Глава двадцать пятая.
Стоя у здания университета, я вдыхаю сладкий дым в легкие, слушая восторг Аси по поводу информации о моих отношениях с Серафимом.
- Да я даже подумать не могла, что это случится так быстро! - восторженно восклицает девушка, размахивая руками и радуясь, как маленький ребенок. Как будто это она вступила в отношения, а не я.
- Да я тоже, - посмеиваюсь с реакции подруги, посматривая в сторону парковки. Оба брата пока не явились.
- Значит у кого-то скоро будет сееееек.....
- Ася! - перебиваю её я, издавая смешок, - Прекрати. Мы только вчера начали встречаться.
- А чего тянуть? Я вообще считаю, что нужно было сделать это раньше, вдруг тебе не понравится? И что делать? Расставаться? - произносит девушка, и я смотрю на подругу, слегка приподняв брови.
- Ты такая глупая, - улыбаюсь краешком рта, выдыхая дым, - Секс не главное.
На лице Аси появляется странная гримаса, видимо означающая то, что по её мнению, я сказала полнейшую ерунду.
- Да что ты? А если у Сима пять сантиметров и он вообще нарцисс в сексе? - слушая девушку закатываю глаза. Кажется, пора заканчивать эти разговоры.
- Пошли, иначе мы опоздаем, - засовываю парилку в карман джинс и плетусь к университету.
При входе слегка хмурюсь - у входа какая-то движуха, столпотворение, крики.
- Что опять здесь происходит? - тихо спрашивает меня Ася, и я пожимаю плечами, пытаясь протиснутся сквозь толпу зевак.
В центре внимания, под мерцающим светом люминесцентных ламп, развернулась сцена, которую я никак не ожидала увидеть.
Серафим, нависая над Глебом, размахивается и силой бьет своего брата, у которого и без того уже лицо в крови.
- Серафим! - кричу я, подбегая к парням, и в попытке оттащить Сидорина от Глеба, оказываюсь оттолкнутой татуированным. Спотыкаясь о собственные ноги, падаю на пол, рассаживая локоть.
Это конечно не остается незамеченным, и Серафим сразу же отпускает из боевой хватки Викторова, подбегая ко мне со взглядом полным сожаления.
- Блять, Аделина, прости, - взволнованно произносит парень, помогая мне подняться, пока Глеб расходится в непонятном смехе, валяясь на полу.
- Что вы, блять, вытворяете? - раздраженно рявкаю я, взглянув на Глеба, которому помогают подняться с пола, предлагая помощь. А раньше нельзя было их оттащить?
- Ничего, ты нормально? Всё в порядке? Прости, я машинально, - осматривая меня, Сим притягивает меня к себе и обнимает, возвышаясь надо мной.
Почему я не увидела их машины на парковке, и что, блять, происходит?
Аудитория расходится в звенящей тишине, пока вся группа ожидает прихода ректора - отца Сидорина. Взбалмошность двух братьев не могла быть оставлена без внимания, особенно после того, как Глеба пришлось забрать на скорой - сильное сотрясение.
Серафим же сидел спокойно и даже расслабленно. Он явно уверен в том, что особого наказания не понесет, как за всё, что они с Викторовым здесь вытворяли ранее. Я же, со своей стороны, сильно за него переживала: во первых, мне не понятна причина такой сильной вспыльчивости Сидорина, а ещё, боюсь, что ничего хорошего его отец не скажет, если разговор будет проходить под десятки пар глаз одногруппников, а не у него в кабинете.
- Он сказал тебе в чем дело? - тихо спрашивает меня Ася и я отрицательно мотаю головой, повернув голову назад и взглянув на татуированного, что копался в телефоне, словно вообще ничего не произошло.
- Я потом узнаю. Но это не очень на него похоже, - вздыхаю я, и перевожу взгляд, когда в аудиторию входит ректор в компании преподавательницы.
Начинается длинный монолог-нотация о том, что в стенах этого заведения непозволительны никакие подобные ситуации, и что любые вопросы можно решить миром, разговором, а не рукоприкладством. И когда я уже выдыхаю, понимая, что это всего лишь поучительная лекция, отец Сидорина делает небольшую паузу, в упор смотря на своего сына.
- Сидорин, вы слишком часто злоупотребляли моей и преподавателей снисходительностью. Вам давалось множество предупреждений и шансов на исправление и к сожалению, вы к нам не прислушались. Зайдите ко мне в кабинет и подпишите документы об отчислении.
Отчаянно пытаюсь найти в себе силы не ходить взад-вперед ожидая парня у кабинета ректора. После слов об отчислении, надо было видеть взгляд Серафима: сначала удивление, непонимание, легкая нервная улыбка, а потом резкая злость. Вряд ли, он бы так реагировал, если бы ректор не являлся его отцом, но он, к сожалению или к счастью, таковым является, а это двойной удар для татуированного.
Резко подхожу к парню, когда тот выходит из кабинета, держа в руках файл с документами.
- Сим, что он сказал? - спрашиваю его я, поднимая взгляд вверх, смотря на его, ничего не выражающее, лицо.
- Что он может сказать? Отчислен я, - спокойно проговаривает Серафим, и видя моё замешательство, тот устало проводит ладонями по лицу, а после приобнимает, - Ты то чё так нервничаешь? Это не единственный уник в городе. Меня же не в тюрьму посадили.
Шутки в данной ситуации, кажутся мне совсем не смешными, но взглянув на улыбку Сидорина, я немного расслабляюсь в его объятиях.
- Сим, что случилось? Что у вас с Глебом за конфликт? - аккуратно интересуюсь я, и парень закатывая глаза, чуть отстраняется. Зря спросила.
- Дель, тебе че заняться нечем? Как посрались, так и помиримся. Сотряс ему даже полезен - хоть мозги на место встанут, - проговаривает он и начинает идти в сторону выхода из университета.
- Не злись, я просто спросила... - пытаюсь сгладить ситуацию, и останавливаю его у самого выхода, схватив за руку, - Увидимся вечером?
Взглянув на меня, напряженные плечи парня опускаются, и тот схватив моё лицо двумя ладонями, впивается в губы, не давая людям с той стороны двери пройти внутрь, а другим выйти из здания.
Его губы накрывают мои силой, требовательно, языки сплетаются, играя и углубляя поцелуй.
- Естественно. Ни че не планируй, заеду за тобой после пар, - улыбается он, прервав поцелуй, и мягко коснувшись моих губ напоследок.
Смотрю ему вслед под недовольные взгляды студентов, а в голове только один вопрос: как там Глеб?