Николь Браун.
Еще одна слеза, горячая и соленая, скатилась по моей щеке, оставляя за собой прохладный след. Руки тряслись так сильно, что я с трудом сжимала их в кулаки.
Покалывание в висках усилилось, перетекая в тупую, пульсирующую боль. Казалось, моя голова вот-вот расколется от нахлынувших чувств.
Мирэль бесшумно встала и направилась к выходу. Но, перед выходом она резко обернулась ко мне, и я тут же подняла на нее глаза.
—Я тебя хотела предупредить. Прости, что ты узнала такую новость. Прощай.
Я не смогла сдержать дрожь в голосе, когда произнесла:
—Подожди, Мирэль! — новая слеза скатилась по щеке.
Слова сорвались с языка, прежде чем я успела осознать, что я делаю. Но она уже остановилась в проеме, между выходом и раздевалкой, и в этот миг между нами повисло что-то тяжелое и недосказанное. Она повернулась ко мне корпусом.
—Что еще? — спросила она с легким раздражением, но в ее голосе звучала молчаливая печаль.
Сердце колотилось все сильнее, мои руки не переставали дрожать, а кровь, которая бурлила внутри меня, разжигало пламя. Пламя — ярости и злости. Никогда и подумать не могла, что близкие мне люди смогут такое скрывать от меня.
Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу. Ненавижу.
НЕНАВИЖУ!
—Как ты узнала об этом? — не торопясь встала я.
—Ты о чем? — ее голос прозвучал неуверенно.
—Кто тебе рассказал про это? Про смерть моего брата, и кто к ней причастен? Кто тебе это пропел, м? — я медленными шагами направлялась к Мирэль.
—Я не могу тебе это сказать. Это уже личное.
Я остановилась в двух шагах от нее. Как же вы меня все достали. За что же мне это все?
Я чувствовала, как по моим щекам текли горячие, пропитанные болью слезы.
Я задумалась над словами Мирэль. Не понимая, как ей можно ответить. Какие слова подобрать.
Из-за гнева и тревожности, которые только росли, я не могла полноценно думать. Мне мешал груз, который весел на моем сердце.
—Какие вы все жалкие, — прорычала я. —Все время пытаетесь что-то скрыть, лишь бы спасти свой зад.
—Что ты несешь?! — провопила она. — У тебя уже бред начался! Иди лучше домой.
—Я и без тебя разберусь, — прошипела я ей на ухо.
—И ты еще пожалеешь, что связалась с этим. Ты все скрываешь, но я все равно выясню правду. И тогда... тебе не поздоровится. — Закончила я.
Мирэль в страхе отшатнулась от меня и прижалась к стене спиной. Я чувствовала, как она пропитывается страхом. Я чувствовала это по ее дыханию, взгляду, телу. И это, как не странно, забавляло меня.
Девушка, которая как по мне, казалась, непробиваемой браней, а сейчас она стоит в углу и дрожит от страха.
Как же это смешно.
Они все трусы. Все до единого.
Чтоб вас всех...
Шикнув на Мирэль я вышла из раздевалки и побежала к выходу. Я не могла больше терпеть этого дерьма. Я просто не выдерживала. Я уже не могла. Мне так все надоело. Пошли они все к черту! Ненавижу их... Просто ненавижу...
Мои ноги стали ватными, переставлять их мне давалось с трудом. Поэтому я бежала с небольшими остановками, чтобы передохнуть. Когда я уже подбежала к треку, то увидела, как шесть парней едят по трассе. Да еще с такой огромной скоростью.
Черт, мне надо уходить отсюда. Повторяла я себе каждый раз, но снова переведя взгляд на трассу, не смогла устоять. Подойдя ближе я стала смотреть их гонку. Как же круто они друг друга подрезают, тем самым пытаясь помешать соперникам. Честно признать, меня это отвлекло, хоть и не полностью. Но слезы течь перестали, это точно. Вдруг стало тихо. Будто весь мир куда-то исчез.
О нет.
Снова этот вакуум, который появляется в не нужный момент.
Боль. Боль в голове. Уже сильнее, чем в прошлые разы. Намного. Мои глаза медленно закрываются, и я чувствую, что я вот-вот провалюсь в глубокий сон.
Все. Я падаю.
Почти упала, но теплые, нежные руки меня ловко подхватили.
Я распахнула глаза. Вакуум испарился, и я вновь услышала голоса людей, рев мотора, гул ветра, и просто звуки природы. Придя в нормальное состояние, я взглянула на человека, который меня поймал.
Твою мать.
Том.
Это был Том. Он с беспокойством смотрел на меня. И по нему было видно, что он уже в курсе того, что он сделал четыре года назад. Из-за нахлынувших воспоминаний я поморщила нос и зажмурила глаза. Только этого мне еще не хватало. Новую порцию слез? Нет уж, спасибо...
Мы минуту смотрели друг другу в глаза и прекрасно все понимали. Все рушилось по мелким кусочкам, от чего становилось все больнее, и больнее. Мое сердце ныло от тяжести, которая медленно спускалась вниз. Последовали мои жалкие всхлипы. Мне было больно. Черт... как же больно и тяжело. Неужели, то что сказала Мирэль правда? Я не верю... не верю, что мой любимый человек смог бы такое сделать.
Не верю я! Не верю...
—Отпусти меня..., — вымолвила я.
—Огневушка, милая моя, что с тобой случилось?
Ты. Сейчас. Серьезно?!
Что со мной случилось? А ты разве не знаешь, мой милый, любимый мальчик? Как у тебя язык поворачивается такое мне говорить?
Резко откинув его руки, я отошла на шаг назад. Нахмурив брови, я перевела взгляд на Нэнси и на Лу. Они испуганно смотрели на меня и ничего не говорили. Просто молчали. Вытерев подступающую слезу тыльной стороной ладони, мой взгляд вновь устремился к Тому.
—Николь, что тебе успел наговорить Ион? — аккуратно спросил бывший парень.
—В том-то и дело, что ничего. — С натянутой улыбкой ответила ему.
Они изумленно уставились на меня, изредка переглядываясь. Нэнси с Лу молчали, но Том, видимо, молчать не собирался. Он сделал шаг вперед, а я сделала шаг назад. Его брови сошлись на переносице, он понял, что подходить ко мне сейчас — бессмысленно. Коротко выдохнув, он виновато посмотрел в мои глаза.
—Огневушка, ты..., — он не успел договорить, как его перебил Ион:
—А что она? — ухмыльнулся он. — Она здесь не причем.
Ион встал рядом со мной, закрыв меня своим плечом. Том яростно взглянул на него, после чего грубо ответил ему:
—Свали отсюда, ублюдок.
—Воу, тихо-тихо, не кипятись.
—Тебе непонятно было сказано? Свали отсюда. — Процедил он сквозь зубы.
—Я, может, и уйду, — действовал он на нервы Тому. — А ты не хочешь, друг, рассказать всю правду Николь?
Он смотрел прямо ему в глаза и совсем не боялся его. Том снисходительным взглядом прожигал своего врага, но ничего ему не отвечал.
То есть, Ион тоже не врет? Пазл складывается, Том причастен к смерти моего брата? Нет... я не верю... НЕ ВЕРЮ В ЭТО!
Отстранившись от Иона, я злыми глазами посмотрела на Тома. Он не мог подобрать слов, чтобы сказать хоть что-то. В этой нагнетающей тишине послышался истерический смех Иона. Мы все перевели на него взгляды, а он самодовольно улыбался.
—Давай, Том, скажи правду! —настаивал Ион.
—Иди ты нахрен, сукин ты сын!
В одно мгновение Том набросился на Иона и началась драка. Я испуганно ахнула и отошла и замерла на месте. Пока Том наносил многочисленные удары Иону, Лу пытался их разъединить. Пока все были увлечены их дракой, я быстро побежала к выходу. Я не обращала на боль в ногах, на боль в голове, а самое главное — на боль в сердце. Надев шлем, я на бегу достала ключи от байка и завела его. Запрыгнув на байк я нажала на газ, но вдалеке, послышался приглушенный голос Тома.
Пошли вы все на хрен.
Ненавижу каждого из вас.
Катитесь к черту.