12 (финал)
Сердцу больно. Почему? Я понятия не имею, скорая подъезжает, а человек, которого я люблю всей душой, лежит с ножом в боку. Что же делать... Весь мой топ, джинсы и руки были в крови, нож я не вытаскивала, просто держала рану, пытаясь остановить кровь. Руки дрожали, как и голос. Хван терял сознание.
- Хенджин, ты меня слышишь? Открой глаза, борись с болью, смотри на меня, не теряй сознание, пожалуйста...
- Со... Мне тяжело, но я смогу сказать три слова, я тебя люблю, всем сердцем и телом, когда ты рядом, в животе бабочки, а в мыслях лишь светлое, - парень улыбнулся, а по моей щеке ползла слеза. Я не раздумывала, взяла окровавленными руками его лицо и слилась в поцелуе, он не отказал, принял, даже сразу, это был самый нежный поцелуй из всех, что у меня были, Хенджин вложил в него всю свою энергию, теряя контроль над мозгом. Я отстранилась, замечая, как глаза парня закрываются, но он дышит. Скорая почти доехала, слышно сирены.
×××
- Кто вы Хван Хенджину? Вам придется уехать на какое-то время, пока мы его не прооперируем. С ним все будет хорошо, сходите на улицу, вам нужен свежий воздух.
- А, я? Да так, подруга, с ним точно нельзя остаться?
- Девушка, вы как это себе представляете? Во время операции нельзя присутствовать, - хирург смотрел на меня с удивлением, мне правда не хотелось отходить от Хенджина, но все же надо ехать к друзьям, они ещё ничего не знают.
Я вышла из здания больницы, направляясь на остановку, в грудной клетке была дыра. А вдруг, он не выкорабкается? А вдруг, врачи заденут нерв... Трясущимися руками я набрала номер Кии.
- Ого, неужели ты позвонила, вы почему так долго? Что-то намечается? - через трубку, я почувствовала ухмылку Кии.
- Кий, собери всех в комнате Чана, я скоро буду...
Я сказала это с такой эмоцией, буд-то сейчас разревусь, что правда. Я не плакала, просто было паршивое настроение. Мелькающие деревья за окном уже давно сменились тротуаром, по которому я шла к общежитию.
- Я пришла.
- Почему одна, где Хен? - на меня накинулись все, все восемь человек.
- Он в больнице, Лана... Она пырнула в него ножом, - я села, закрыв голову руками, - о боже, надеюсь, он поправится.
Сказать, что все были в шоке, ну, это ничего не сказать. Кия подлетела ко мне, обнимая, а Чан с ребятами думали, что делать с Ланой и как помочь Хвану. В голове пусто, единственное, что крутится, это: "Как помочь ему?". Что я могу сделать, чтобы Хенджин по-скорее выздоровил? По факту, я на это не влияю. Лишь врачи способны на такое, но, как только позволят, я готова сутками сидеть с ним у капельницы, поглаживая руку и рассказывая истории с общежития. Он бы всё это слушал, радуясь, что скоро сам будет в этом же учавствовать, будет идти на поправку... Может, мы даже станем опять встречаться, только уже навсегда, не разрывая свои сердца и не делая друг другу больно. Но это лишь мои фантазии.
Всю ночь я не могла уснуть, а вдруг позвонят? Я ждала, ждала и ждала, смотря в одну точку, все спали, лишь я терпиливо сидела над телефоном в ожидании звонка.
- Алло? Еду!
Это были они, Хван прооперирован, сейчас пришел в сознание. Я быстро оставила записку на столе Кии, отправляясь в больницу. Наверное, увидев меня, люди бы подумали, что я опаздываю на самолет, либо на важную встречу, но я просто хотела увидить его, позаботиться о нем. Автобусы не ходили, в целом, если бежать, то займет около десяти минут. Я мчалась как только умею.
- Здравствуйте, палата Хван Хенджина, какой номер? - я залетела в больницу, подходя к ресепшену.
- Второй этаж на право, 299 кабинет, - азиатка, что сидела на рецепции, мило улыбнулась мне, указывая рукой на лестницу.
Скоро я увижу его... В сознании, с работающей головой и осознанными мыслями. Найдя палату, я вошла туда, оставив верхнюю одежду снаружи. Он спал, тихо посапывая. Справа стояла капельница, а слева аппарат с давлением, который медленно пикал, давя на мозг. Я села рядом с койкой, взяв Хвана за руку.
- Хен, пожалуйста, открой глаза. Ради меня. Ты мне нужен, я так стльно испугалась, когда Лана... Извини меня, я виновата, надо было собраться, вспомнить все, чему ты учил, я пыталась остановить кровотечение, вроде помогло. Хенджин, если бы не ты, никто не знает, как бы закончилась моя жизнь, ты мне спас её, а я спасу твою.
На лице парня появиласт улыбка, глаза начали открываться. Моему счастью небыло предела, хотелось его обнять, расцеловать, но нельзя.
Послышался стук, в палату зашел хирург.
- Мисс Ли, можно вас на минуточку?
Мы вышли в коридор.
- Хван Хенджин был ранен заточеным ножом в районе печени, задев ту слегка, но это не сильно страшно, при операции эта проблема была решена. Видимо, нож был не самый чистый, а возможно даже специально с бактериями, в общем, все бактерии попали в эту рану. Вы молодцы, что не вытаскивали нож, иначе мистер Хван умер бы с вероятностью девяносто процентов там, на улице. Во время попадания ножа под кожу пациента, инфекция расползлась по ране, образуя гной. Примите мои сожеления, но у мистера Хвана заражение крови, это не лечится, завтра утром придется отключить аппараты.
- Что.. - Из глаз хлынули слёзы, стекая по щекам и попадая в рот, придавая солёный привкус. За что мне это? За что мне Лана? Зачем ей Хван.. Почему нельзя было решить вопрос более делекатней, зачем убивать. Если я её увижу, ей не жить. Я свяжу её, сначала буду допрашивать, пока она не выдаст всё, что мне нужно, после возьму нож с грязью на лезвии, проткну сердце им, впуская бактерии в организм девушки. Даже если ей удастся выжить, её же способ убийства убьёт такое хрупкое тело, которое никто не доотценивал.
Руки дрожали, набирая номер Кии.
- А, да? - из трубки послышался голос сонной подруги.
- Кия, он не сможет жить, его отключат от аппаратов, у него заражение, - не знаю, поняла ли меня подруга, ведь все слова были сказанны не внятно, я, буквально, задыхалась от слёз.
Я зашла обратно в палату. Глаза Хенджина были открыты, изучая всю меня. Мне его не хватало. Оставшиеся часы жизни он проведет
в моей компании, слушая истории, что я рассказываю, смеясь над нелепыми шутками, что были придуманны на коленке. Он будет счастлив, хоть и не долго.
Я взяла руку парня, обхватив двумя своими.
- Хенджин, я счастлива, что ты у меня был всё это время, пожалуйста, извини меня за то время, что я потратила в Лондоне, мучая твоё сердце и душу. Извини, когда не хотела слушать те указы, что ты давал, извини за все, за то, что от Ланы не уберегла, от Аюя, за то, что по вечерам лил дождь, за то, что не могла разогреть тебе кимчи на обед, извини за все, что я не успела сделать для тебя, - по моему лицу, уже в сотый раз, ползла прозрачная слеза, добовляя привкус соли во рту.
- Не извиняйся, это я виноват.
Но я уже не слышала его, последний раз заснула на его теле, ощущая тепло кожи Хенджина и биение сердца. Хван лишь погладил меня по голове, поцеловав в макушку.
×××
Вне палаты стояли все, нас было девять; Хан, Хо, Ликс, Чонин, Сынмо, Бин, Кия, Чан и я. Аппараты отключили, а наши воспоминания, к сожелению, нет. Моё лицо было через чур опухшим из-за слез, ребята высмаркивались в салфетки, их глаза казались ярко-красными. Сердце не могло угомониться и принять тот факт, что его больше нет. Просто нет, тот человек, что любил всех нас, а мы его. Тот человек, что так много сделал для каждого из друзей. Для Хана он покупал токкпоки каждый вечер, вместе с Хо проводил свободное время в барах, с Ликсом частенько тренировали голосовые связки, Чонину Хенджин помогал финансово, когда у младшего небыло возможности зарабатывать, Сынмо он помог выбраться из тяжелой дипрессии, а с Бином ходил в качалку. Чану помог бросить курить, а Кие поднимал настроение в моё отсутствие. Он для всех имеет место быть в уголке сердца, но для меня он занимает замую большую часть, расположившись сразу во всем теле. Он сделал для меня многое. Начиная от спасения жизни и заканчивая выбором кофты. Он — тот человек, чья душа будет не раз ещё всплывать в моих снах, где мы собираемся все вместе. Мы любили тебя, Хенджин.
×××
С момента похорон прошел ровно месяц, я шла по мрачному месту, неся две гвоздики. Кладбище, лишь здесь, только здесь люди чувствуют себя по-настоящему не комфортно. Сотни неупокоянных душ бродят по землям, а мы этого даже не замечаем. Одна, среди них, та, ради которой я жила последние годы.
Я обходила памятники и надгробья с крестами, ища нужную. Вот она, серая плита с надписью "Хван Хенджин, 2000-2024". Он не хотел умирать, он готов был жить.
Я прикоснулась к каменной плите. Из глаз невольно покатились слезы.
- Зачем ты ушел так рано. Я тебе цветы принесла. Надеюсь, ты переродишься таким же красивым, добрым, честным и умным. Хван, спасибо тебе за то время, что потратил на меня. Ты — тот человек, что спас мне жизнь, показав новые пути к цели, научил бороться до последнего. Только ты поверил в меня, поставив метку. Не знаю ошибся ты, или нет, но я стала такой лишь благодаря тебе. Не будь у меня такого наставника как ты, ничего бы небыло. Извини, что заставила мучить два года, не звоня и не говоря даже где я могу быть. Извини за все, что не успела и успела, но сделала не так. И прости, что пришла лишь сегодня, до этого боялась, не могла. Каждый раз, как думаю о тебе, слезы наворачиваются, а в горле ком, почему же ты ушел так рано. Зачем связался тогда с Ланой.. Хенджин, дорогой, покойся с миром.
Я положила две гвоздики возле фотографии, достала пергамент и ручку, на котором стали вырисовываться слова, сливаясь в рифму...
Я так ждала, молила Бога.
Надеялась, что вновь увижу...
Те облака, те скрытые от мира чувства, где боли много.
Неимоверно много, душа скребет
и сердце ноет, как жить, не зная смысла?
Ты мой полёт..
Полёт в страну чудес, что я, к большому сожелению, смогу увидеть лишь в мечтах, ведь нет тебя на белом свете больше,
ведь ты летаешь в облаках.
А я любила.
Любила твою родинку под глазом, твои поступки, твои фразы...
Любила твой, неимоверно вкусный, запах кожи, что пах цветущим садом,
любила запах шоколада, что чувствовался на губах твоих. Любила я всего тебя,
от самых кончиков мезинцев на ногах, до глубочайших, строгих глаз, в которых утопала я всё раз, за раз...
Ты мой полёт..
Полёт в страну чудес, что представлять не сужденно тебе и мне.
Ты бес, которого любить я буду не смотря на тот разрез, что дала судьба мне, разделив с тобой на век.
Что такое любовь? Она может быть невыразимой, безграничной, сумасшедшей. Столько красивых прилагательных, но мне досталась именно убийственная любовь. Ты понимаешь, что любишь, но нет возможности хоть как-то объяснить это человеку. Либо по статусу не подходишь, либо не дает кто-то. Бывыет ещё любовь по расчету. Это когда ты вынужден любить, даже если не хочешь, это ужасно. Но что, если любовь — это некая сказка, что дарит такие незабываемве эмоции. В этой сказке можно увидеть всё, счастье, радость, мораль и поучительный смысл. Но у каждой сказки есть начало и конец, как и у этой. Моя сказка переростала в безвыходность, отчаинее, те два года, когда я жила в страхе, мучалась от кошмаров. Именно за это время я поняла, что ни от кого не завишу, если мне надо, я не должна поддакивать этим людям, они не относятся к моей сказке. Как жаль, что это всё переросло в огромное горе, в камень на сердце, что уже никогда не спадет. Я буду мучаться, пока сама не умру, буду страдать по ночам, просыпаясь в слезах, ведь мне опять приснится он... Буду горевать, пока не выплакую душу. Как жаль, что моя сказка вместила в себя эти три слова, любовь, безысходность и горе, переростая в убийственную любовь.