Глава четвертая.
- Уу, Аделинка, с собеседником тебе не очень повезло, - усмехается Серафим, пока Глеб направляется в нашу сторону. В мою сторону.
Его рука резко берет мою, сплетая пальцы, и тянет на себя, а затем он тащит меня за собой, заставляя толпу расступиться и пропустить нас.
- Э, ты куда её потащил? - кричит Сидорин в сторону своего брата.
- Общаться, - усмехается тот, уже затягивая меня на второй этаж. Идя по широкому коридору, Викторов заводит меня в одну из комнат, а затем захлопнув за нами дверь, плюхается на двуспальную кровать.
- Ты зачем меня сюда притащил? - не понимаю я, продолжая стоять по центру комнаты. Глеб кладет обе своих руки под голову, а затем взглядом указывает на место рядом с собой.
- Прикладывайся, знакомится будем. Поближе, - он усмехается, смотря на то, как на моем лице проглядывается явное недовольство.
- Это смешно по твоему? - хмыкаю, и хватаюсь за ручку двери, чтобы выйти, но Глеб быстро реагирует, окликивая меня.
- Да стой, ты, - смеется он, но затем вздыхая, делает слишком спокойный, умиротворенный взгляд, - Ты где разговаривать собралась? Внизу? - правой рукой он проводит по своим кудряшкам одним быстрым движением, - Здесь тихо, и сюда никто не зайдет, а значит - не помешает нам.
- Почему? - скептически осматриваю комнату, останавливаясь на лице Викторова.
- Потому-что это моя комната. Каждый в курсе - сюда не стоит заходить без моего разрешения, - Глеб слегка шмыгает носом, словно он у него заложен, а затем ладошкой бьет по месту слева от себя, - Ну так что? Уляжешься?
- Если ты меня хоть пальцем тронешь...
- Ц, нахрена ты мне сдалась? - хмыкает парень, отодвигаясь от моего предполагаемого места ещё дальше, - Так сойдет?
Подхожу к кровати и ложусь на бок, лицом к парню - так понятнее какое между нами расстояние.
- Ну, рассказывай, Адель, - он не поворачивается на бок, как я, смотря в потолок.
- Не называй меня так, - прошу я. Глеб удивленно поворачивает голову в мою сторону.
- Это ещё почему? - он сдерживает усмешку, хотя по его лицу видно - он хочет рассмеяться.
- Терпеть не могу эту форму своего имени, - объясняю я, - Лучше Аделина или Лина.
- Ну тогда рассказывай, Аделина-Лина, на кой черт ты сюда переехала? - вопрос кажется чуть грубоватым, даже с каким-то нападом, но я не подаю вида.
- Мать переехала в связи с работой, я с ней, - рассказываю я, но парень уже не сдерживая усмешки, смеется, и я вопросительно смотрю в его сторону.
- Ты поехала с мамой бросив всю свою жизнь? Тебе лет то сколько, крошка? - он наконец полностью поворачивается ко мне лицом, но мы всё равно находимся на достаточном расстоянии друг от друга.
- Мне девятнадцать, а при чем тут мой возраст? - искренне не понимаю его удивления от моего переезда.
- Обычно в таком возрасте девочки уже хотят избавиться от мамкиной опеки, - усмехается Викторов.
- Ты понятия не имеешь о чем говоришь, - улыбаюсь я ему в ответ. Моя мама - максимально не тот родитель, который контролит каждый шаг своего ребенка. Я всегда была предоставлена сама себе, - Тем более, если я сильно захочу, я всегда могу вернутся обратно, меня там ждут, - добавляю я.
- Кто же? Подружки, которые через месяц забудут как ты выглядишь? - Викторов улыбается, положив руки себе под щеку.
- Нет, парень, - говорю я, и слегка пячусь, когда кудрявый подскакивает на кровати, принимая сидячее положение, и с глазами полными удивления смотрит на меня.
- Кто? Парень? - он громко смеется, заставляя меня тоже чуть привстать, принимая полулежащее положение тела, - Он что девственник?
- А это здесь при чем? - усмехаюсь я, нелепому вопросу кареглазого.
- При том, что пока ты здесь мечтаешь о вашей первой встрече после отъезда, он с вероятностью в 99% потрахивает девчонок на стороне, - смеется Глеб, - Если он конечно не девственник. Но в этом случае, я бы рекомендовал проверить его сексуальную ориентацию, - пройдясь по мне глазами, Глеб снова плюхается на большую подушку.
Пару минут в комнате воцаряется молчание. Я поправив лямку от своей майки, вдруг решаю задать парню вопрос.
- А сколько тебе лет? - хлопая по карманам своих черных джинс, Викторов достает пачку сигарет, и открыв её, считает количество.
- С утра двадцать три было, вроде, - встав с кровати, парень подходит к окну, и открыв его нараспашку, закуривает сигарету, - Будешь? - спрашивает он, протягивая мне свою пачку.
- Нет, спасибо, - отказываюсь, доставая из кармана джинс курилку. Глеб закатывает глаза, видимо считая парилки полной херней, - Почему вы выбрали журналистику? - спрашиваю я, сама не зная, откуда в голове взялся этот вопрос.
Глеб выдыхает клубки дыма, пытаясь придать этому какую-то форму, но всё мимо.
- Мы с Симом проиграли в споре и «поступление» было желанием победителя, а на журналиста были свободные места как раз, - рассказывает он, пока я перевариваю полученную информацию.
- Вы поступили наспор? - переспрашиваю я, не веря услышанному, - Кому вообще придет в голову потратить желание на ваше поступление? - усмехаюсь, делая затяжку, чувствуя приятные фруктовые нотки во рту.
- Ну кому...ректору, - смеется Глеб, стряхивая пепел, - По-любому ты уже знаешь кто отец Серафима. Так вот мы проиграли ему, а он, желая чтобы его сыночек получил хорошее образование, загадал эту хуету. Мне эта учеба нахрен не сдалась, веришь? - выкидывая окурок, Глеб подходит к кровати с моей стороны, и протягивает мне свою ладонь, - Погнали, выпьем?
Спустившись со второго этажа, на секунду мне показалось, что идею Мукки поддержали только мы с Глебом, но присмотревшись, я в итоге заметила как несколько пар общались друг с другом, смесь или мило улыбаясь. Выглядело это достаточно забавным.
Глеб сразу повел меня на кухню - небольшая комната с серым кухонным гарнитуром, встроенной бытовой техникой, и симпатичным декором. У мамы братьев точно есть вкус.
Налив что-то в чистый стаканчик из трех бутылок, и добавив колы, Викторов протягивает мне стакан, довольно ожидая, пока я это выпью.
- Ну давай, попробуй. Это не противно, - уверяет он меня, и в доказательство, выпивает содержимое своего стакана залпом.
Скептически смотрю на кудрявого, что зажмуривает глаза от резко выпитого алкоголя.
Делаю небольшой глоток - ощущаю горечь и сладость одновременно.
- Это тебе не женский коктейльчик, херачь залпом, че как маленькая, - смеется Глеб, откусывая пол дольки лимона, - Или слабо?
Я бы и так выпила это целиком, но подначивания кудрявого провоцируют сделать это демонстративно.
Выдыхаю, а затем быстрыми, большими глотками выпиваю всё содержимое стакана.
Глеб, доедая лимон, аплодирует, но оборачивается, когда в комнату заходит Серафим с Асей.
- Вы чего тут делаете? - спрашивает он, осматривая стоящие бутылки на столе, - Опять твоя эта байда?
- Не знаю, Адель понравилось, - Викторов улыбаясь подмигивает, и покидает кухню, чуть пританцовывая.