6 глава
Комната была маленькая и душная, воздух словно загустел от напряжения. Со Юн стояла напротив Сын Бина, чувствуя, как бешено колотится ее сердце. Она молчала, ожидая, что он скажет.
Сын Бин смотрел на нее пристально, его взгляд прожигал насквозь. В его глазах читалась смесь гнева, беспокойства и чего-то еще, что Со Юн не могла понять.
— Зачем ты это сделала? — наконец спросил он, его голос был хриплым.
— О чем ты? — Со Юн попыталась изобразить невинность, хотя прекрасно понимала, о чем он спрашивает.
— Не притворяйся, — Сын Бин сделал шаг ближе, — зачем ты сказала, что ты сержант? Ты же знаешь, что это смертельно опасно!
Со Юн отвела взгляд.
— Кто-то должен был остановить Со Ми, — тихо произнесла она.
— Но ценой собственной жизни? — Сын Бин повысил голос. — Ты хоть понимаешь, на что ты себя обрекла?
— Понимаю, — Со Юн посмотрела ему в глаза, — но жизни других для меня важнее.
— А моя жизнь? — Сын Бин сжал ее руку сильнее. — Она для тебя ничего не значит?
Со Юн вздрогнула от его слов. Она молчала, не зная, что ответить.
— Ответь мне! — настаивал Сын Бин.
— Я... — Со Юн запнулась, — я не хочу, чтобы ты пострадал.
— Но ты готова сама умереть? — в его голосе послышалась отчаяние.
— Если это необходимо, — твердо ответила Со Юн.
Сын Бин резко отпустил ее руку и отвернулся, закрыв лицо руками. В комнате повисла тяжелая тишина, нарушаемая только его тяжелым дыханием.
— Ты сумасшедшая, — прошептал он наконец. — Абсолютно сумасшедшая.
— Возможно, — Со Юн подошла к нему и осторожно коснулась его плеча. — Но я не могла поступить иначе.
Его слова — "абсолютно сумасшедшая" — всё ещё висели в воздухе. Со Юн стояла рядом, её рука всё ещё лежала на его плече. Она чувствовала, как под её пальцами напряжены его мышцы. Внезапно Сын Бин резко развернулся. Их лица оказались в опасной близости. Со Юн замерла, боясь дышать.
В его глазах, которые секунду назад были полны отчаяния, теперь горел странный огонь. Он смотрел на неё так, словно видел впервые. Его взгляд скользнул по её лицу, задержался на губах. Со Юн почувствовала, как её собственное дыхание перехватывает.
— Ты... — начал он, но не договорил. Вместо этого его рука поднялась и нежно коснулась её щеки. Большой палец осторожно провел по скуле, стирая высохшую кровь. Это прикосновение, такое лёгкое и бережное, отправило дрожь по всему её телу.
Со Юн закрыла глаза, не в силах больше выдерживать этот взгляд. Она чувствовала, как он наклоняется к ней. Его дыхание стало тёплым и частым, обжигая её кожу. И тогда это случилось.
Его губы коснулись её губ — сначала несмело, вопросительно. Но уже в следующее мгновение поцелуй стал нежнее. В нём было всё то, что они оба так долго сдерживали — страх, тревога, восхищение, и, наконец, любовь.
Со Юн обняла его за шею, прижимаясь к нему всем телом. Её пальцы запутались в его волосах. Сын Бин ответил на её объятия, прижимая её к себе ещё крепче. Поцелуй становился всё более жадным, отчаянным, словно они пытались насытиться друг другом, забыть обо всём ужасе, что творился вокруг.
Они целовались долго, пока воздух в комнате совсем не закончился. Когда же наконец оторвались друг от друга, их дыхание было прерывистым, а глаза блестели. Напряжение, которое висело между ними, рассеялось, уступив место чему-то новому, непонятному, но очень важному.
На несколько секунд они оставались неподвижными, словно застывшая скульптура, все еще связанные объятиями. Дыхание Сын Бина согревало ухо Со Юн, а его сердцебиение отдавалось в ее груди. В тишине маленькой комнаты этот стук казался оглушительным.
Первой тишину нарушила Со Юн. Она медленно отстранилась, но не разорвала объятия полностью, её руки все еще лежали на его плечах. Она смотрела на него снизу вверх, глаза блестели, а на щеках играл румянец.
— Сын Бин... — прошептала она, голос её слегка дрожал.
Он ответил ей долгим, проникновенным взглядом. В его глазах теперь не было гнева или отчаяния, только нежность и... страх?
— Я... — он запнулся, словно подбирая слова, — я не знаю, что это значит...
— А должно? — тихо спросила Со Юн, её пальцы нежно коснулись его щеки.
Сын Бин закрыл глаза, словно наслаждаясь её прикосновением. Затем он снова открыл их, и в них Со Юн увидела решимость.
— Сейчас — нет, — сказал он, его голос был хриплым, — сейчас есть вещи поважнее. Нам нужно... нам нужно держаться вместе.
Он обнял её крепче, словно боясь отпустить. Со Юн уткнулась лицом ему в грудь, вдыхая знакомый запах его одежды. В этих объятиях она чувствовала себя в безопасности, несмотря на весь ужас происходящего.
— Вместе, — повторила она, и в этом одном слове было больше смысла, чем во всех словах, которые они сказали друг другу до этого.