2
Ночь еще не отступила, но первые лучи солнца уже пробивались сквозь тяжелые облака, окрашивая небо в пепельно-розовые тона. Чонгук стоял на балконе, пальцы судорожно сжимали ограждение, будто он боялся, что земля уйдет из-под ног, если он разожмет руки. Ветер шевелил его темные волосы, но не мог смыть тяжесть в глазах.
Он не услышал, как подошла Ирэ. Она появилась словно из самого мрака, беззвучно, как тень. Их взгляды встретились - ее холодный, его опустошенный.
- Ты что, решил прыгнуть? - ее голос был резким, но в нем не было привычной ярости.
Чонгук усмехнулся, но звук вышел горьким.
- А тебе не все равно?
Она не ответила сразу, подошла ближе, остановившись в шаге от него.
- Мне нет дела до тебя. Но если ты размажешься по асфальту, это создаст проблемы.
Он повернулся к ней, и впервые за все время она увидела не злобного соперника, не монстра, каким он ей казался, а просто... человека. Его глаза были красными, лицо бледным, а в уголках губ дрожала невысказанная боль.
- Он был мне как отец, - прошептал Чонгук, и голос его предательски сломался.
Ирэ замерла. Она ненавидела его. Ненавидела за все, что он сделал, за то, каким он был. Но сейчас перед ней стоял не тот Чонгук, что издевался и смеялся. Перед ней был мальчик, потерявший последнее, что у него было.
- Я не знаю, каково это, но могу представить. - неожиданно для себя сказала она.
Он поднял на нее глаза, удивленный.
- Ты?
- Когда вы угрожали нам тем, что убьёте Чимина. Вот тогда. - Она скрестила руки на груди, но это был уже не жест защиты, а попытка удержать что-то внутри. - Я думала, мир рухнул.
Они стояли в тишине, и впервые между ними не было ненависти. Была только боль, общая и безмолвная.
- Зачем ты мне это говоришь? - спросил он.
- Потому что даже такие ублюдки, как ты, не заслуживают этого.
Он рассмеялся, и это был странный, хриплый звук.
- Спасибо. - вдруг произнёс он.
- За что?
- За то, что не стали сбегать и создавать проблемы.
- Не слишком радуйся. - как и прежде, холодно выдала она. - Считай это только для того, чтобы не опозорить Хегён
- Всё равно спасибо.
Она не стала отвечать, только отвернулась, но впервые за все время уголки ее губ дрогнули - не в усмешке, а в чем-то другом.
Ветер стих. Где-то вдали запела птица.
И в этот момент они оба поняли: что-то изменилось. Навсегда.
｡ﾟ☁︎｡⋆｡ ﾟ☾ ﾟ｡⋆⋆｡ﾟ☁︎｡⋆｡ ﾟ☾ ﾟ｡⋆⋆｡
День, как и вся последняя неделя, прошёл спокойно. Девушки не пытались сбежать, парни же, погруженные в свои мрачные размышления, ходили словно тени.
Золотистые лучи заката мягко стелились по саду, окрашивая листву в теплые оттенки янтаря. Рина сидела на широких деревянных качелях, слегка раскачиваясь, ее взгляд был устремлен вдаль - туда, где за высокими стенами особняка остался мир, в котором она была свободна. Ветер играл прядями ее волос, а пальцы сжимали канат чуть сильнее, чем нужно.
Тихие шаги нарушили уединение. Джейк подошел и молча опустился рядом, его обычно уверенная осанка сейчас казалась сломленной. Он не смотрел на нее, его пальцы сжали край сиденья, суставы побелели от напряжения.
- Тебе что-то нужно?- спросила Рина, но в голосе не было привычной колкости. Она заметила, как его глаза, обычно такие насмешливые, теперь были пустыми.
Джейк медленно выдохнул.
- Просто... не хотел быть внутри.
Он не стал объяснять, но она и так знала. Его дядя, несмотря на всю жестокость их мира, был для него важным человеком.
Рина замолчала, глядя на него исподлобья. Ненависть все еще жила в ней, но сейчас... сейчас он выглядел просто потерянным. Не мафиози, не похитителем - просто человеком, которому было больно.
- Ты выглядишь ужасно. - сказала она наконец, но без обычной язвительности.
Угол его губ дрогнул - что-то вроде тени улыбки.
- Спасибо, это очень поддерживает.
Она фыркнула, но не стала огрызаться. Качели слегка скрипели, их ритм был спокойным, почти убаюкивающим.
- Знаешь, если бы ты не был таким засранцем, я бы даже пожалела тебя. - пробормотала она.
Джейк рассмеялся - тихо, беззвучно, больше похоже на выдох.
- А если бы ты меня не ненавидела, я бы, может, и поблагодарил.
Они снова замолчали. Но теперь тишина между ними была не такой тяжелой.
Закат догорал, окрашивая небо в глубокие оттенки пурпура. И когда качели слегка качнулись, их плечи ненадолго соприкоснулись.
Никто из них не отодвинулся.
｡ﾟ☁︎｡⋆｡ ﾟ☾ ﾟ｡⋆⋆｡ﾟ☁︎｡⋆｡ ﾟ☾ ﾟ｡⋆⋆｡
Глубокая ночь. Особняк погружен в тишину, нарушаемую лишь тиканьем старых часов в коридоре. Минджу, не в силах уснуть, босиком спускается на кухню за стаканом воды. Ее тонкие пальцы сжимают хрустальный бокал, когда внезапно она замечает силуэт у окна.
Сонхун.
Он стоит, опершись о подоконник, его обычно насмешливый взгляд теперь пуст и устремлен куда-то в темноту. В руке он сжимает стакан с чем-то крепким, но, кажется, даже не притрагивается к нему. Минджу замирает. Она ненавидит его. Ненавидит все это. Но сейчас...
Он выглядит сломанным.
Она могла бы просто уйти. Не связываться. Но что-то заставляет ее сделать шаг вперед.
- Ты вообще спишь когда-нибудь? - ее голос звучит резко, но без обычной ярости.
Сонхун вздрагивает, поворачивается. Его глаза - темные, с тяжелыми тенями под ними - медленно фокусируются на ней.
- Не твоя забота. - отвечает он, но даже не пытается вложить в слова привычную колкость.
Минджу пьет воду, изучая его через край бокала. Она должна уйти. Должна. Но...
- Знаешь, если ты сейчас упадешь в обморок от усталости, мне все равно придется тебя тащить. - бросает она, отставляя стакан.
Сонхун хрипло смеется - звук невеселый, почти горький.
- Как мило с твоей стороны беспокоиться.
Минджу скрещивает руки на груди, но не уходит. Вместо этого она садится напротив него за кухонный стол, откидывая длинные волосы за плечо.
- Я не беспокоюсь. Просто ненавижу лишнюю работу.
Тишина. Затем Сонхун опускает голову, его пальцы сжимают стакан чуть сильнее.
- Он... был единственным, кто мог указать на верный выбор. - вдруг говорит он тихо, так тихо, что Минджу едва слышит.
Она замирает. Это... почти признание. Почти человеческое.
- Да, он же сказал нам пережениться всем. - неожиданно вырывается у нее.
Сонхун поднимает на нее взгляд.
- Что?
- Ничего. - Минджу отводит глаза, но потом все же добавляет. - Просто, кажется, он и правда был для тебя важным.
Она ждет взрыва. Насмешки. Но вместо этого Сонхун снова тихо смеется - и на этот раз в его глазах появляется что-то, отдаленно напоминающее тепло.
- Спасибо. Наверное.
Минджу фыркает, встает, чтобы уйти. Но на пороге оборачивается.
- И... спи уже. А то выглядишь ужасно.
Она исчезает в темноте коридора, оставляя его одного - но, кажется, уже не совсем разбитого.
А Сонхун еще долго смотрит в след, едва заметно улыбаясь.