V
Юнги вернулся под вечер домой, так как были ужасные пробки.
– Ты где, блин, был?!, – возмущённо сказал Юнна, встретившая своего мужа у входа в дом.
– Разве тебя это ебёт!? – Мин был раздражён, ведь у него до сих пор проблема в штанах.
– Да! – вздёрнув нос, ответила жена. – Мне пришлось самой провожать родителей и извиняться за такое поведение своего мужа.
– Фиктивного мужа! – гаркнул на омегу Юнги, попутно раздеваясь.
– Да какая разница! – повысила голос и омега.
– Всё, отвали! – проходя мимо своей жены и слегка задева её своим плечом, сказал альфа. – Я не обязан перед тобой отчитываться, как и ты, – напоследок произнёс Мин, а затем ушёл в свою комнату.
Юнги глубоко выдохнул, а затем плюхнулся на кровать, запуская руку к себе в штаны.
«Мм он так сладко пахнет,» – вспоминает Мин, проводя по своему органу.
Фантазия альфы пошла в разнос. И вскоре он усердно помогал себе рукой, мыча в подушку. Через некоторое время таких махинаций он кончает, а после спокойно идёт в душ, чтобы освежиться.
Что же ты делаешь со мной, Чимка? – произносит в пустоту Мин, стоя под тёплыми каплями воды в душевой.
Вскоре Мин ложиться спать, ведь завтра ему ещё на работу вставать.
Он слегка не высыпается за ночь, из-за волнение за Пака, поэтому решает, что ничего страшного не случится, если задержится дома на часик. Всё же он сам себе начальник. Но какого его было удивление, когда в доме появился милашка Чимин.
– Ты какого фига тут забыл?! – Юнги, стоящий в деловом костюме, вытаращился на пришедшего к ним Пака.
– Ну я... работать, – робко ответил омежка.
– Какое блять, работать у тебя же течка, – удивляясь услышанному, сказал Мин.
Чимин тут же замялся, ведь он вообще рассчитывал, что они разминуться с альфой. Другой же лишь стал принюхиваться, понимая, что другой принял подавители.
– Я же вроде серьёзно дал понять, чтобы ты эту дрянь не пил! – сердился на младшего Юнги.
– Но я должен раб... – промямлил Пак, стоя с опущенной головой.
– Ай, делай что хочешь! – обижается Юнги, хватая пальто и покидает свой дом.
Он ведь заботиться об этом чудушке, а тот всё делает поперёк. Старший решает забить на всё и сосредотачивается лишь на работе. Чимин же понимает, что явно задел альфу, но решает, что потом всё ему объяснит и извиниться за принесённые им неудобства. А пока есть силы приступает к уборке всего особняка. Юнна как не странно тоже вскоре покидает дом, чуть ли не вслед за своим мужем. Паку это показалось странным, но он решил не забивать этим свою головушку.
Ближе к вечеру он приготовил ужин, но он понимал, что действие таблеток уже на исходе. Поэтому Чимин решает уйти, предупредив об этом хотя-бы охрану, ведь обоих хозяев до сих пор не было в доме.
И вот он уже снял фартук и ополоснул руки, оставалось лишь надеть ботинки с курткой, но по пути живот резко потянуло, и он невольно поростонал от неприятных ощущений.
«Так спокойно, у меня где-то ещё были таблетки,» – рассуждает Чимин.
Порыскав у себя по карманам, он находит нужное. Чимин быстро закидывает одну таблетку к себе в рот, а затем выпрямляется и встречается с убийствинным взглядом альфы.
– Выплюнул живо, – командует Мин, смотря в глаза омежки.
Чимин почему-то бессловно подчиняется и выплёвывает таблетку на протянутую к нему ладонь старшего.
– Пачку, – серьёзно говорит Юнги, не сводя глаз с омеги.
Младшему снова приходится подчиниться и отдать блокаторы. Забрав нужное, Юнги уходит на кухню, где всё это выбрасывает. До Пака только спустя время доходит то, что он натворил.
«Зачем я их ему отдал?» – думает Чимин, прибегая на кухню вслед за старшим. – Юнги, зачем вы их выкинули!?
– Я сказал их не пить, а ты что!? – скестив на груди руки, недовольно говорит Мин.
– Но как бы я пошёл на работу!? – возмущается омега.
– Взял бы блять, отгул!! – уже кричит на младшего Юнги.
– Я не мог... мне нужны деньги, – печально говорит Пак, понурив голову.
Чимин и правда живёт, сводя концы с концами. Ведь надо платить за дом и нормально питаться, а это не маленькие деньги в наше время. Для него каждая копейка нужна.
Альфа вдруг всё осознаёт и мысленно даёт себе подзатыльник за то, что сумел накричать на бедного парнишку.
– Ну это... Ты ведь колечишь этим своё здоровье, – уже спокойным голосом произнёс Мин.
– Я знаю, – говорит Пак, шмыгая своим носиком.
– Так нельзя делать, – сказал Мин. – Твои деньги потом просто будут уходить на собственное лечение.
На эти слова младший ничего не ответил, а лишь стал теребить край своей кофты, продолжая стоять с опущенной головой. Мину стало жалко парнишку, и он тут же подошёл к нему, обняв. Другой на такие действия вначале вздрогнул, а после ответил взаимностью.