18
Грохот у двери становился всё громче, как будто кто-то пытался её вышибить. Но внезапно звуки стихли, уступив место тихим, еле различимым шагам. Мое сердце бешено колотилось, а взгляд автоматически метнулся к Владу, стоящему рядом. Он то смотрел на меня, то вновь на номер, видимый через узкую щель за зеркалом. Мужчина с топором зашёл внутрь, его шаги были уверенными, а движения — размеренными, словно он кого-то искал.
Я почувствовала, как всё внутри сжалось. Он мог открыть дверь ванной в любой момент. Нервное напряжение сковывало меня, и я уже готова была вскрикнуть, но Влад вовремя остановил меня. Он мягко приложил палец к моим губам, призывая к тишине. Его взгляд был сосредоточенным, но в нём я заметила не только решимость, но и что-то, что я не могла сразу разобрать.
Я смотрела на него, чувствовала, как страх переплетается с благодарностью за его спокойствие и уверенность. Он не отрывал взгляда от зеркала, следя за каждым движением мужчины. Я пыталась дышать ровно, но тяжёлое ощущение сжимающегося пространства не отпускало. И вот тот момент, которого я боялась больше всего: мужчина, повернувшись, направился прямо к двери ванной.
Сердце у меня остановилось. Он резко распахнул дверь.
Моё тело напряглось, я не могла сдержать тихий всхлип. Но вдруг Влад резко притянул меня к себе, накрыв мои губы своими. Его поцелуй был неожиданным, словно пробуждением от кошмара, он заглушил звук, который мог бы выдать нас обоих. Мой разум на мгновение отключился от страха. Это было так резко, что я не могла ответить по-другому, чем просто поддаться этому жесту.
Как только я отстранилась, Влад, не объясняя ничего словами, мягко повернул мою голову к своей груди, пряча меня от всего, что происходило за зеркалом. Он хотел защитить меня не только физически, но и от взглядов. И от самого ужасного, что могло произойти. Я чувствовала, как его плечи напряглись, как его руки стали твёрдыми, а сердце — настороженным. Он готов был сделать всё, чтобы я оставалась в безопасности.
Мужчина продолжал быть в комнате. Его шаги всё ещё звучали рядом, но через какое-то время они начали удаляться. Звуки стихли, и, как только он исчез, Влад тихо выдохнул, но его напряжение не ослабло.
— Мы уходим, — шепчет он, и я ощущаю, как его голос словно скользит в моём теле, давая силу двигаться дальше.
Я доверяла ему полностью. Влад открыл дверь и, убедившись, что коридор пуст, повёл меня за собой. Мы двигались быстро, но осторожно, пытаясь не издать ни звука. На улице нас уже ждали Кира и Саша. В их глазах был виден страх, но они не уехали без нас, что-то внутри их удерживало здесь.
— Слава богу, вы целы! — Кира кинулась ко мне, обняв меня так крепко, что я почувствовала её дрожь. Слёзы стекали по её щекам, а Саша стоял рядом, обнимая её за плечи, пытаясь успокоить.
— Мы думали, что всё... что вы там… — Саша замолчал, но его взгляд говорил сам за себя. В нём было облегчение, но и тревога.
Влад коротко кивнул, мол, всё нормально, но его лицо оставалось напряжённым. Мы быстро сели в машину: Влад за руль, Саша рядом, а я с Кирой устроились сзади. Я ещё не могла собраться с мыслями, но чувство тревоги отступало, уступая место какой-то странной тишине, которая заполнила пространство.
— Всё позади, — сказал Влад, его голос был уверенным, но я чувствовала, что это не для остальных. Это было больше для меня, чтобы я успокоилась.
Саша повернулся к нему, немного иронично буркнув:
— Береги её.
— Не волнуйся, — коротко ответил Влад, не отводя взгляда от дороги. — Сейчас твоя задача — думать за Киру.
Мы подвезли их домой первыми. Я заметила, как Влад слегка расслабился, когда машина тронулась от их дома. Теперь мы оставались вдвоём, и в этот момент мне казалось, что вся эта ночь была только между нами.
Когда мы подъехали к моему дому, Влад настоял на том, чтобы проводить меня до квартиры. Я почувствовала, как внутри меня снова начинает подниматься напряжение, не от того, что происходило, а от того, что я не знала, как всё это понять.
Мы вошли в квартиру, и дверь за нами закрылась. В комнате снова воцарилась тишина, но она теперь казалась почти оглушающей. Я разрыдалась, не в силах больше держать эмоции внутри. Влад прижал меня к себе, его руки были такими тёплыми и надёжными. Я почувствовала, как его прикосновения поглощают все страхи, и этот момент оказался чем-то глубоким и важным, что я не могла объяснить словами.
— Всё закончилось, ты в безопасности, — шептал он, и его слова становились моим спасением.
Я кивнула, чувствуя, как его голос словно омывает меня изнутри, успокаивая.
— Спасибо тебе... за всё, — сказала я тихо, отстранившись, чтобы взглянуть ему в глаза.
Он молчал. В его взгляде я уловила нечто невыразимое, как будто он хотел что-то сказать, но не решался. Его рука замерла на ручке двери, будто он не знал, что делать дальше. Взгляд его был неотрывным, и я почувствовала, как он надеялся, что я остановлю его. Но я не могла найти слов.
Дверь закрылась, и я осталась одна. Опустившись на пол у порога, я прижала колени к груди и дала волю слезам. В тишине своего дома я позволила себе отпустить всё, что накопилось, и осознала, что не могла понять, что же я чувствую.