Глава 2 - Самостоятельная жизнь
Я, греясь под лучами теплого солнца, с издевкой смотрю на Тэноку, который злится и не может подойти ко мне.
— Ахахах! АХАХААХАХА!
Мне так смешно. И за его глупейшей ошибки, мимолетного замедления, я смог от него сбежать. А на свет он выходить не может, сам говорил. Я поднял руки вверх и заорал:
— ДАААААААААА!
Все, Тэнока, прощай. Хоть люди — еда для демонов, они не хотят ей быть. А я не хочу испытывать боль. И к тому же — я видел слишком много банальных смертей. Это скучно и невесело. Я хочу умереть ярко! Но сперва надо уйти подальше отсюда.
— Эх… Тэнока. Мы так долго были вместе… Прости, что больше не буду кормить тебя своим мясом.
— Хмф. Вали уже давай, мне и так уже оно надоело.
Да… Как сложно расставаться с любящим тебя человеком… Демоном то есть. На сердце как-то тяжело. Я вытер слезинку с глаза, шмыгнул носом, повернулся и пошел. Надо. Хоть как бы я к нему не привык и привязался. Разве нужно мне туда возвращаться? Но у него же не будет моего мяса… Нет-нет-нет, Казума, ты туда не пойдешь. Люди взрослеют и уходят. Мы тоже должны уйти.
Я повернулся и пошел навстречу восходящего солнца.
***
—Три часа спустя—
Я вот тут подумал: «а где это я?». Но не узнал ни названия местности, ни той деревни, где я жил раньше. Деревня развалилась и заросла. А я-то думал, почему в последнее время Тэноку никого, кроме демонов, не ловил, а лишь питался мной? Он, видимо, съел всех жителей деревни, и довольно давно.
Чертово солнце. Я прямо чувствую, как меня сушит. Но надо уйти как можно дальше, и желательно по речке, дабы запах сбить. Я долго не мог решиться так поступить, ведь это означало лишить себя даже шанса на встречу с Тэнокой. Но, переборов себя, все-таки ступил в освежающую весеннюю воду и побрел вдоль нее по течению. Мне очень тяжело. Непривычно быть одному.
Так угнетает.
***
—Вечером этого же дня—
Кажется, я понял, в чем минус самостоятельной жизни. Еду тебе никто не принесет готовой — потрудись самому ее добыть. Да вот только как? Я же никогда не делал такого. Придется есть, что найду. Я-то сейчас в лесу, а здесь должна быть живность.
Глубоко вдохнув, я сосредоточился на своих ощущениях. У меня может получиться найти живых существ поблизости и определить их опасность. Это я понял уже очень давно. Некое странное чутье, что говорит «Беги! Прячься!», или «Убей! Съешь!». При приближении Тэноки я так сильно это ощущал, что теперь без проблем могу это повторить.
Я выдохнул. И почувствовал слабое присутствие трех «жертв» и одного «хищника». А вот и еда. Может, там будет даже кто-нибудь вкусный!
Поддерживая ритм этих странных вдохов и выдохов, которые помогали мне лучше чувствовать существ, я бросился в том направлении. Через несколько секунд прибыл и был сильно разочарован — там были только птицы, защищающие гнездо от змеи. Я помню, что змеи сильно опасны из-за своего яда. Так мне раньше мама говорила. Но раз она кажется какой-то безобидной, то, скорее всего, неядовитая.
Змея так сильно увлеклась пожиранием яиц, что не успела даже заметить тот момент, когда я ударил ее камнем по голове — черепушка ведь у нее довольно крепкая, не то что деревянные петли на двери комнаты, где я был заперт. Голова размозжилась с одного удара — как-то подозрительно легко. В итоге я съел и змею, и яйца, и даже птицу, хоть это была противнейшая пища из всего того, что я ел.
Так, питаясь подножным кормом и постоянно думая о нормальной еде, которую давал Тэнока, я постоянно продвигался вперед. Днем спал в лесу — я мог проснуться от малейшей опасности и мгновенно отреагировать, так что не беспокоился. Да и Тэнока говорил, что я не пахну. Может быть, это даже и правда. На меня никто не нападал.
***
—Спустя три дня—
Я довольно быстро приспособился к новому образу жизни. Встаем, определяем, куда заходит солнце и двигаемся в обратном направлении. То есть на восток.
И куда-то я все-таки вышел. К домику посреди леса, мимо которого шла дорога. Я же вышел из чащи и теперь задумчиво смотрел на эту вытоптанную тропу. Может, пойти по ней? Кстати, а от домика ведь несет кровью. Неужели там нормальная еда, наконец-то?
Вдохнув воздух странным образом, определил, что внутри есть двое. Демон и полуживой человек. Я еще не сражался с обычными демонами, только с теми, которые мне приносил Тэнока. А вряд ли он стал бы утруждаться на этот счет. Так что у меня в груди поднялось волнение. Это будет мой второй раз, когда я самостоятельно что-то решаю! Первый был тогда, когда я вонзил себе нож в живот. Это была плохая идея, надо было сразу в сердце или голову — чтобы наверняка. А то вот ошибся и приходится жить, вместо того, чтобы покоиться кучкой костей. Теперь-то я знаю, что это такое — страх перед самоубийством, и больше его не желаю испытывать.
Стучусь в дверь дома. Я же культурный человек?
Чавкающие звуки, что раздавались изнутри, прекратились, послышался стук шагов и дверь открыл демон. Раз в десять или больше слабее Тэноку, если судить по опасности, исходящей от него.
Из окровавленного рта послышалось какое-то хрипение и потом последовал голос:
— Человек?
— Не ждали? А мы к вам! Едой не поделишься? — мне не нужен чужой начатый труп, это немного противно — все-таки слюни совершенно незнакомого демона — но повод для ссоры нужен.
И демон отреагировал так, как я и предполагал.
— Он мой! — и замахнулся кулаком.
Какой простой демон. Уклоняюсь от удара, перехватываю руку и, используя импульс самого демона, кидаю его на пол через свою спину. Ха, идеально! Теперь он попытается встать…
Нет. Он, лежа, пнул меня ногой и я отлетел в соседнее дерево, ударившись позвоночником. Из легких весь воздух выбило. Не могу дышать. Демон уже встал и бежит сюда. Ничего не могу придумать. Уклоняюсь от его удара правой рукой и собираюсь провести контратаку, но мои мысли неожиданно прерывает удар его второй рукой в мою голову. У меня чуть череп не треснул.
Демон, прижав к дереву, продолжил избивать мою тушку. Кажется, мне конец. Ну, ярко умереть не получилось… Жаль…
— Ах-ха-ха! — от сильной боли я засмеялся. Демон удивился и замешкался, а я этим воспользовался и впился зубами в его шею. Наконец-то! Впервые за три дня нормальная еда!
— Ар-р-ргх!
Я поспешно прокусил плоть, проглотил, и снова укусил. Демон когтями пробил дыру и меня в животе и я ему за это отомстил, вырвав зубами позвонок из шеи. Потом я отгрыз его голову от тела и поедал всю плоть, что он пытался регенерировать. Я еще недоумевал — как может говорить голова, отделенная от легких? Да легко, как видимо. И руку из головы отрастить — тоже не было чем-то странным. Надо было следить, чтобы он не смог вырваться. До рассвета еще час, потом посмотрю, как действует солнце на демонов.
***
А солнце на демонов действует довольно эффектно. Как только первые лучи рассвета коснулись демонической плоти, она начала сгорать даже легче бумаги, хотя и без пламени. Больше было похоже на сверхбыстрое тление. За секунду все было закончено, и демон орал от боли, прежде чем отойти в небытие. Я ему улыбнулся. Он познал малую часть того, что чувствовал я, так что я понимаю его.
Я поймал солнечный луч на свою ладонь. Тэнока вроде говорил, что я не человек? Врал он все. Я самый обычный человек. Вот, я даже не сгораю под лучами солнца.
В это время я не замечал, как на моей второй руке постепенно успокаивались вздутые вены и когти на концах пальцев превращались обратно в ногти. Дыхание сбилось от странного размеренного, которое я поддерживал неосознанно все это время, до обычного. Тело расслабилось.
***
В итоге я, наевшись, пошел по дороге. Ведь там, где дороги — там и люди, а где люди — там и демоны. А я очень хочу снова попробовать рис. Просто рис. Я ведь так давно не ел его!
Дорога вела на гору. Там стояло старое здание храма, и я, чтобы не жарится под солнцем, решил переждать там.
Внутри было пусто, чисто и пахло приятно, к моему удивлению. Я бы здесь даже поселился бы…
Развалившись на проходе, я заснул.
***
-Братик! Здесь нельзя спать! — разбудил меня детский голос. Я удивленно посмотрел на его источник и увидел там пятилетнего мальца. Откуда в глуши ребенок?
— И, братик, почему ты голый?
— В смысле? Одежда быстро рвется и изнашивается, так не лучше ли будет вообще ее не носить? И почему я «братик»?
— Я не знаю твое имя, поэтому называю так!
— Можешь звать меня Казума.
— Хорошо! А я Кито!
— Ладно, Кито, я хочу поспать.
— Идем, ты можешь поспать на моей кровати!
— Там же не солнечно? — на всякий случай уточнил я.
— А ты боишься солнца?
— Оно слишком яркое. Я больше ночью люблю ходить.
— Брати… Казума! Ночью же много демонов!
Сон как рукой сняло. Кто-то сказал «еда»?
— Да? И почему тогда вы здесь живете, в лесу?
— Папа сказал, что демоны сюда не придут. И ушел в лес, но почему-то не вернулся…
— Скорее всего, его съели — пожал я плечами.
— Н-нет! Папу не могли съесть!
— Могли, конечно.
— Нет!
Вот еще, с ребенком спорить. О, а тот труп в доме, который неподалеку, может это его отец?
— Кито, а твой папа с коричневыми волосами, и тремя старыми шрамами от когтей на лбу?
— Ты видел его?! Где?!
Я усмехнулся. Все-таки я прав.
— Его недавно демон ел, я видел.
Глаза ребенка расширились от ужаса, и он начал бормотать нечто несвязное:
— Нет, нет, не может быть… Папа…
Я досадливо цокнул и перевернулся на другой бок. Люди, которых приносил мне Тенору, тоже постоянно что-то там бормотали или истерили, и поэтому я съедал их сразу, а не хранил до того времени, пока проголодаюсь. Они сильно меня раздражали. Но теперь я сытый, и есть не хочу, так что оставлю его поплакать.
***
Проснулся я от ощущения присутствия демона рядом. Была уже ночь, и луна отдавала красным. Около алтаря храма курились несколько палочек благовоний и мерцали несколько огоньков свечек. Я подобрался к ним поближе и завороженно смотрел. Это так красиво…
Демон был где-то за храмом и я решил пока наплевать на него, и подольше посмотреть на танец пламени. Дымок, полумрак, таинственное освещение — все так и располагало к тому, чтобы встать на колени, сложить ладони вместе и помолиться.
Я так и сделал. Но не знал, как надо молиться и кому, поэтому просто равномерно вдыхал и выдыхал, расслабляясь. Я даже почувствовал себя каким-то духовно очищенным, что-ли.
Однако все в этом мире имеет начало и конец. В моем случае — демон учуял Кито, который беззаботно спал. Нельзя было ему поступать так необдуманно. Теперь пусть пожинает плоды.
Он спал в соседнем от святилища помещении., поэтому демон, когда заходил к нам, не видел меня. Ну, пора за едой.
Я встал, потянулся и наполнился удовлетворением — мне не надо будет искать демонов по всем этим чащам, один из них сам сюда пришел. Но я помню, как меня чуть не убил «слабый» демон. Поэтому я подготовлюсь.
Во дворе я еще утром видел веревку. Так что план таков: нападаю сзади, пока он будет занят мальчишкой, оглушаю и связываю. Как правильно связывать я знал на собственном опыте. Тэнока, после того, как я смог освободится от подобия кандалов, связывал меня цепями.
Выхожу во двор, нахожу там веревку и увесистый камень и крадусь туда, где сейчас демон. Тот уже подобрался вплотную к спящему мальчишке и вонзил когти в живот.
— Аа-а-акх… бвха-ах… — тот резко открыл глаза и закричал, но кровь мешала ему выдыхать воздух, поэтому получился не крик, а бульканье.
Приближаюсь ближе и резко ударяю камнем демона по голове, вложив все силы в удар. Демон дезориентирован. Приложив его еще пару раз, быстро и качественно связываю его. Умирающий мальчик хрипит рядом.
— Покойся с миром — произношу я, когда понимаю, что он умер. Смерть — самое важное в жизни, и к ней надо готовиться. Поэтому тех, кто уже умер, я считаю завершенными.
Однако мальчик, оказывается, не умер. Он внезапно открыл глаза, которые я ему закрыл ранее, и прошептал мне:
— Пожалуйста… Убей демонов… Отомсти… И оденься… — на последнем слове его взор остекленел, а я улыбнулся. Последнюю волю умершего надо чтить. Ведь он отходил уже в объятия смерти и вернулся ненадолго только чтобы передать мне частичку своей воли.
— Я с уважением выполню твою посмертную просьбу, — обратился я к трупу и закрыл ему глаза.
На этот раз они уже не откроются. А мне теперь есть чем заняться.
Очищу-ка я эту местность от демонов.
***
Мальчик сказал «Убей», значит, надо убить, а не съесть. А так хочется…
Одевшись в оборванную хламиду, как мне и завещал мальчишка, я досадливо цокнул. Неудобно.
Терпи, Казума, предсмертную волю надо выполнить, если уж взялся. Я с сожалением посмотрел на связанного демона, бывшего без сознания, отбил ему голову заостренным камнем и прибил ее к земле двумя длинными деревянными кольями, пронзив его голову через глазницы. Что меня будет всегда удивлять, так это то, что он даже в такой ситуации мог что-то орать. Хотя колья явно повредили мозг. Мистика.
Солнце взойдет и спалит этого демона. А я пока пойду охотиться на других.
***
Через два часа, я, наконец, обнаружил демона. А заодно и деревню с людьми. Тут было так много присутствий, что мне казалось, что я прикоснулся к венам всех людей одновременно и чувствую эти равномерные уханья крови по ним. Это было очень дискомфортно. Поэтому я перестал реагировать на это, оттеснив на второй план. Зато теперь я ощущал несколько недоуменно-настороженных взглядов и мне становилось неуютно. И игнорировать это получалось уже с трудом.
Я шел туда, где заметил то демоническое присутствие. И это было где-то в центре деревни, к моему удивлению. Подойдя поближе к опрятному домику в традиционном стиле, прислушался к какофонии внутренних ощущений и понял — демон тут. И не один, а сразу трое. Лезть к ним будет чистым самоубийством — у меня будет идея получше. Выкурю их. Благо ничьих взглядов на себе я не чувствую, а трут с огнивом у меня остались от почившего мальчика.
Вот угол с сеном или чем-то подобным. Отсюда хорошо разгорится.
Высекаю искру на трут. Поджечь его получается не сразу, поэтому повторяю несколько раз эту процедуру.
Трут вспыхнул и я подложил его под эту кучу сухой травы.
Сгорите.
Когда дом занялся пламенем уже на четверть, то демоны внутри забеспокоились, а еще со всей деревни сбежались люди. Крики, вопли, звоны, а демоны все боятся выйти. Это ясно — хоть они и сильнее как два-три человека, но против толпы они не смогут управиться, и поэтому, когда они собирались тихо улизнуть с другой стороны, незаметной, я заорал, указывая на них пальцем:
— Демоны! Они подожгли дом!
Никто и не видел их до того момента, как я крикнул, но после моего возгласа демоны решили, что их заметили, и перестали скрываться, рванув напролом.
Толпа заметила демонов, когда те еще не выбежали из окружения людей, и поэтому началась свалка. Кто-то убегал, кто-то наоборот, геройствовал, наседая на них с палками или ножами, а мне все это было на руку. Я примерно понял, куда они бежали, и незаметно исчез из толпы, намереваясь перехватить их там, где они потом пробегут.
***
Все. Сижу в кустах. Вроде рядом проходит незаметная тропинка, через которую я протянул веревку — здесь они и должны пробежать, когда управятся с проблемами. Шум и крики там, в деревне, не затихали, а наоборот, сменились торжествующими возгласами. Неужели они смогли как-то убить демонов?
Но нет. Слышу топот. Бежит один демон. Силами мы примерно равны, это если судить по этому эфемерному «присутствию». Вот он уже в метре от того места, где сижу я.
Натягиваю веревку. Демон спотыкается об нее, падает на землю и я сразу же начинаю бить камнем по его шее. Он орет, а я лишь усмехаюсь и молча продолжаю ударять.
Все, шея перебита. Я беру голову демона с собой, бегу, и стараюсь не обращать внимание на то, что тот прямо из шеи отрастил себе две руки и пытается высвободиться. Заблокировал их движения, скрутив вместе.
Прибежав на то место, где к земле была кольями прибита голова, начал так же делать и со второй, рукастой. Сзади себя почувствовал человека, но мне сейчас не до него, надо прибить демона так, чтобы тот не смог высвободиться.
Через полминуты я с этим закончил и теперь любовался на этот прекрасный вид двух орущих демонических голов.
— Фух…
Я пошел в храм, и сложил ладони над мертвым мальчиком:
— Ты и твой отец отомщены. Спите спокойно.
Немного посидел так около него.
Все, когда эти демоны умрут, я наконец-таки не буду обязан убивать демонов, вместо того, чтобы есть. Но надо разобраться еще с одним делом.
— Зачем ты смотришь на меня? — произнес я, не оборачиваясь.
Я прямо чувствовал его пристальный взгляд мне в затылок. Это немного раздражало.
— А ты, как я погляжу, уже привык иметь дела с демонами.
— Ты даже не представляешь, насколько прав.
— Напоминаешь мне меня самого…
— Хм? — я обернулся и осмотрел говорившего.
Там стоял молодой человек с растрепанными серыми волосами, несколькими шрамами на лице, одетый в светлую хаори(верхняя японская одежда), с немного безумным взглядом и катаной у пояса. Он посмотрел на меня и представился хрипловатым тоном, что делало его голос весьма внушительным и немного хамским:
— Я Санеми Шинадзугава.
— Казума Охаёми.
Тот тоже немного качнул головой, имитируя поклон и спросил:
— Ты когда-нибудь слышал об Охотниках на демонов?
——————————————————
2779 слов