💥Г̾л̾а̾в̾а̾ ̾4̾7̾
Ханде
(Из-за истерики, я не могу сказать Бураку, но понимаю, что нужно делать все быстро.)
-Ханде, успокойся и скажи, что случилось?
-Арвен (Всхлипнула я имя дочери и Бурак поменялся в лице.)
-Что с Арвен? (Теребил он меня за плечо.)
-Не знаю. Она в реанимации. Селин сказала, что бы привезли документы Арвен. Я не могу их найти.
-Они у меня в машине. Поехали.
(Бурак гнал со всей силы, нарушая всё.
Дорогу от дома до больницы помню смутно. В голове постоянно голос Селин, когда она сказала про реанимацию. Тогда я забыла всё напрочь, даже Бурака не разбудила.
Не знание того как там Арвен и что произошло, доводило до истерики ещё больше.
В конце коридора были Селин с Керемом. Бабушка с дедушкой и родители Бурака.)
-Что произошло? Где Арвен? (Захлёбываясь в слезах, крикнула я.)
-Родная, пожалуйста успокойся. Арвен с врачами. (Дедушка обнял меня и говорил успокаивающим голосом.)
-Почему она там? (Ещё громче крикнула я.)
-Ханде, это мы виноваты (Сказал отец Бурака.)
-Мы забрали её, потому что мама хотела её видеть. Буквально на секунду отвернулись... (Говорил Керем.)
-Вы вчетвером не смогли уследить за одним семимесячным ребёнком.(Перебила я его и отвернулась.
Бурак упрекающее смотрел на родителей и на брата. Он молчал, хотя взгляд был угрожающим. Жилка на шее бешено билась, говоря о том, что он очень зол.
Бурак обнял меня и я продолжала плакать ему в грудь.
За тот час, что мы тут ни один врач не вышел и от незнания, я все больше сходила сума.
Наконец-то дверь реанимации открылись и вышел врач.)
-Как Арвен? (Опередив меня спросил Бурак.)
-Сейчас она под наркозом. Ожоги сильные, но сейчас все в порядке.
-Я хочу ее увидеть (Сказала я.)
-К сожалению нельзя. (Я посмотрела на Бурака и он отошёл, и сам стал разговаривать с врачом. Через минут семь врач сказал, что могут зайти только родители.
Заходить к Арвен нам не разрешили, но позволили посмотреть через стекло.
Как только я увидела ее, не смогла сдержать слез.
Вся перемотана бинтами, где только можно. Голова, грудь, нога.
Как же я виню себя за то что допустила это.
Эта беспомощность. Страх то что я могу ее потерять. Все это сковывает меня. Я так много прошла с ней. Она так многому меня научила и сейчас когда я тут, а она за стенкой, говорит только о том что я плохая мать.
Больше всего сейчас хочется отгородить ее от всех.
Рука Бурака обняла меня за талию.)
-Я хочу к ней. (Слезно сказала я, держа руки у стекла.)
-Нельзя, моя сладкая.
(Два дня прошло, а я по прежнему наблюдала за Арвен через стекло, потому что к ней не пускали. Лишь раз, разрешили зайти на пару секунд.
Она плакала, хотела протянуть ко мне свои маленькие ручки, но не смогла, потому что они были привязаны к кровати, что бы она не снимала с себя бинты и не навредила ещё больше.
Сердце разрывалось на части при таком ее виде. Ту боль, которую я чувствовала, словами нельзя описать, но я четко понимала, что Арвен сейчас больнее чем мне. Наверно каждая мама меня поймёт, когда ты никак не можешь помочь своему ребёнку и остаётся только смотреть за ней через стекло и то не больше десяти минут.
Ни с родителями Бурака, ни с Керемом, ни с Селин я разговаривать не хотела, потому что была зла, но не на них, а на себя.
Я просто не могу понять где и как можно было оставить эту кастрюлю с кипятком, что бы ребёнок ее свалил.
Знаю только то что кастрюля с кипятком стояла на столе, а Арвен, стоя у ножки стола, потянула скатерть на себя.
Вечер и звонок с больницы о том что мы может приехать. Были мы там уже через десять минут.
Врач говорил, что сейчас Арвен будет под препаратами и в основном будет спать.)
-Госпожа Ханде может остаться в больнице. Палата готова, Арвен привезут (Сказал врач.)
-Но вы же сказала, что нельзя. Мы вам два дня говорили. (Хрипло сказала я. За эти два дня и почти не спала, пару раз Бурак заставил меня поесть, но бесполезно, все вышло обратно. Мешки под глазами и красные глаза говорили сами за себя.)
-Мне пришёл приказ. Поймите меня тоже правильно, я выполнял всю работу. (Я кивнула и врач оставил нас с Бураком.)
-Ты? (Повернувшись, спросила я у него. Мне не стоило говорить все предложение, он понял без слов.
Заправил прядь волос за ухо и поцеловал щеку.)
-Ты себя изводила эти дни. Тут, рядом с Арвен тебе будет лучше, да и она почувствует маму рядом. А я буду днём приезжать. (Он стёр скатившиеся слёзы и я прижалась к нему.)
-Спасибо. (Шепотом проговорила я ему в грудь.)
-Всё будет хорошо (Поцеловав макушку, сказал Бурак и крепче обнял меня.
Бурак привёз мне и Арвен все необходимые вещи, продукты и питание Арвен.
Всю ночь я просидела рядом с Арвен, не смыкая глаз. Корила себя, за то что допустила, что она сейчас в таком состоянии.
Утром, когда Арвен проснулась, то я четко видела упрёк и обиду в ее глазах. Она не плакала, плакала я. Она просто наблюдала за мной.
Врач сказал, что ожоги на шее и лице не сильные. Больше всего пострадал живот и нога.
Мне разрешили пойти на обработку и перевязку, но я не готова была увидеть эти ожоги. Я их совсем не представляла, а когда увидела ужаснулась, что это вообще происходит с нами.
Раньше видя по новостям такие случаи, я всегда винила матерей, за то что не могут следить за детьми, а в итоге что? Сама оказалась в такой ситуации.
Перебинтовали только живот и ногу. Шею и щеку оставили. Сказали, что уже болей нет, кожа немного облезла, но сказали, что ничего страшного, все восстановиться, главное ухаживать.
Я боялась брать Арвен на руки. Боялась сделать больно, не могу перебороть себя и взять ее.
Есть она отказывается. Ни каши, ни детское питание. От всего отворачивается. Я бы покормила и грудным молоком, но его нет. За эти дни оно пропало.
Бурак звонил и спрашивал как дела, что нужно, но я сказала что нужен только он. Сказала все что объяснили мне врачи и как сейчас Арвен.
Мы ждали Бурака. Арвен полу сидя сидит на кровати и отказывается идти на руки. Переступив через страх, хотела взять ее, но она не захотела и я не стала это делать насильно.
Дверь палаты открылась и зашёл Бурак с пикетами из детского магазина.)
-Бурак. (Со слезами на глазах, произнесла я его имя. Он закрыл двери и поставил пакеты на пол, обняв меня.)
-Вы как? (Подойдя к кровати спросил он и поцеловал Арвен. Она посмотрела на него с таким же упреком как и на меня.)-Её можно брать?
-Да, но я боюсь. Когда хотела взять, она не пошла ко мне. (Ответила я, вытерев слёзы.
Бурак взял Арвен на руки, но реакции как всегда у неё не было. Она не обняла его за шею, не положила голову на плечо, а просто спустила руки и отвернулась.
Я ещё сильнее стала плакать, потому что не знала что делать. Я не думала, что она отвернётся от нас. Вроде бы маленькая, но уже все понимает.
Бурак стёр мои слёзы и обнял.)
-Кушали? (Ласково спросил он и я отрицательно помотала головой.)
-Она отказывается от еды.
-А ты?
-Я не хочу.
-Ханде, так нельзя
-Пожалуйста, не заставляй. Я не смогу сейчас.
-Хорошо (Бурак посмотрел на Арвен, которая все так же была отвернута от нас.
Я не знаю сколько раз мы пытались с Бураком её накормить, но все было бесполезно, так и уснула отвернувшись от нас.)
-Почему она так делает? Я не могу уже (Плача сказала я Бураку, в коридоре.)
-Сладкая, успокойся. Арвен много перенесла за эти дни. Дай пусть немного отойдёт. (Обнимая меня и гладя по спине спокойно говорил Бурак.)
-Но ведь она даже не смотрит на нас. Ей семь месяцев, а поступает как взрослый человек.
-Да Арвен ребёнок, но и она может обижаться. Пусть пройдёт пару дней. Ей столько уколов сделали, она ещё не оклемалась.
(К нас подошла медсестра и я отошла от двери.)
-У Арвен назначена капельница, могу зайти? (Спросила он и я кивнула.)
-Но она спит.
-Я сделаю через катетер, она даже не почувствует.
-Хорошо (Ответила и девушка зашла в палату, через пару минут в которой раздался дикий, хриплый плач Арвен...)
Продолжение следует.....