XVIII
Площадка, отдалённая от городской суеты, укрывала группировку от чужих глаз. В обычной жизни все называли это место Прилесным, и логика была предельно ясна. Девушки напряженно ждали оппонентов, а парни все время оглядывались, в поисках чужих.
Вдруг недалеко зарычали моторы. Приехали. Молча Универсам приблизился к Совам, чтобы находиться ближе.
Михась и Жёлтый приближались без единого проявления страха или волнения. За ними появились другие люди, видимо, подчинённые Домбыта и Солнцевских. Сердце в груди Искры начинало биться сильнее, однако за ее спиной стоял Валера, так что было совсем чуточку спокойнее.
- Ну что, Вадим, тебе кто из них нужен? - мерзко улыбнувшись, произнес старший московских.
- Меня интересует только универсамовская девчонка, остальных можешь оставить себе - кивнул Желтухин головой.
Нечаева вдруг запаниковала, слыша это. Не каждый день встречаешься лицом к лицу со своим потенциальным убийцей. В этом было что-то до жути пугающее, а от взгляда мужчины пробегал холодок по спине.
- Да... Казанских голов в моей карьере еще не было - усмехнулся Михась и приготовился к бою.
- Ну что, Зажигалка, шавки твои готовы? Или только гавкать и могут? - посмеялся Вадим.
Искра не ответила, только еще больше нахмурила брови и встала в стойку. За ней повторили и остальные. К бою были готовы. Вместе сейчас, через года, навсегда.
- Вперед! - громко скомандовал Сергей, и объединение Солнцевских и Домбыта двинулось на ребят.
А друзья тем временем не теряли драгоценные секунды. Они тоже успели кинуться навстречу противникам с ножами и палками со вбитыми гвоздями. Посреди площадки образовалось адское мессиво, повсюду оставались брызги крови. Все сражались попарно. Вышло удачно, что их было одинаковое количество человек, и даже удивительно, что Домбыт решил играть по совести.
Крики и визги слышались со всех сторон, откуда не подойди. Совы ловко дрались с Солнцевскими, разрезая своими острыми ножами их кожу, но до конца не убивая. Противники же использовали кулаки, уворачиваться от которых стало тяжёлой задачей. Марише то и дело попадало то в лицо, то в живот, но и двигалась она так же резко, как и до ударов. Сразу видно - натренированная.
Кащей и Адидас находились в схватке с домбытовскими, героически идя до конца. Их соперники выглядели достаточно слабыми, если не мышцами, то хотя бы силой духа. И это точно подкупало сознание обоих универсамовских мужчин. Они должны были выстоять в этой борьбе.
Оля с Кристиной дрались против Михася и его приспешника. Вырубив второго, они смело перескакивали через парня, чтобы облапошить авторитета. Свалив Сергея и поняв, что он без сознания, девушки поднялись и кивнули друг другу, будто в знак благодарности за проделанную работу.
Искра взяла на себя какого-то парня из Домбыта. Она видела его в Казани неподалеку от офиса, куда устраивалась на работу. Но сейчас, когда его озлобленное лицо было ближе, она вдруг вспоминала, что видела его и до этого. Пять лет назад он, видимо, только пришел в группировку, был совсем молодым. А сейчас он тут, и он пытается её убить.
Сжав губы, Нечаева с новой силой накинулась на Колика, ей казалось, что звали его именно так, чтобы добить. Однако парень оказался сильнее, и ее нападение с треском провалилось. Именно это наталкивало девушку на идею пытаться снова и снова.
Желтый стоял лицом к лицу с Турбо. Сейчас он должен был устранить этого "защитника", чтобы без преград добраться до Искры. Время шло, многие уже лежали без сознания, а они только собирались столкнуться в битве.
Первым напал Валера. Горящую ярость в его глазах, кажется, можно было заметить из космоса.
- Смирись, Турбо, она принадлежит мне. Я должен ее убить! - Туркину думалось, что Вадим давно свихнулся от этого навязчивого желания отомстить за все беды. Да и кому? Хрупкой девушке, которой было семнадцать?
- Я никогда не дам тебе лишить ее жизни, понял? - за этими словами последовал первый удар, потом второй, и третий...
Оба жутко вымотались, катаясь по окровавленному снегу и калеча друг друга. Но тут Вадим схватил деревянное бревно, лежащее рядом. Видно, выпало из рук обессиленного человека. Желтый уже даже не различал, чья это была вещь. Главное, что была в руках. Он со всей силы впечатал деревяшку в голову Валеры. Тот упал без сознания.
Встав со снега и отряхнувшись, старший Домбыта увидел, как Прилесное наполнилось кровью и телами, а Зажигалка только что добила своего соперника. Пока девушка ошарашенно смотрела на потерю людей, Вадим тихо подошел сзади и схватил Нечаеву за шею, приставив нож к горлу.
- Ну что? Вот мы снова вдвоем, как и пять лет назад - мужчина уже мысленно праздновал свою победу
- Лучше бы не виделись - огрызнулась Искра, на что лезвие слегка вонзилось в ее кожу. Таким способом Желтухин дал ей понять: не перечь, иначе убью.
Девушка почувствовала, как по шее стекает струйка крови, ей стало не по себе. Паника сегодня работала совершенно не на руку Нечаевой. Она попробовала руками хотя бы на миллиметр отдалить от шеи ладонь с оружием, однако сила Жёлтого была слишком велика.
- Ну же, не дергайся. Я все равно закончу то, что начал пять лет назад. - прохрипел мужчина.
Искра не могла вымолвить и слова. Шокированная, она бегала глазами по площадке и искала возможную помощь, но не могла найти никого подходящего. Кто-то слабо дергался на снегу, кто-то не двигался вовсе.
Поняв, что осмотром местности делает себе только хуже и не оставляет никаких надежд, Зажигалка закрыла глаза. Вместо ожидаемой темноты возникли яркие картинки прошлого.
Вот она с Маратом и Вовой веселится в гостиной их квартиры. Младший Суворов криво играет на фортепиано ноты, которые, как он сказал, показал ему друг Андрей. В то же время Адидас с девушкой сделали из двух швабр микрофоны и громко пели песню, посмеиваясь в перерывах.
Следующей картиной был Валера. Он стоял перед Домом Культуры и ждал, пока из него выйдет девушка. Он скуривал в тот день уже, казалось, сотую сигарету. Поэтому Искра резким движением руки отобрала табак и закурила сама. Они о чем-то говорили, наблюдая за ночным небом, а дальше следовали долгий взгляд друг на друга и долгожданный поцелуй. Это был их первый поцелуй.
И первое мая в качалке тоже возникло в ее памяти. Последний, жаркий месяц весны и учёбы. С одной стороны стоял Туркин, обнимая Искру за талию. С другой, Адидас явно затирал о чем-то важном. С поднятыми рюмками стояли все, внимательно слушая одного из старших. В какой-то момент прозвучало "Мир! Труд! Май!", после чего вся группировка начала громко кричать и свистеть. В тот вечер звон рюмок практически не затихал. Впереди Нечаеву должно было ждать счастливое будущее с Валерой. Они много планировали, думали обо всем слишком серьезно в свои семнадцать и восемнадцать лет.
Зажигалка резко распахнула глаза, желая понять, что все происходящее сейчас было одним большим кошмаром, и что она снова окажется в одной квартире с Турбо ранним, почти летним утром. Однако перед ней был только темный зимний лес, а боль в шее зажглась с новой силой.
Вадим медленно проводил лезвием по красной от мороза и боли шее, кровь стекала на одолженную куртку, но стыдно не становилось. И страшно уже тоже не было. Раз ей было суждено умереть пять лет назад, то, может, тогда вышла огромная ошибка? То, что она выжила, было ошибкой?
В момент, когда Искра уже окончательно смирилась со своей участью, она неожиданно смогла вдохнуть больше воздуха, а боль не пошла дальше, остановившись по середине. Хватка мужчины сзади ослабла, и он рухнул на землю.
Медленно обернувшись, она увидела перед собой Валеру, стоявшего из последних сил на полусогнутых ногах и державшего в руках окровавленный нож.
Увидев ее горло, Туркин оценил ситуацию и наскоро обмотал кожу тонким шарфом, чтобы кровь не продолжала течь дальше. Говорить Искра не могла, поэтому со слезами на глазах рухнула в объятия своего парня. Своего мужчины.
Кинув нож на снег, Турбо обхватил Нечаеву двумя руками за талию, но, боясь упасть, медленно опустился вслед за оружием, на снег. Сознание девушки в этот момент помутнилось, в глазах забегали черные пятна, а сердце колотилось с бешеной силой.
Глаза сами собой закрываются, унося девушку далеко, будто за пределы пространства и времени.
Валера же находился в сознании не больше нескольких минут. В далеке вдруг он разглядел свет, будто фары машины. Из последних сил Туркин закричал о помощи, надеясь, что его услышат. Это была его последняя надежда, иначе они бы замерзли здесь все до единого за долгую зимнюю ночь.
////
Как вам глава? Как думаете, что будет дальше?)
По дружески напоминаю про свой тгк "Лина авторствует"