16 глава.
Мужчина поднимается с дивана, параллельно закуривая сигарету. Медленным шагом он направляется ко мне, все остальные наблюдают. Мельком я бросаю взгляд на Громилу, на лице которого до сих пор остались ссадины. Он улыбается.
Сейчас и приходит осознание, что я нужна ему совершенно не из-за братика киношника, а из-за своих потребностей и того самого кольца, ангара и прочих других глупостей, что я совершила по малолетке.
– А ты изменилась, малышка. Даже тише стала, больше не шумишь так сильно, я смотрю, - он все ближе и ближе, взгляд его всё радостнее и радостнее, – как всегда, в тебе совершенно нету страха, Васнецова. После всего вытворенного, я б на твоем месте упал в ноги и просил прощения.
Мои глаза округлились, я опустила глаза в его ноги и туда же плюнула в следующую секунду
– Хуй там!
Он рассмеялся.
– Дурёха ты, скелетик.
– Твою мать, не называй меня так! Ты знаешь, что меня бесит это!
Он вновь смеется.
– Ты не в том положении, чтоб сейчас высказываться.
– Как раз таки в том, если вы что-то сделали с моей сестрой.
Он медленно оборачивается к младшему брату и кивает на него, тот кратко отвечает: нет, ничего не делал. Я слегка успокаиваюсь, но все равно не верю. Слишком долго она тут пробыла, часа два или три.
– А здание это помнишь? Помнишь, как ты здесь убила мою маму?
И тут меня окончательно накрывает. Все воспоминания тут же всплывают в подробностях, глаза становятся стеклянными, там накапливаются слёзы. Грех, который я так долго ношу, о котором я пытаюсь забыть, вспоминается вновь. Становится тошно, отчего я слегка скручиваюсь. Я кладу руки на коленки, пытаюсь восстановить дыхание.
– Да, тебе больно, сучара мелкая. И твоей сестренке будет также больно, и тебе будет также больно. Я тебя убью за всё, что ты мне сделала. Я буду убивать тебя медленно, и ты никуда не убежишь, понимаешь? Ты будешь реветь также, как ревел я.
Я выпрямляюсь в спине, сталкиваюсь взглядами с Козырем.
– Хочешь сказать, ты ни в чем не виновен? Не ты ли убивал ли моих подруг, а всё это скидывали на суицид? А знаешь, почему суицид? Ты их доводил до суицида, доводил тем, что насиловал каждую по очереди. Я больше не общаюсь с женским полом, скитаюсь в трущобах, вступаю в глупые драки и просто гублю свою жизнь... Я скатилась в эту дыру из-за тебя. А смерть твоей матери... Она заслужена, Тигран.
В следующую секунду я ощущаю, как моя щека начинает гореть от звонкого леща мужчины.
– Твоя смерть будет заслуженной, скелетик.
Готовься скидывать штанишки.
Вдруг, сзади раздаётся шум.
– С себя готовься скидывать штанишки, ублюдок, - раздаётся монотонный голос Турбо.
Я не оборачиваюсь, продолжаю смотреть на Козыря, глаза которого максимально расширились. На моей лице появляется ухмылка, и вид своего шока я не подавала. В следующую секунду были слышны хлопки, но я как в тумане, молча прикрыла глаза, стоя в углу. Универсамовские налетели, а те не собирались отступать и давай отпор. Всё было сложно, ведь и те и те сильные, но преимущество универсамовских - ломы, дубинки и прочее. Люди Козыря же брали всё то, что попадется им под руку. Сам Козырь дрался с Турбо.
Все перемешались, и я пыталась найти лишь Турбо, который будто пропал из зала. Но нет, я нашла его аж в самом конце зала.
Как же они туда перебрались за считанные секунды? Что происходит? Всё не унималось это в голове, а пистолет в моем кармане был ещё привлекательнее.
Я сжимала его в руке, ожидая применения.
И вот, тот самый момент. Поворачиваю голову вправо, и на меня летит какой-то амбал с табуреткой в руке.
– Пизда тебе сука, - выкрикивает он, но тут же складывается от пули в ноге. Выстрел раздался громко, все тут же обратили на меня внимание, – тварь конченная, откуда у тебя, сука, пистолет...
– Откуда? - шепчет Турбо, но тут же все понимает.
На рукоятке небольшим шрифтом было написано «Туркин».
– Лиза где? - я смотрю на Козыря, который уже хлебался кровью, валяясь на холодном полу. Я подошла ближе, держа перед собой пистолет, – где моя сестра, милый?
Турбо вскидывает брови вверх, а тот смеется, глотая очередную порцию своей же крови.
Кудрявый не сдерживается и вновь прописывает ему удар. Я тут же подбегаю к Валере, хватаю его руку и нежно поглаживаю, проговаривая успокоительные слова.
– А вы неплохо смотритесь, но трахать-то её буду я...
Турбо вновь не сдерживается и проходится несколько раз по его лицу. Тот закрывает глаза намертво.