17
-Хорошо. - Хриплым голосом ответила Наталья, все еще не поворачиваясь к Валентине.
-Ты это, прекращай, пожалуйста! Все будет хорошо, слышишь! Не кисни! Ты еще молодая, еще кучу таких нарожаешь! - Задергала девушку медсестра.
-Таких уже не будет. - Тихо ответила Наталья железным, безликим голосом, поворачиваясь к Валентине. - Он был первым. И он был от него.
-Дурочка! Это был ребенок от человека, который тебя изнасиловал!
-Малыш не виноват.
-Господи, какая же ты дурочка. -Покачала головой Валентина и вышла из палаты.
Наташа еще долго лежала, закрыв глаза, то и дело, проваливаясь в полудрему. Днем приезжала Лера, которая привезла ей вещи и рассказала, что Змей дома, пьяный и жутко расстроенный. Наталья не понимала этого мужчину. Он вел себя очень странно. Она не понимала, зачем он женился на ней. Ребенок? Но ведь он знал, что его не будет. Наташа помнила выражение его глаз, когда он говорил ей про аборт. Она видела боль в них, и не понимала, почему он это делает.
Но, не смотря на это, Наташа думала о нем постоянно. Проклиная и ненавидя себя за это. Но она ничего не могла с собой поделать. Когда Наталья вспоминала о той ночи, страх липкими сетями окутывал ее. Когда же она вспоминала о его ласковых прикосновениях в их последнее совместное утро, в ней просыпалась нежность к этому мужчине, но стоило воспоминаниям вернуть ее в ту минуту, когда Змей вынес приговор их малышу, она начинала ненавидеть его всем своим существом. Она запуталась в себе. В своих чувствах. Наташа понимала, что ненависть, это единственное, что она должна испытывать к Змею, но как бы она не хотела, было еще что-то, надававшее девушке покоя.
Завтра она убежит. Навсегда уедет из этого города, где негде было скрыться от Змея. Она забудет о том, что было и начнет жизнь заново. С чистого листа. Без страха и боли.
Господи, как же болела голова. Виски, словно сдавленные тисками, пульсировали, увеличивая раздражение. В горле высохло, и отчаянно хотелось выпить. С отвращением посмотрев на, стоящую на столе, бутылку водки, Змей прошаркал босыми ногами в ванную комнату. Открыв кран, он начал с жадностью пить воду прямо из-под крана. Закрыв вентиль, он поднял голову. Из висевшего на стене зеркала, на него смотрел молодой мужчина. Лицо помятое, опухшее, заросшее щетиной. Красные глаза, как у наркомана, и кривая ухмылка на губах. Последний раз, он помнил себя таким, когда умерла Марина. Но сейчас...Сейчас его боль была острее. Он понимал, что сам убил своего ребенка, и навсегда потерял любимую девушку. Жену. Сжав ладонь в кулак, он с силой ударил по кафелю, стирая в кровь костяшки. Облокотившись ладонями о края раковины, Змей прислонился лбом к холодному стеклу. Прохлада на малую долю секунды принесла облегчение от головной боли.
Господи, он ведет себя как трусливый придурок. Заливая проблемы алкоголем, вместо того, чтобы решить их. Просто признаться. Сегодня. Сейчас. Он поедет в больницу и обо всем поговорит с Наташей. Объяснит ей свои действия и признается в своих чувствах. И совсем не важно, простит она его или нет, главное, что она будет знать правду, и тогда у него будет шанс. Шанс на попытку начать все с начала. Исправить все то, что он совершил. Змей знал, что это будет нелегко, но ведь за любовь стоит бороться. Иначе, зачем жить.
Чапа откинул телефонную трубку и с презрением посмотрел на Ольгу.
-Что, хотела надуть меня? Ни хрена у тебя не выйдет! Твой щенок приползет сюда как миленький, он ведь так любит свою мамочку.
-Зачем тебе это? Что он тебе сделал?
-Родился! -Сплюнул Чапа. - Ты тупая овца, я же говорил тебе сделать аборт, но нет, ты решила родить, да еще и родителям рассказала. Если бы не ты.
Чапа, замахнувшись, со всей силы ударил Ольгу по лицу, от чего та, не удержавшись, упала на колени.
-Правильно, там твое место. У меня в ногах. -Засмеялся он, смотря на дрожащую перед них женщину. Он снова занес руку для удара, но неожиданно зазвонивший телефон, его остановил.
-Да? Что? Где? Вот и славно. Вези ее ко мне, пора напомнить этой шалаве, кто она есть. -Ухмыльнулся Чапа. Положив сотовый в карман, он посмотрел на Ольгу. - Скоро у нас будут гости. Познакомишься с невестой твоего сыночка. Развлечемся, пока его нет.
Ольга испуганно смотрела на Чапу, понимая, о чем тот говорит.
-Не трогай девочку. Со мной делай, что хочешь, но ее не трогай. - Взмолилась она, припав к его ногам, не опасаясь получить очередного пинка.
-Девочку? -Усмехнулся Чапа. -Девочку? Да Роксана никогда не была девочкой, она родилась шлюхой, ей же и подохнет. Твой сосунок сошелся с проституткой! Слышишь?
Чапа опустился на корточки и рывком поднял лицо женщины, схватив за подбородок. Он пристально смотрел ей в глаза, наслаждаясь ее страхом, впитывая его в себя.
-Твой сынок снюхался с обыкновенной проституткой. Хоть и элитной. Так что не такой уж он и ангелочек.
-Еще бы с таким отцом. -Не удержавшись, еле слышно прошептала Ольга. Но он услышал. Она поняла это по загоревшейся ярости в его глазах. Как и поняла то, что с этой секунды для нее наступил ад.
-С*ка! - Сплюнул Чапа и, схватив женщину за волосы, потянул вниз. - Расслабилась? Забыла, как с мужиком обращаться надо? Кто хозяин твоей гребанной жизни? Ничего, сейчас напомним.
Поднявшись на ноги, он потащил Ольгу за собой, так и не выпуская из кулака ее волосы, и хотя та пыталась сопротивляться, мужчина был сильнее, да и любые попытки высвободиться причиняли дикую боль. Дотащив Ольгу до комнаты, Чапа толкнул ее на пушистый ковер, который женщине подарил Чеслав, получив первую зарплату за летнюю подработку. Сейчас же он казался женщине чем-то вроде смертного одра, алтаря, на котором демоны приносят жертвоприношения. И этим демоном был Чапа, а она выступала в роли жертвы.
-Раздевайся. - Спокойным голосом сказал ей Чапа. Ольга слабо и неуверенно отрицательно замотала головой, не поднимая на него глаз. - Кому сказал! - Спокойный тон превратился в железный и холодный приказ. Ольга сидела тихо и не шевелилась.
-Тупая овца! - Рыкнул Чапа и подошел к ней. Одним движением он сорвал с нее тоненькую кофту, презрительно ухмыльнувшись. -Дальше сама, или мне продолжить свои дизайнерские начинания?
Женщина неуверенно поднялась и дрожащими руками сняла с себя юбку. Стоя перед бывшим мужем в одном нижнем белье, она чувствовала себя ужасно. Хотелось прикрыться, хотя бы руками, но она знала, что так будет только хуже. Чапа с минуту разглядывал ее, словно сканируя взглядом и решая, что же с ней делать. В следующую секунду его лицо озарила довольная улыбка, и он вышел из комнаты, бросив:
-Стоять!
Короткая команда, невыполнение которой может стоить ей жизни. Ольга напряженно замерла, моля Бога о быстрой смерти. Нет, не сейчас. Она еще должна спасти своего сына и защитить его девушку. Смерть будет ей наградой за то, что ей придется вытерпеть сейчас.
Через пару минут вернулся Чапа. В руках он держал новую бельевую веревку, которую Ольга купила, чтобы развешивать белье на балконе.
-А ты, смотрю, как знала, что я вернусь. Подготовилась. - Ухмыльнулся он, размахивая веревкой перед ней. - Ложись.
Ольга на секунду закрыла глаза, проглотив, застрявший в горле комок слез. Главное не заплакать. Не сорваться. Не просить и не умолять. Она должна все выдержать. Она сильная, сможет. Пусть он наиграется с ней, а детей оставит в покое. Господи, дай только силы. Она должна терпеть. Пока должна.
Глава 18
Наташу разбудило громкое урчание ее собственного желудка. Девушка усмехнулась. Какой день она уже не ела? Второй? Третий? Да какая разница, если на душе такая тяжесть. Перевернувшись на другой бок, Наташа притянула коленки к груди, словно таким образом пытаясь утихомирить желудок. Но тот, не внял этим попыткам и снова заурчал.
-Вот ведь.
Наташа опустила ноги с кушетки, и неуверенно поднялась. Ее тут же повело в сторону, так как от голода и стресса организм полностью истощил свои ресурсы. Оперевшись рукой о спинку кушетки, она закрыла глаза и глубоко вздохнула. Главное не делать резких движений. Нужно просто дойти до двери и позвать Валентину. Просто дойти. Вот так. Еще шажок. Другой.
Открыв дверь, она неуверенно вышла в коридор, опираясь рукой о стенку. До поста медсестры, находящегося в конце коридора, ей было не дойти. Голова кружилась нещадно, в горле пересохло так, что, попытавшись позвать Валю, у нее получился лишь жалкий хрип. Снова закрыв глаза, Наташа плавно осела на пол, понимая, что ноги ее больше не удержат.
-Господи, Талка, почему ты сидишь на полу! - Воскликнула подбежавшая к ней Валя.
-Искала. Тебя. - Прохрипела Наташа, поднимаясь с помощью девушки.
-Зачем? Что- то случилось? Болит что?
-Есть хочется.
-Слава Богу!!! Давай ты посидишь у себя, а я быстренько что-нибудь придумаю.
Через десять минут Наташа с удовольствием поглощала горячий суп, наслаждаясь его вкусом.
-Спасибо тебе, Валюша.
-Да было б за что. - Улыбнулась в ответ та. - Ты давай ешь, умывайся, переодевайся и это, собирайся. Брат приехал уже. До обхода б успеть надо, иначе весь план насмарку будет. Я слышала, как доктор Юзин со Змеем разговаривал, мол, выписал тебя, забирать можно. Тот, небось, уже мчится сюда уже.
Наташа замерла. Рука, державшая ложку, задрожала и ей пришлось положить ее в тарелку и поставить ту на тумбочку. Ничего не говоря Вале, она соскочила с кушетки и принялась судорожно переодеваться.
-Ты чего, чумная, творишь? Поешь сначала.
-Некогда. Если Он уже знает, значит, скоро будет здесь. Я должна, понимаешь, должна уехать отсюда. Сегодня. Сейчас.
Валентина только покачала головой и, взяв тарелку, вышла из палаты со словами:
-Зайду через пять минут.
-Так, вот твои документы и деньги на первое время.
-Валь, не надо...
-Бери, кому говорю! Ты на что жить там собралась? Хлеб бесплатно не дают, его тоже за бумажки покупать надо.
-Валюша, господи, чтобы я без тебя делала. -Не удержалась от слез Наталья, крепко обнимая медсестру.
-Так, давай без слез. Я к тебе в выходные приеду. Ты главное не раскисай. Все будет хорошо, Талка! Все будет хорошо!
Молодой мужчина, на вид тридцать с небольшим лет, очень похож на Валентину, аккуратно вел машину. Несколько раз он бросал задумчивый взгляд на Наташу, но разговор не заводил, за что та была ему безмерно благодарна. Сейчас ей было не до разговоров. Она смотрела на мелькавшие за окном пейзажи и молила бога, чтобы у них все получилось.