла к нему и обхвалила его лицо руками, заставляя посмотреть на неё.
Ч - Феликс... То, что ты сделал... Это было неправильно. Но я не могу обижаться на тебя, потому что понимаю, что ты просто хотел быть счастливым со мной... И ты по-прежнему очень дорог мне. Да, я не могу дать тебе то, что ты так сильно хочешь... Но моя любовь к тебе... особенная. Ты как родственная душа, которая всегда поддержит и поможет. Я доверяю тебе больше всех на свете. Мне очень не хочется, чтобы то, что произошло, испортило наши отношения... Ты простишь меня? - сказала девушка, улыбаясь через подступающие слёзы.
Ф - это я должен извиняться, а не ты... И я тоже очень не хочу, чтобы наше общение прекращалось. Не плачь или я тоже заплачу...
Они крепко обняли друг друга, но пару слезинок всё же проронили. Феликс - солнечный лучик, излучающий искренность, добро и заботу, ставший одним из самых дорогих людей на всём белом свете; Чанми - та, что стала ему музой, поддержкой и опорой даже в самые тяжёлые моменты. Глубоко в душе его сердце всё ещё болит, но рано или поздно эта рана затянется, и он ещё сможет найти своё счастье.
Друзья простояли так ещё несколько минут, а потом отстранились друг от друга.
Ч - так, чем займёмся? - сказала девушка, смахивая слёзы.
Ф - я предлагаю стандартную схему...
А стандартным времяпровождением для них было приготовление фирменного брауни Феликса, обсуждение всего и всех, и просмотр какой-нибудь дорамы или шоу. И снова улыбались, смеялись и дурачились... Снова им было весело и беззаботно в компании друг друга...
***
М - вы не хотите объясниться? - сказал парень, посмотрев на Хёнджина, Чанми и Феликса.
Дж - где вы были столько дней?
Ч - мне стало плохо. Перенервничала с университетом, поэтому мне дали пару дней для того, чтобы прийти в себя.
Впервые за столько дней компания друзей смогла воссоединиться за общим столом в кафетерии. Чанми решила не рассказывать Минхо и Джисону правду, чтобы лишний раз не затрагивать болезненную тему. Уловив это, Хёнджин и Феликс тоже соврали.
Х - я был у родителей, они попросили помочь с ремонтом.
Ф - а я помогал Хёнджину.
Минхо подозрительно сщурил глаза, но, кажется, поверил.
Дж - могли бы сказать. Может, мы бы тоже помогли.
Х - не хотели дёргать вас, всё в порядке.
М - меня интересует кое-что ещё...
Минхо посмотрел на Чанми, выжидая её реакции.
М - вы двое, - он перевёл взгляд с девушки на Хёнджина, - вы встречаетесь?
Ч - да...
*уже нет никакого смысла скрывать это.*
Дж - правда? Здорово!
М - а ведь я знал. Давно знал!
Ч - ну! Зачем так кричать?
Хёнджин и Феликс лишь посмеялись, а лицо девушки покрылось румянцем.
***
Чанми вернулась домой немного уставшей: успела отвыкнуть от бурной студенческой жизни за те дни, что проводила дома. Укутавшись в плед с чашкой горячего чая, Чанми сидела у окна, наблюдая за первым снегом. Записала в блокноте пару строк, помечтала, задумалась. А потом... Стало скучно.
Одевшись потеплее, Чанми решила сделать сюрприз Хёнджину и приехать к нему без предупреждения. Знала, что он сейчас дома, поэтому не переживала. Да и к тому же, он сам звал приезжать в любое время.
Х - Чанми? - удивлённо сказал парень, увидев свою возлюбленную через видео домофон.
Когда дверь наконец-то открылась, перед Чанми предстал её парень: его волосы были мокрыми, а одежда, кажется, была натянута наспех.
Ч - кажется, я не вовремя, - сказала девушка, осмотрев Хёнджина с ног до головы.
Х - шутишь? Заходи скорее.
Ч - мне стало скучно, а ты говорил, что я могу приходить в любое время, - сказала девушка, проходя в комнату.
Х - помню. И рад, что ты пришла. Не замёрзла? Что тебе налить - чай или кофе?
Ч - кофе.
Пока Хёнджин возился на кухне, Чанми рассматривала комнату. Небольшая, но заставленная: на окне расположились макеты и холсты; рядом, на столе, расставлены краски, карандаши и чертежи; посередине комнаты стояла кровать, а на противоположной стене висел телевизор; в другом углу уместился большой шкаф, рядом с которым лежало несколько свёрнутых ватманов. Чанми стало забавно - а ведь и правда его комната была похожа на её - здесь царил такой же творческий беспорядок.
Х - как тебе? - спросил парень, зайдя в комнату с двумя чашками.
Ч - да, похожа на мою комнату, - ответила Чанми, принимая напиток в руки, - спасибо.
Х - мне нужно быстро кое-что доделать. Можешь пока посмотреть что-нибудь по телевизору.
Ч - я точно не отвлекаю тебя?
Х - если тихонечко посидишь пару минут, то нет, - мягко улыбнувшись ответил парень, а потом сел за стол и, взяв в руки карандаш, продолжил начатый чертёж.
Чтобы не мешать его работе, Чанми молча листала каналы телевизора, попивая горячий кофе на мягкой кровати. А потом он сам обратился к ней:
Х - совсем забыл, я же кое-что сделал для тебя, - он протянул ей листы бумаги.
Ч - что это? - спросила девушка, рассматривая листы с необычными картинками, образованными из узоров.
Х - я сделал тебе раскраски-антистресс. Чтобы уберечь твои нервы...
Ч - сам?
Х - да.
Ч - это так... Необычно. Дай мне карандаши.
Парень протянул ей большую сумку с цветными карандашами, а сам вернулся к своей работе. Поставив чашку с кофе на предкроватный столик, Чанми положила листы с ручными раскрасками на колени и принялась одаривать их цветом. Это было так увлекательно, что она совсем забыла о том, что находится в квартире Хёнджина. Сейчас её голова была занята только одним - каким цветом должен быть узор на хвосте кота?
Хёнджин, давно закончивший очередной чертёж, сидел на стуле и наблюдал за задумавшейся девушкой. И, не сдержавшись, немного хихикнул, отчего Чанми отвлеклась на него.
Х - так понравилось?
Ч - да, увлеклась... Ты уже закончил?
Х - давно.
Ч - знаешь, я не особо умею рисовать. А вот раскрашиваю, как мне кажется, очень даже не плохо. Получается, я дополняю твои работы?...
Х - я даже не задумывался над этим... Но мне нравится, как ты видишь что-то большее в таким мелочах, Ma Rose romantique (моя романтичная Роза).
Ч - мне уже становится непривычно, когда ты зовёшь меня по имени. Наши отношения порой вообще кажутся мне какой-то... Сказкой. Словно я уснула, начитавшись романтичный рассказов, и всё ещё сплю. Это ведь не сон, правда?
Х - нет, не сон. Просто два сентиментальных и романтичный человека наконец-то нашли друг друга.
Ч - сейчас расплачусь от твоих слов.
*если бы родители узнали о том, как часто я плачу в последнее время, они бы разочаровались. Но я тоже человек, и испытываю эмоции... *
Х - не нужно, лучше иди ко мне.
Он пересел на кровать и крепко обнял её.
Ч - ты спрашивал, что я представляла в библиотеке... Ты целовал меня по-французски, - не сдержавшись, она раскрыла завесу тайны.
Х - хм... Тогда стоит ли мне... - но он не успел договорить, потому что Чанми первая поцеловала его.
Он улыбнулся через поцелуй, и всё же перенял инициативу на себя, углубляя его. Фантазии наконец-то стали реальностью. Хёнджин аккуратно толкнул Чанми на кровать, нависнув сверху, но потом отстранился.
Х - кажется, я увлёкся.
Ч - помнится мне, ты тоже что-то говорил про свои фантазии.
Х- если так хочешь узнать, мне придётся продолжить.
Ч - я настаиваю.
И в это же мгновение их губы снова встретились, но уже в более страстном поцелуе. От нахлынувшего возбуждения в тёплом вязанном свитере стало невыносимо жарко, но парень быстро избавился от него, оставляя на теле девушки дорожки влаждых поцелуев, заставляя Чанми запрокинуть голову назад. Руки Хёнджина по-хозяйски блуждали, изучая каждый сантиметр женского тела, избавляясь от ненужной на обоих одежды. Чанми запустила руки в его влажные волосы, капельки воды с которых, попадая на горячую кожу, вызывали мурашки. Дыхание напрочь сбилось, и сейчас они не могли думать о чём-то ещё, кроме друг друга. Глаза блестели от страсти и удовольствия, нахлынувших на обоих влюблённых.
Х - мне стоит продолжать? - спросил парень, наклонившись над ухом девушки, когда его рука мягко заскользила по внутренней стороне бедра.
Ч - не останавливайся, прошу... Но ты должен знать, что...
Х - я первый? - на его слова Чанми легонько кивнула, с волнением, и даже какой-то опаской, - хорошо, не переживай.
Шелест серебристой упаковки, мимолётное волнение, а после стон, сорвавшийся с губ девушки от боли и удовольствия, смешавшихся воедино. Хёнджин дал ей пару секунд для того, чтобы она прывыкла к новым ощущениям, а после продолжил, но совсем медленно и не спеша, оставляя поцелуи на её губах...
Комната, в которую уже закрадывалась вечерняя темнота, горела от света. Света их любви, что они дарили друг другу неделями, днями, и этим мгновением. Трепетная и нежная, страстная и опаляющая, местами болезненная, но искренняя. Настоящая...
Когда их тела пробрала дрожь наслаждения, Хёнджин упал на подушку рядом с Чанми, накрыв обоих одеялом. Девушка перебралась на грудь парня, и тот приобнял её за спину.
Ч - твои фантазии мне тоже нравятся.
Х - я рад, - он усмехнулся, посмотрев на неё.
Дыхание всё ещё не восстановилось, поэтому они пролежали так ещё какое-то время...
***
Ч - она не будем мне большая? - сказала девушка, рассматривая пижаму парня после душа.
Х - будет. Если не нравится - спи голая, - ответил Хёнджин, листая каналы телевизора.
Ч - ладно, ладно...
Х - стесняться всё равно больше нечего... Кажется, я что-то нашёл, одевайся скорее.
Пока на небе горели миллиарды звёзд, а снежинки за окном водили хороводы, маленькая уютная комната, вместе с тёплым одеялом и горячим чаем, согревала два сердца, прижавшихся друг к другу за просмотром фильма. И думать о чём-то сейчас совсем не хотелось... Хотелось наслаждаться мгновением уюта и заботы, ласки и трепета, любви и гармонии.
А воспоминания о старых обидах абсолютно улетучились, словно их никогда и не было. Не было ошибок, боли, тоски и одиночества. Будто он всегда был рядом, и всегда дарил ей свою любовь...