#ЛюбовьНенависть. Книга 1

Гости

Дорога домой заняла совсем мало времени – пробок уже не было. Зато людей, вышедших погулять осенним теплым вечером, пусть уже и поздним, было достаточно. Кофейня, мимо которой мы проезжали, исключением не стала, и Влад предложил мне купить кофе. Я согласилась. На этот раз он взял мятный раф, а я – латте с кедровым сиропом. Мы поехали дальше – Влад решил, что доставит меня прямо до подъезда, а я не сопротивлялась.

После того как мы вышли из машины, он снова попытался поцеловать меня, но я снова отвернулась – сама не знаю зачем.

– Что-то не так, да? – мягко спросил Влад и нежно коснулся моей щеки. – Я обидел тебя?

Я покачала головой.

– Или это из-за воздушного шара? Не дуйся, я правда не знал.

– Не в этом дело, Влад, – вздохнула я.

– Тогда в чем дело? Вчера ведь все было хорошо.

– Мы слишком спешим, – сказала я. – И я немного теряюсь. К тому же есть человек, о котором…

Я хотела сказать, что есть человек, о котором я думаю, однако в этот момент Влад обнял меня одной рукой. Это было так неожиданно, что я инстинктивно оттолкнула его. И оттолкнула неудачно. Он умудрился пролить на себя остывший кофе, который держал свободной рукой. На его белоснежной футболке и кардигане, который я отдала, расползлись большие грязные пятна.

– Что сегодня за день, – процедил он сквозь зубы.

– О боже! – воскликнула я. – Прости! Я не хотела.

– Все в порядке. Это моя вина.

– Нет. Вот я дура! – Я полезла в сумочку за салфетками, думая, что, скорее всего, эта одежда стоит недешево, а я только что ее испортила.

Салфетки не помогли.

– Это нужно постирать, – заявила я, чувствуя вину. Как так получилось?

– Успокойся, Дарья, – отмахнулся Влад.

– Не успокоюсь. Идем ко мне. – Я не знала, что еще могу сделать.

– А твои родители? – полюбопытствовал Влад.

– Они сегодня на даче, – отмахнулась я, доставая ключи.

Спустя минуту мы были у моей двери.

– Если что, помни: я обычный человек из обычной семьи, – сказала я ему, несколько нервничая.

– Что ты имеешь в виду?

– Возможно, у нас дома не совсем привычная для тебя обстановка, – обтекаемо сказала я.

– Эй, Дарья. Что за слова? Перестань, – нахмурился Влад. – Я начинаю чувствовать себя полным идиотом.

– Это взаимно, – весело откликнулась я, открыла дверь, впустила его в квартиру и пригласила в гостиную, мысленно радуясь, что в ней прибрано, а на балконе не висит мое белье.

Влад с любопытством разглядывал наше с родителями жилище – наверное, в обычных домах он бывал редко. Однако я не видела на его лице пренебрежения, что меня безумно порадовало.

– Раздевайся, – велела я. – Сейчас все выстираю.

– А мне нравится твой приказной тон, – хмыкнул он.

Влад снял с себя кардиган, стащил футболку, обнажив крепкий торс, и я с удивлением увидела, что на его груди вытатуировано механическое сердце. Оно казалось настоящей раной – рисунок был выполнен умело.

– Что-то не так? – удивленно спросил Савицкий, понимая, что я таращусь на его грудь.

Я тут же опустила взгляд, и получилось так, что я смотрю на его довольно неплохой рельефный пресс. Влад не выглядел качком, однако тело имел весьма спортивное, поджарое.

– Интересное тату, – сказала я. – Оно что-то значит?

– Да. Все просто: разбитое сердце, – усмехнулся он и вдруг сказал: – Ты удивительная, Дарья.

– Я? Почему? – смутилась я.

– Девушки делали для меня многое, о некоторых вещах и говорить неприлично, однако мою одежду еще никто не стирал.

– Неужели ты стирал сам?

– Домработница, – пожал он плечами.

– Ой, значит, я для тебя девушка-домработница, – неожиданно хмыкнула я.

– Эй, ты не так поняла. Даша! Не обижайся.

Ответить я не успела – раздался звонок в дверь.

И кого это принесло? Родители точно на даче – мама написала мне сообщение, что они уехали, когда мы были в ресторане. И уж звонить в дверь родители точно не станут – у них есть ключи.

Я посмотрела в глазок и остолбенела. За дверью стоял улыбающийся Клоун, которому, наверное, надоело ждать, и он еще дважды нажал на звонок. Пришлось открывать.

– Чего тебе? – прошипела я.

– Какая гостеприимная девочка. Вообще-то, я видел, как тебя привезли. Поэтому решил забежать, – громко сказал Матвеев. – Помнится, я у тебя водку конфисковал, но решил, что ты была несправедливо обижена, и принес вино.

И Клоун жестом фокусника вытащил откуда-то бутылку игристого.

– Не надо мне ничего, – торопливо сказала я. – Матвеев, иди домой, а?

– Вообще-то, я пришел отметить с тобой начало учебного года, Дашка. Закажем пиццу, – заявил он, не подозревая, что я не одна.

– Я люблю грибную, – раздался голос Влада. И он вышел из гостиной в одних лишь джинсах.

Матвеев уставился на него с некоторым недоумением, явно не понимая, откуда тот взялся в моей квартире, и почти тут же это недоумение переросло в холодную ярость.

– А я люблю отбивную из красавчиков. Откуда ты здесь взялся, мажорик?

– Вообще-то я не отвечаю на глупые вопросы, но для тебя сделаю исключение, – оскалился Влад. – Приехал с Дарьей.

– Вот оно что. А теперь уезжай. Без Дарьи, – отозвался Матвеев и вдруг широко улыбнулся, как будто взяв себя в руки.

– Это приказ? – холодно осведомился Влад.

– Это совет. Дружеский, – похлопал его по обнаженному плечу Даня. – Какой-то ты потный. Нервничаешь из-за девушки?

– Нервничаю, что ты помешал нам, малыш. Выметайся и не мешай!

– Мальчики… – Но они меня просто не слышали.

– А то что? Ты заплачешь? – глумливо спросил Даня.

– Тупой? У нас свидание. – В голосе Влада появилась сталь.

– И что? Я не помешаю, – рассмеялся Матвеев. – Ты, кстати, оденься. Смущаешь меня.

Он попытался пройти, но Влад не дал ему этого сделать – схватил Клоуна за плечо. И отпускать явно не собирался. А Матвеев тут же занес руку, явно сдерживая себя из последних сил. Костяшки его пальцев, сжатых в кулак, побелели.

– У тебя есть три секунды, чтобы убрать руку. Иначе врежу, – предупредил он. Холодная ярость снова проступила на его красивом лице.

– Тронешь – можешь прощаться со спокойной жизнью, – ответил Влад. В его кофейных глазах тоже было бешенство, впрочем хорошо контролируемое.

Атмосфера накалилась до предела. Уже в третий раз эти двое были на грани драки. И мне снова пришлось вмешаться.

– Быстро прекратили! Устроите побоище в моем доме – уничтожу обоих. Что вы затеяли? Думаете, приятно на это смотреть?

– Извини, не хотел тебя обидеть, – покаялся Влад и нехотя убрал руку, а Даня опустил зажатый кулак. И широко мне улыбнулся – ярость снова куда-то пропала.

– Прости, лапушка.

– Кто-кто? – ушам своим не поверила я. – Лапушка? Это от слова «лопух», что ли?

– От слова «лапа, лапочка», – закатил он глаза.

– Так звали Ленкиного пуделя, – вспомнилось почему-то мне.

– Комплименты на грани убогости, – фыркнул Влад.

– Убогость у нас здесь только одна, и это ты.

Даня прошел в гостиную, что-то весело насвистывая. На ходу он вручил Савицкому бутылку, и тому от неожиданности пришлось ее взять. Выражение лица его при этом было таким, будто его окатила грязью телега. Подозреваю, Влад хотел кинуть эту бутылку прямо на пол, но, понимая, что я буду, мягко говоря, не в восторге, делать этого не стал.

Я, честно говоря, не знала, плакать мне или смеяться. Что вообще происходит? Матвеев так ревнует или в очередной раз демонстрирует мне свои шуточки? Хотелось верить в первое.

– Извини, – сказала я тихо Владу, который явно был недоволен из-за вторжения Дани.

– Все в порядке.

– Не в порядке. Сначала шар, потом кофе, теперь Клоун… Я приношу тебе несчастья, – рассмеялась я невесело.

– Зато ты спасла меня от паука. – Влад снова взял меня за руку и крепко сжал. – Будешь моим героем.

В это время из гостиной выглянул Матвеев. Увидев нас, он скривился, как будто бы съел что-то очень кислое и слегка протухшее. Но ничего не сказал, а бодро направился в кухню – в нашей квартире он ориентировался превосходно.

– Я уже заказал пиццу! – прокричал он оттуда.

Я вздохнула. Наверное, нужно было его выпроводить, но я не могла сделать этого. Более того, его визит принес мне странное чувство облегчения.

– И часто он приходит к тебе? – спросил Влад. – Ты же говорила, вас ничего не связывает.

– Ничего. Просто он у нас немного… особенный… – И я в шутку покрутила у виска пальцем. – Не обращай внимания. А твои вещи скоро высохнут. Хочешь, я дам тебе свою футболку? – Мой взгляд снова упал на его обнаженные плечи и грудь – странное тату на бледной коже завораживало.

– Все в порядке, не суетись, Даша, – ответил Влад и поймал мой взгляд. – Нравится?

– Необычно, – призналась я.

Влад вдруг поднял мою руку, которую продолжал держать в своей, и прижал к груди – прямо к механическому сердцу. На самом деле со стороны это такая глупость – коснуться мужской груди, но в этом жесте, в этом прикосновении к татуировке было что-то столь интимное, что я растерялась. Что вообще происходит? Это что, борьба за мое невероятное внимание?

В это время мимо нас снова промаршировал Даня, прежде чем я успела вырвать руку из пальцев Влада.

– Плохо грудную группу прокачал, – заметил Матвеев, нехорошо глядя на Савицкого. – Попробуй отжимания на брусьях. А потом показывай девчонкам.

– Предпочитаю прокачивать мозги. Если ты, конечно, знаешь, что это такое, – ответил ему Влад раздраженно. – Ты тоже попробуй, например, выучи таблицу умножения, – похоже, он воспринимал Даню как тупого спортсмена.

– Слушай, ты… – вскипел тот.

– Хватит! – пришлось вновь прикрикнуть мне. – Пожалуйста. Ребята, вы у меня дома, и если вы меня уважаете, ведите себя прилично. За мной.

С этими словами я повела парней в гостиную, чувствуя себя глупо. Я рассадила их в разные концы дивана, а сама с ногами забралась в кресло, наблюдая за гостями.

Влад снова стал с любопытством разглядывать комнату. А Даня поставил на журнальный столик бутылку и бокалы. Два бокала. Видимо, для меня и для себя. Влад это тоже заметил и хмыкнул. А я немного разозлилась: Матвеев так решил унизить моего гостя? Детские выходки. Впрочем, Влада было нелегко смутить. Он взял в руки бутылку игристого и повертел в руках с видом знатока.

– М-м-м, никогда не пробовал настолько дешевое пойло. Дарья, может быть, я закажу что-то…

– И не попробуешь, – резко оборвал Даня, вырывая из его рук бутылку. – Максимум, что я могу тебе налить, – воду на пол.

– Я все еще тут, – помахала я им. – Матвеев, разливай свое вино. Сейчас вернусь.

И я пошла за третьим бокалом, надеясь, что эти двое ничего не сделают друг другу за те полминуты, которых меня не будет в гостиной. Когда я вернулась, Матвеев тоже был без футболки – она висела у него на загорелом широком плече. Теперь в моей гостиной сидели сразу двое полуобнаженных парней. И, надо заметить, красивых – каждый по-своему.

Огонь против льда. Камень против железа. Серые глаза против карих глаз. В общем, два дурака. Но дурака, на которых приятно смотреть.

– А с тобой что? – спросила я Клоуна удивленно.

– Стало жарко, – нахально сообщил он. – Может, и ты присоединишься?

Влад недовольно на него глянул.

– Ты не мог бы сделать одолжение и заткнуться? – попросил он.

– А ты не мог бы свалить? Я хочу пообщаться с Дашкой, а не с тобой.

– А я хочу, чтобы вы вели себя нормально, – устало сказала я, чувствуя себя воспитательницей в детском саду. – Матвеев, оденься.

– Ему можно ходить без майки, а мне нет? – нахмурился Даня.

– Влад пролил на себя кофе, – поведала я. – А я стираю его одежду.

– И всего-то? – обрадовался Клоун. – Черт, а я-то думал…

Пока Влад не видел, я пнула Матвеева по ноге. Что он там думал, извращенец?

– Тебе не идет думать, – заметил Влад.

– А тебе не идет существование, но я же молчу, – широко улыбнулся Даня. – Дашка, не смотри на меня так! Мы не ругаемся, просто ведем беседу. Так, надо вино открыть. Чувак, если я тебе в глаз попаду пробкой, ты не думай, что я со зла. Просто предчувствие у меня какое-то плохое…

– Он действительно особенный, – делая вид, что не замечает Матвеева, сказал Влад, обращаясь ко мне. Даня хмыкнул, но ничего не сказал. Он умело открыл игристое и разлил его по бокалам под моим пристальным взглядом.
– Давайте выпьем за то, чтобы каждый из нас нашел свой путь, – провозгласил Даня. – А ты, чувак, нашел путь из этой квартиры куда-нибудь подальше.

– Я тебе прямо сейчас направление подсказать могу, – живо отреагировал Влад. – Только намекни.

– Начинается, – свела я брови и сделала маленький глоток вина – оно оказалось прохладным и приятным на вкус.

– Лучше, чем водка? – насмешливо спросил Даня.

Я вспыхнула.

– Вообще-то я не пью.

– Да-да, я помню.

Влад к игристому едва притронулся – сделал глоток и поставил бокал на столик. Даня, впрочем, тоже не пил. Мне вообще показалось, что вино было лишь поводом зайти ко мне домой. И теперь Матвеев с легкой душой что-то рассказывал, то и дело задевая Влада. А потом и вовсе уселся рядом со мной – так близко, что наши предплечья соприкоснулись. Савицкому это не нравилось. И я, чтобы не вызывать конфликта, отодвинулась от Дани, хотя, надо сказать, его близость будила во мне волнение.

Когда в домофон неожиданно позвонили, я вздрогнула. И Влад, не отрывающий от меня взгляда, тоже.

– А вот и пицца! – обрадовался Даня и вскочил с места. – Сиди, Дашка, сам открою.

– Пытается показать, что он здесь хозяин. – Узкие губы Влада тронула улыбка. – Забавно.

– У Дани просто своеобразное чувство юмора, – отмахнулась я, порядком устав от этой ситуации.

– Я бы сказал, своеобразное чувство ревности, – усмехнулся Савицкий. – Он очень тебя ревнует, Дарья. И надеюсь, что не зря.

Минута – и Даня появился в гостиной с двумя коробками, в которых лежала горячая пицца. Проходя мимо Влада, он сделал вид, что плюнул ему на волосы, и я украдкой постучала пальцем по лбу, говоря ему: «Ты что делаешь?» Матвеев лишь обаятельно улыбнулся.

Это был самый странный ужин в моей жизни. Я и два полуобнаженных парня, каждый из которых по-своему нравился мне, сидели в гостиной, ели пиццу, пили колу и… молчали. Стоило мне завести разговор, как они начинали в буквальном смысле нарываться на драку друг с другом. А стоило обратиться с вопросом к кому-то одному из них, как второй начинал демонстративно молчать. Еще мне нравилось словно невзначай касаться Влада, мило улыбаться ему и всячески показывать свое расположение. Возможно, это было неправильно, но Матвеев начинал реагировать на это. Он злился. А я – радовалась.

Когда-то давно мне было больно видеть его полуобнаженного рядом с Каролиной. И теперь я могла только тонко улыбаться, понимая, что он сам находится на моем месте. Зато была довольна моя внутренняя бабушка. Она, как когда-то давно, с умилением наблюдала за тем, как Данечка кушает, и неодобрительно косилась на Влада, который ограничился одним куском – куда больше ему нравилась кола.

После ужина я выдала Владу его одежду, чистую и сухую. Он оделся и понял, что все-таки наше свидание пора заканчивать, а потому стал прощаться. Даня уходить не хотел, но я и его заставила пойти домой.

– Это был чудесный вечер, девочка моя, – сказал Влад, обнимая меня на прощание.

– Да, спасибо за него, – улыбнулась я.

– Сейчас стошнит, – пробурчал Матвеев, и мне вдруг показалось, что я снова вижу того самого мальчишку, который меня донимал весь сад и почти всю школу.

Они ушли. И я, закрыв дверь, прислонилась к стене. Что это вообще было? Девчонки упадут, когда я расскажу им. Я улыбнулась, чувствуя себя вдруг нужной и почему-то красивой. Внимание двух таких парней неплохо поднимало самооценку.

– Ты все-таки классная, – сказала я своему отражению в зеркале, что висело в прихожей.

Отражение лишь улыбнулось в ответ.