8 глава
– Гермиона… Моя Гермиона… – шептал я сквозь сон.
А когда проснулся утром, то мысленно обрадовался, что Снейп тогда просил сварить Зелье Тайн, а не сейчас. Если бы Гермиона узнала, какие мне сняться сны с ее участием… Она бы дала мне пощечину. Я улыбнулся своим мыслям.
Когда я вышел из своей спальни, было шесть часов утра. Но я увидел, что на полу сидит Гермиона и она… плачет?
– Гермиона? Тише… Все хорошо… Что случилось? – я крепко обнял ее, прислонившись подбородком к ее макушке.
– Драко… я… мои родители…
– Что с твоими родителями? – спросил я обеспокоено.
– Они… Пожиратели Смерти… напали на них… – она продолжала плакать.
– Они живы?
– Да… Орден взял их под свою защиту, – ответила она, а я облегченно вздохнул. Пожиратели хотели добраться до ее родителей, чтобы потом добраться до нее… Гермиона выглядела такой беспомощной. Я знаю, что это было плохо с моей стороны, но я поцеловал ее. Очень нежно и как бы успокаивающе.
– Все хорошо… Успокойся…
Она улыбнулась, а потом сказала:
– Драко, ты такой хороший… Самый лучший…
– Нет, это ты самая лучшая, а я – зло, – насмешливо сказал я. – Невероятно красивое, но все же зло…
А она рассеялась. Я этого и добивался.
– И очень скромное зло, – с сарказмом сказала она и опять рассмеялась.
– Ты изменила меня… – прошептал я.
– Нет. Я просто раскрыла тебя настоящего, – ответила она.
– Я люблю тебя, ты же веришь мне? – спросил я, чтобы удостовериться.
– Да… Как я могу не верить такому очаровательному хорьку…
– Хорьку?! – я притворно возмутился, а она рассмеялась. – Ты продолжаешь звать меня хорьком?!
– Да. Но ты очень милый хорек…
– Ну, все… За это я тебя… – я навалился на нее и начал щекотать. Потом она начала меня щекотать, а я убегал от нее. Потом я повалил ее на диван и щекотал ее, а она сквозь смех кричала что-то вроде «Драко, хватит! Я сейчас лопну от смеха!». Но это оказалась лишь игра. Она навалилась на меня так, что мы вместе упали с дивана. И она оседлала меня. Это уже начинало походить на мой сон… Ох… Она потянулась ко мне, чтобы поцеловать… но это тоже оказалась игрой! Но я не дал ей осуществить задуманное, потому что перевернулся вместе с ней. И получилось, что теперь я ее оседлал. Я щекотал ее до тех пор, пока кто-то не крикнул:
– Гермиона, что здесь происходит?! – это оказался Уизли. Черт! Опять этот Уизли вместе со своим Поттером! – Он приставал к тебе?!
Мы с Гермионой встали, а она начала оправдываться:
– Это не то, что вы подумали… – но Уизли ее не дослушал. Он со всей силы ударил меня по лицу. А я этого не ожидал, поэтому и не увернулся. Я потерял сознание.
Очнулся я в больничном крыле.
– Мадам Помфри, он очнулся, – сказал голос Гермионы. Кто-то держал меня за руку. Моя Гермиона…
Ко мне подбежала медсестра и сказала:
– Хорошо. Отдыхайте, мистер Малфой. У вас есть десять минут, чтобы поговорить с друзьями и учителями. А потом я дам вам Зелье Сна.
– Драко! – воскликнула Гермиона и обняла меня.
– Малфой… – мы были не одни. Я огляделся. Поттер, Уизли, Панси и Блейз. – Малфой, прости меня… это… я не знал, что вы с Гермионой… ну… встречаетесь, – щеки Уизли по цвету были схожи с волосами.
– И мы против, – заявил Поттер. – Но… если ты действительно ее любишь, то…
– Представь себе, Поттер. Я действительно ее люблю, – сказал я и назло всем страстно поцеловал Гермиону. Моя Гермиона…
Поттера и Уизли от этого передернуло. А я в мыслях улыбнулся.
Панси и Блейз были не против того, чтобы я встречался с Гермионой. Я бы даже сказал: им было все рано. Потому что они были больше увлечены друг другом, а не нами.
– Мистер Малфой! – ко мне подошел профессор Снейп. – Что случилось? У нас есть информация, что это мистер Уизли вас избил!
Я подумал и решил, что было бы не плохо завоевать доверие Поттера и Уизли. Во-первых, они друзья моей любимой девушки, во-вторых, они помогут мне, если я решу не быть Пожирателем, и, в-третьих, нужно же хоть раз в моей чисто слизеринской жизни проявить гриффиндорское благородство!
– Нет, что вы, профессор. Откуда такая информация? Я упал с лестницы…
– И это именно лестница поставила вам фингал под глазом? – несмешливо спросил Снейп.
– Именно она, профессор, – сказал я невинным тоном.
Уизли очень удивился. А Поттер вообще открыл рот.
– Ладно, мистер Малфой. Выздоравливайте. – И Снейп ушел.
– Почему? – одновременно спросили Поттер и Уизли.
– Потому что вы лучшие друзья моей девушки, а если бы я вас подставил, то Гермиона не дала бы мне…
У всех их были такие лица!.. Надо было сделать колдографию!
– … себя целовать, – через некоторое время добавил я. И все они рассмеялись. – А вы что подумали? – невинным тоном спросил я.
– Малфой! Не шути так…
Когда все ушли, Гермиона решила остаться со мной:
– Спасибо, – сказала она.
– За что?
– За все… – прошептала она и поцеловала меня.
***
После того, как я навестила Драко, я сразу пошла к себе в спальню. Через несколько часов мадам Помфри его отпустила. Но было уже поздно для разговоров. Мы просто легли спать. Каждый в свою комнату.
Я поднялась ночью из-за того, что мне приснился очень страшный сон.
Я как будто была в каком-то странном замке… Но не в таком, какие бывают в сказках. Этот замок был воплощением зла. Я его уже где-то видела… Только никак не могла вспомнить где.
– Что нам делать, Беллатриса? – спросил шипящий голос. Я обернулась, там стоял лорд Волан-де-Морт.
– Милорд, эта девочка оказалась очень умна, раз смогла уйти от двух Пожирателей… – пролепетала Беллатриса Лестрейндж.
– Молчать! Я спросил не об ее умственных способностях! Я спросил: что нам делать? Какое слово в предложении: «что нам делать?» тебе не понятно, Беллатриса?
– Она уже здесь, милорд, – тихо прошептала она и убежала.
– Здравствуй, Гермиона, – он повернулся ко мне. – Как поживаешь?
– Гарри убьет вас, – сказала я с уверенностью. – Всех вас…
А он рассмеялся. От души рассмеялся.
– Убьет? Меня? Самого могущественного волшебника всех времен может убить шестнадцатилетний мальчишка?! О… а я думал, что ты умнее…
Я промолчала.
– Ты хорошая девочка, Гермиона. Присоединяйся к нам… Твой бой-френд все равно Пожиратель Смерти! Что ты теряешь? Или на войне ты хочешь сражаться против него? Ты же любишь его, я знаю. И ты сможешь наставить на него палочку?
– Запомни, Драко и я будем сражаться на одной стороне. И не на твоей, – зло сказала я.
– Нет. Либо вы оба будете на моей стороне, либо он будет на моей стороне, а если он предаст меня, я убью его…
– НЕТ! – взревела я.
– Авада Кедавра! – прокричал он, направляя палочку на меня.
– А-а-а-а-а-а-а! – я проснулась от своего же крика. По моему лицу лились слезы. Это первый раз в моей жизни, когда я проснулась в слезах… У меня началась истерика.
И тут в мою комнату кто-то открыл дверь. Я закричала еще громче.
– Гермиона! Впусти меня! – говорил Драко. Просто на комнаты старост наложены заклятья, чтобы без моего разрешения Драко не сможет войти в мою комнату.
– Я, Гермиона Джейн Грейнджер, разрешаю войти Драко Люциусу Малфойю.
Драко вошел и сел ко мне на кровать.
– Что случилось? Тебя кто-то обидел? – спросил он.
А я просто качалась из стороны в сторону и плакала.
– Гермиона! – он потряс меня за плечи.
– Мне… приснился кошмар…
Он облегченно вздохнул и уже более спокойно произнес:
– Все хорошо. Это был всего лишь сон… – он крепко обнял меня. – Не хочешь рассказать, о чем был этот сон?
– Он был таким реалистичным. Мне снился Волан-де-Морт. Он сказал… что убьет тебя, если ты его предашь… – я понимала, как глупо это звучит, но Драко не рассмеялся.
– И из-за этого ты плакала? – как-то странно спросил он.
Я молча кивнула.
– Не волнуйся. Выход найдется. Я стану шпионом Дамблдора. Меня научат оклюменции…
– Драко, ты точно будешь сражаться на нашей стороне? – тихо спросила я.
– Конечно…
– Почему?
– Ради тебя…
– Только ради меня? – удивилась я.
– Да… Если бы ты была Пожирателем Смерти, я бы тоже им был. Если бы ты струсила и убежала от этой войны, я бы убежал с тобой. Если бы ты решила отказаться от магических способностей и жить в мире магглов, я бы тоже это сделал. Я так сильно люблю тебя…
Я никогда не слышала ничего лучше этих слов…
– А если бы меня не было в твоей жизни? Что бы ты делал?
– Я бы остался Пожирателем только ради семьи. Ради матери… – тихо сказал он.
– Но… что будет с ней, когда ты попросишь защиту Дамблдора? – спросила я.
– Нарциссу я попрошу спрятаться где-нибудь, чтобы ее охранял Орден. А на отца мне наплевать. Если будет нужно сражаться против него, я с готовностью возьму палочку.
– Драко… а что ты будешь делать после войны, если мы выиграем? – мне было интересно услышать ответ на этот вопрос.
– Я повезу самую лучшую девушку на свете в Малфой-мэнор, мы поженимся. Там она будет жить со мной. У нас будет десять славный маленьких блондинов. И мы проживем долгую счастливую жизнь, пока не умрем в 160 лет…
Я рассмеялась.
– Ну и кто она? – спросила я с притворным удивлением.
– Она лежит со мной на этой кровати…
– Малфой! Ты такой высокомерный! – я сделала вид, что крайне возмущена, хоть мне было приятно это слышать. – А если я не соглашусь выйти за тебя?
– Хм… тогда мне придется поменять свой план на будущее. Я повезу самую лучшую девушку на свете в Малфой-мэнор. Она, разумеется, будет связана и с кляпом во рту. Я под Империо заставлю ее выйти за меня замуж. Опять же под Империо мы сделаем десять славных блондинов. И проживем долгую счастливую жизнь…
– Почему сразу блондинов? – возмутилась я.
– Знаешь, когда твоя прабабушка – вейла, то в твоем роду (независимо от матери) еще три поколения все будут блондинами…
– В первый раз такое слышу… – я прекрасно понимала, что он все это выдумал.
– Гермиона… – он вмиг стал серьезным, – что бы не случилось, знай, что я всегда буду рядом. Если я не буду рядом, то у меня на это есть серьезные причины. Ну… такие как: смерть, тяжелое ранение, неизлечимая болезнь…
Я рассмеялась.
– Мне показалось, что в том сне, Волан-де-Морт говорил, что охотиться за какой-то девушкой. Не знаю… была ли это я или нет…
Драко как-то напрягся.
– Ты что-то знаешь?
Он судорожно сглотнул.
– Драко?
– Нет. Все хорошо. Это был всего лишь сон…
Мне показалось, что в последнее время, Малфой слишком часто говорил: «все хорошо» или «успокойся».
– Драко, ты что-то от меня скрываешь… – это был не вопрос, а утверждение. – Ты хочешь мне что-то сказать?
– Нет. Ничего.
– Тогда, ладно, – я пожала плечами и поняла, что очень хочу спать. Так я и заснула в объятиях Драко. Но, знаете что? Я поняла, где видела этот замок.
Я видела его, когда погружалась в тайны Драко…
***
Я проснулся от душераздирающего крика. Крика Гермионы.
Я открыл дверь ее комнаты, но войти не смог из-за заклятья.
– Гермиона! Впусти меня! – умолял я.
– Я, Гермиона Джейн Грейнджер, разрешаю войти Драко Люциусу Малфою.
Драко вошел и сел к ней на кровать.
– Что случилось? Тебя кто-то обидел? – спросил я. В моей голове вертелось столько разных образов, в которых в спальню Гермионы врывались Пожиратели и забирали ее с собой…
Но у Гермионы была истерика. Она то скулила, то плакала, то качалась.
– Гермиона! – я потряс ее за плечи.
– Мне… приснился кошмар… – сквозь слезы проговорила она.
Я облегченно вздохнул и уже более спокойно произнес:
– Все хорошо. Это был всего лишь сон… – я крепко обнял ее. – Не хочешь рассказать, о чем был этот сон?
– Он был таким реалистичным. Мне снился Волан-де-Морт. Он сказал… что убьет тебя, если ты его предашь… – я напрягся.
– И из-за этого ты плакала? – недоверчиво спросил я.
Она молча кивнула.
– Не волнуйся. Выход найдется. Я стану шпионом Дамблдора. Меня научат оклюменции… – я говорил первое, что приходило в голову, чтобы ее успокоить.
– Драко, ты точно будешь сражаться на нашей стороне? – тихо спросила она.
– Конечно… – без тени сомнения ответил я.
– Почему?
– Ради тебя… – и это была чистая правда.
– Только ради меня? – удивилась я.
– Да… Если бы ты была Пожирателем Смерти, я бы тоже им был. Если бы ты струсила и убежала от этой войны, я бы убежал с тобой. Если бы ты решила отказаться от магических способностей и жить в мире магглов, я бы тоже это сделал. Я так сильно люблю тебя…
– А если бы меня не было в твоей жизни? Что бы ты делал? – спросила она.
– Я бы остался Пожирателем только ради семьи. Ради матери… – тихо сказал я.
– Но… что будет с ней, когда ты попросишь защиту Дамблдора? – поинтересовалась Гермиона.
– Нарциссу я попрошу спрятаться где-нибудь, чтобы ее охранял Орден. А на отца мне наплевать. Если будет нужно сражаться против него, я с готовностью возьму палочку.
– Драко… а что ты будешь делать после войны, если мы выиграем?
– Я повезу самую лучшую девушку на свете в Малфой-мэнор, мы поженимся. Там она будет жить со мной. У нас будет десять славный маленьких блондинов. И мы проживем долгую счастливую жизнь, пока не умрем в 160 лет…
Она рассмеялась.
– Ну и кто она? – возмущенно спросила она
– Она лежит со мной на этой кровати…
– Малфой! Ты такой высокомерный! А если я не соглашусь выйти за тебя?
– Хм… тогда мне придется поменять свой план на будущее. Я повезу самую лучшую девушку на свете в Малфой-мэнор. Она, разумеется, будет связана и с кляпом во рту. Я под Империо заставлю ее выйти за меня замуж. Опять же под Империо мы сделаем десять славных блондинов. И проживем долгую счастливую жизнь…
– Почему сразу блондинов? – возмутилась она.
– Знаешь, когда твоя прабабушка – вейла, то в твоем роду (независимо от матери) еще три поколения все будут блондинами…
– В первый раз такое слышу…
– Гермиона… – я вмиг стал серьезным, – что бы не случилось, знай, что я всегда буду рядом. Если я не буду рядом, то у меня на это есть серьезные причины. Ну… такие как: смерть, тяжелое ранение, неизлечимая болезнь…
Она рассмеялась.
– Мне показалось, что в том сне, Волан-де-Морт говорил, что охотиться за какой-то девушкой. Не знаю… была ли это я или нет…
О, нет. Я, конечно, не забыл о том, что на Гермиону охотятся Пожиратели. Я никуда не отпускал ее одну. Никогда. Только на уроки, но я знал, что Поттер и Уизли позаботятся о ней.
– Ты что-то знаешь? – нетерпеливо спросила она.
Я судорожно сглотнул. Сказать ей? Нет. Она только испугается. В Хогвартсе ей не грозит опасность, если, конечно, она не пойдет в Запретный Лес. Поэтому я и рядом.
– Драко?
– Нет. Все хорошо. Это был всего лишь сон… – я попытался, чтобы мои слова звучали убедительно.
– Драко, ты что-то от меня скрываешь… – это был не вопрос, а утверждение. – Ты хочешь мне что-то сказать?
– Нет. Ничего.
– Тогда, ладно, – она пожала плечами, а через несколько минут и вовсе заснула в моих объятьях. И вскоре я тоже заснул.
***
Я встал утром. Поздно утром. Но в моих объятьях никого не было…
– Гермиона! – я испугался. По-настоящему испугался. – Где ты?
И тут я увидел записку:
Я пошла в совятню, чтобы (как ты, наверное, догадался) отправить письмо. Буду скоро. А потом можем прогуляться. Сегодня намечен поход в Хогсмид.
Люблю… Твоя Гермиона.
Особенно мне понравились три слова: «Люблю… Твоя Гермиона».
И тут в окно влетела сова. Она бросила мне конверт, покружилась и улетела обратно.
Здравствуй, Драко…
Я бы очень хотел поговорить с тобой. Приходи сегодня в Хогсмид (я знаю, что сегодня все из Хогвартса там будут) в 12:00 дня в гостиницу «Драконье сердце». Если не придешь, поверь мне, ты отправишься туда же, где сейчас твой кузен Скорпиус.
Отец.
Мало кто знал о моем кузене Скорпиусе. Ему было семнадцать, когда его мать, Беллатриса, убила его из-за того, что он отказался выполнять его задание… Папина сова заколдована. Если сову перехватят, письмо самоуничтожается. «Драконье Сердце»? Ого… Эта гостиница точно не для школьников.
И что мне делать? Идти? Не знаю… Наверное, идти. Я хочу больше узнать о планах Волан-де-Морта. Но… что делать с Гермионой? На этот вопрос нашлось два ответа: Поттер и Уизли.
На завтраке я пошел к своему столу, а Гермиона к своему. Я постарался встретиться глазами с Поттером. Я многозначительно посмотрел на него. Он лишь вопросительно поднял брови. Я подождал, пока Гермиона отвернется и леветировал записку Поттеру:
Поттер, нужно поговорить. Без Гермионы. Прихвати с собой Уизли. После завтрака около гобелена с жирафом.
Д.М.
Я выжидающе на него посмотрел. Он кивнул.
Почему именно гобелен с жирафом? Это очень просто. Он располагался на третьем этаже на всю стену. Его не заметил бы только слепой.
– Что тебе нужно, Малфой? Если ты парень нашей подруги, это не значит, что ты автоматом стал нашим другом, – сказал Поттер вместо приветствия.
– Поттер, это касается ее же безопасности!
– Мы тебя слушаем… – пробурчал Уизли.
– Через пол часа все идут в Хогсмид. Мы с Гермионой хотели сходить вместе, но в 12 часов мне нужно быть кое-где. Ни в коем случае нельзя, чтобы она была одна. Желательно, чтобы она была не только с вами. Например, возьмите Лонгботтома или Лавгуд. И вообще ходите по людным местам. Это важно. Никогда не упускайте ее из виду. Держите за руку, – я только что читал лекцию об осторожности гриффиндорцам?! Нет… этого просто не может быть.
– Малфой, что-то должно произойти? – серьезно спросил Поттер.
– Просто следуйте моим указаниям, если она вам дорога так же, как и мне.
Поттер и Уизли пообещали, что с Гермионой все будет хорошо. Будем надеяться, что так и будет.
– Гермиона, я как-то плохо себя чувствую… Сходи лучше с Поттером и Уизли. Вы все равно редко видитесь. А я пойду в лазарет и попрошу зелье от простуды.
– Драко… все в порядке? – она поднесла руку к моему лбу.
– Да.
– Ладно… – она растерялась. – Тогда я, правда, пойду с Гарри и Роном.
– Вот и отлично. Повеселись, – я подождал, пока она с Поттером и Уизли скрылась, и сразу же пошел в «Драконье Сердце».
– О, привет, Драко. Я рад, что ты решил еще пожить. Присаживайся, – сказал Люциус, когда я вошел в им заказанный номер. Я сел на кресло, а Люциус седел в противоположном, попивая вино.
– Как дела в школе? – спросил он.
– Давай сразу к делу. Хватит изображать из себя примерного отца. У тебя плохо получается… – вообще, это было глупо говорить такое. Мой отец очень злиться, когда я ему перечу.
– Хорошо. Мало того, что ты не пришел на последние три собрания, так ты еще общаешься с грязнокровкой Грейнджер! – закричал он и разбил бокал вина.
– Не называй ее так, – спокойно поправил я.
– Ты умный мальчик, Драко. Ты молодец. Подружиться с Грейнджер было хорошим планом. Так говорит Темный Лорд. Будь моя воля, я бы уже убил тебя.
– Спасибо за честность. Какой-то наполовину-человек-наполовину-змея любит меня больше, чем собственный отец! Класс! Я в восторге! – с сарказмом сказал я.
Постойте… Волан-де-Морт одобряет мою дружбу с Гермионой?
– Драко, Темный Лорд в ближайшее время пришлет тебе сову. Там он попросит тебя кое-что сделать. Ты это сделаешь?
– Нет. Я сожгу его письмо, не открывая.
Люциус ударил меня по щеке.
– Повторяю: ты сделаешь все, о чем тебя попросит Темный Лорд?
– Нет.
Последовал еще один удар.
– Сделаешь?
– НЕТ! – выкрикнул я.
– Круцио… – спокойно произнес отец.
Мое тело пронзила невероятная боль… только о ней ты и думаешь… боль… Лучше умереть, чем чувствовать это… боль… боль… боль… боль…
– Сделаешь?
Я не ответил. А действие заклинания усилилось в десять раз.
– СДЕЛАЕШЬ?!
– Да… – я был готов сделать что угодно, лишь бы прикатилась эта боль…
– Вот и отлично, – сказал отец и ушел.
Я остался лежать на холодном полу.
Что я только что наделал?..