7 глава.
И вот, ещё несколько ударов и мужик лежит, без сознания. Девушка громко плачет, к её ногам плывёт кровь, отчего хочется кричать.
Звуки утихают, и девушка замолкает, приподнимает голову. Помада размазана, тушь растеклась, а глаза красные.
– С вами всё нормально? - спрашивает Вова, а другой рукой придерживает Турбо, дабы тот не добил до смерти паренька.
– Он... Он говорил, что из меня вафлёршу сделает...
Слова ей давались максимально тяжело.
– Говорил, что я грязной буду... А я просто отказалась с ним знакомиться! - с расстановкой, с всхлипами.
Турбо тяжело дышит, наши бешеные взгляды пересекаются. Сердце колотится с неимоверной скоростью, успокоится не получается, хотя главная проблема ушла. Пришла другая. Глазами метаюсь к мужику, и вижу, вижу его разбитый нос и бровь. Понимаю, что лучше бы не врала, тогда бы он не выглядел так ужасающе.
– Зачем ты его так? - смотрю в зелёные глаза парня.
– Ты это говоришь так, будто бы тебе его жалко, - грубым тоном.
Я прикусываю нижнюю губу, ведь правду глаголет. Мне совершенно не жалко его.
– Ну вот и всё.
Перевожу вновь взгляд на девушку, которая уже стояла на ногах. Она бормотала себе под нос «спасибо», а сама поднималась наверх.
Понимая, что помощь уже не нужна, а дискотека идёт, я развернулась на пытках и шагнула прочь.
Захожу в Дом Культуры, на ходу снимаю куртку и отдаю гардеробщице. В ушах отдается песня Ласкового Мая, освежая память предыдущих тусовок. Всё было настолько сладко и весело, что я попросту забывалась, но всё это было с сестрой. Сегодня же её рядом нет, и, фактически я одна.
– Ладно, похуй, ехала, - бормочу под нос и направляюсь к бару.
Начинаю подниматься в главный зал, как меня перехватывают. Я резко дергаюсь назад, чуть ли не падаю и вижу перед собой знакомое татарское лицо. Марат.
– Кутак баш! - восклицаю от испуга, отхожу и мальчишка отпускает руку, – зачем так дёргать? По шапке давно не получал?
Потираю запястье.
– Получал. А сестрёнка твоя где? Почему одна, Марта?
– Тебе какое дело? Этот придурок опять хочет её трахнуть или чё?
Марат смеется, но быстро замолкает, видя мой серьёзный взгляд.
– Я просто спросил, думал, позвать тебя с нами потанцевать, - кивает в центр зала, где видна кучка универсамовских.
Я отрицательно качаю головой.
– Я сюда пришла расслабиться, - ухмыляюсь, а затем разворачиваюсь.
– Значит нет?
– А ты с первого раза не понимаешь? - грубо.
– Всё понял. Ладно, ещё встретимся! - улыбкой провожает меня мальчишка.
Я скрываюсь при первой же возможности, подхожу к бару и беру первый коктейль. Здесь с напитками строговато - до 18 алкогольные не продают, лишь лимонад сунут, но когда тебя знают - живётся легче. Первый стакан, потом вооой, третий и четвертый... Через часа полтора я сбилась со счёту, а в глазах было мутно. Музыка стала отдаваться неким эхом, давая мне понять, что я хорошо опьянела.
Оборачиваюсь на толпу, наблюдаю, как круги смыкаются и расходятся под ритм музыки.
Даю двадцать копеек, выпиваю последний стакан и поднимаюсь на ноги. Петляю по коридору до туалета, иду по памяти, ведь в глазах всё плывёт достаточно хорошо. Опускаю голову, останавливаюсь и упираюсь ладонью об стену. Стою так пару секунд, а затем выпрямляюсь, но голову поднять трудно. Иду, натыкаюсь на чью-то грудь.
– Ой, - выдаю.
– О! Какие люди, - усмехается парень.
Я тут же узнаю этот голос, поднимаю голову и вижу в сантиметрах пятнадцати от меня лицо Турбо. Я могла разглядеть каждую частичку его лица, но мои глаза не отрывались от его.
– Ты чё, здесь, забыл? - с расстановкой, тяну слова.
– Отдыхаю, а ты я вижу, уже готовая, да? - вновь усмехается.
– И что? Трахнуть хочешь, да?
Он смеется, кладёт ладонь на мою шею.
– Секс может помочь тебе отрезветь, дабы мамка не запалила. Считай это за причину для...
– Рот закрой! - восклицаю, тянусь назад, но он ставит меня на место, ухватывая сильнее за шею, – трахаться я с тобой не собираюсь! И нету у меня мамки здесь!
Парень удивляется, ослабляет руку, а затем убирает.
– Не знал, миледи.
Я издаю тошнотный звук, отпрягаю от парня и направляюсь в туалет.
Лиза аккуратно заходит в палату, оглядывает пациента. Спит. Она медленно прикрывает за собой скрипучую дверь, дабы не разбудить, а затем делает пару шагов вперёд и садится на стул. Смотрит на настенные часы, и понимает, что пора будить на перевязку.
На его груди лежала рука, Лиза уложила свою ладонь на его. Он морщится, хватает её ладонь и сильно сжимает. Шакир что-то бормочет себе под нос, Лиза не может расслышать, лишь ощущает боль. Первая попытка отдернуть руку оказалась неудачно, парень сжал её сильнее. Вдруг, он резко открывает глаза. Красные глаза.
– Лиза? - удивлённо, – О Аллах, что я сделал! Больно?
Лиза плывёт в улыбке. Его голос её успокаивает и радует, отчего она на несколько секунд теряет дар речи. Парень отпускает руку, берёт её с легкостью и нежность, и гладит бледную кожу, которая слегка покраснела.
– Не больно, - врёт она, – тебе нужно голову перевязать, а ногу пока рано.
Парень улыбается. Он, наверное, впервые видит такую нежную и добрую девушку.
В его сердце будто начинает таять огромная льдина.
Лиза берёт себя в руки, а затем и бинт. Она аккуратно снимает старую повязку, проходит глазами по ссадинам. Уже лучше. Блондинка начинает накладывать новый бинт, медленно перевязывает голову, а затем завязывает два кончика.
– Готово, - радостно.
Я захожу домой, в глазах всё также плывёт. Ели ощущаю чью-то руку на своём локте, иду по коридору, а затем захожу в свою комнату.
Меня наконец-то отпускают, и я присаживаюсь на кровать, опуская вяло руки, выпрямляю ноги. Зеваю, а затем поднимаю голову. Разглядываю лицо Марата, а за ним стоит парень повыше. Лысая макушка торчит.
– О-о! - тяну, – Ваха, ты чтоли? Когда вновь в одном кабинете окажемся?
Пьяная ухмылка сверкает на лице.
– Ещё чуть-чуть и оказались бы прям там. Тебе семнадцать, а время пол 12 ночи, блять.
Всё проходит мимо ушей. Я стягиваю лямки платья, недовольно смотрю на парней. Они понимают и выходят из комнаты, закрывают дверь. Продолжаю раздеваться. Ложусь, укрываюсь.
Зима облокотился спиной об стену, смотрит куда-то вдоль коридора. Марат задумчиво выглядит, тоже глядит в одну точку.
– Нормально, конечно, она того мужика хлопнула, - резко прерывает тишину малый, посмеивается.
– Да пиздец, потом не хочу сидеть из-за неё в ментовке. Ножа хватило мне, - вспоминает Зима, достает пачку сигарет и начинает считать, сколько штук у него осталось, – она уснула? Проверь.
Марат встаёт на цыпочки, приоткрывает медленно дверь. Видит укрытую брюнетку, лишь стопы торчали.
– Спит.
– Ну всё, пошли отсюда.
– Стоп! - останавливается Марат.