4 глава
Следующая встреча.
На второй сеанс Антон пришёл один. Мать буркнула что-то про «бесполезную трату времени», но дала ему деньги на такси.
Арсений встретил его всё той же тёплой полуулыбкой.
— Рад, что ты вернулся, — сказал он, жестом приглашая сесть. — Как прошедшая неделя?
Антон неуверенно пожал плечами.
— Тяжело. Мама… она всё время будто ждёт, что я «одумаюсь».
— А ты? Ждёшь этого?
— Нет, — ответил он неожиданно резко для себя и тут же смутился.
— Хороший ответ, — Арсений одобрительно кивнул. — Значит, ты начал принимать себя. Это важно.
Они говорили о школе, о друзьях, вернее, об их отсутствии — Антон давно замкнулся в себе, говорили о страхе быть отвергнутым. И чем дольше длился разговор, тем больше Антон ловил себя на мысли, что ему… нравится здесь. Нравится, как Арсений слушает, не перебивая. Как его голос звучит мягко, но уверенно.
— Ты часто краснеешь, когда говоришь, — вдруг заметил психолог.
Антон почувствовал, как жар разливается по щекам.
— Вот именно сейчас, например.
— Это… я не знаю.
Арсений засмеялся — тихо, без насмешки.
— Ничего страшного. Просто интересно наблюдать.
Их взгляды встретились, и Антон быстро опустил глаза. В животе предательски ёкнуло.
После сеанса.
— До следующей среды? — спросил Арсений, провожая его к двери.
— Да… спасибо.
Антон вышел на улицу и глубоко вдохнул холодный воздух. Он чувствовал себя странно — будто что-то внутри него сдвинулось, освободилось.
А ещё он ловил себя на том, что думает не только о словах психолога, но и о том, как тот поправлял очки, как смеялся, как смотрел на него…
"Это просто благодарность", — убеждал он себя.
Но где-то в глубине души уже знал, что это не так.
Антон прижал ладонь к груди, будто пытаясь унять учащённое сердцебиение. Он стоял перед зеркалом в ванной, тщательно разглаживая складки на тёмно-синем свитере.
«Зачем я так стараюсь? Это же просто сеанс у психолога», — мысленно корил он себя, но всё равно провёл рукой по волосам, поправляя непослушную прядь.
Мать ушла на работу, хлопнув дверью и бросив: «Чтобы к моему возвращению ты был дома!» Её холодность больше не резала так остро — последние недели терапии научили его дышать глубже, пропускать яд мимо сердца.