Глава 23
Эстер
В закрытом помещении без часов и привычного режима дня, совершенно теряешь счёт времени. Мы с Анной и Мирандой, мы сидим тут примерно два дня. Я делала все, чтобы малышка не так сильно переносила заточение. Ведь кроха не знала вообще что такое сидеть в заточении, как в принципе и я. По рассказам Миранды, она тут сидит примерно две недели, если не больше.
Наша комната, или как называют её люди Самуэля «темница», представляла собой темную обшарпанную комнату с дырками в стене. Из-за влажности и отсутствии вентиляции, здесь было невыносимо душно. Солнце светило через окно, придавая помещению ещё более сильную накалённость. А вот когда солнце заходило, под окошком можно было почувствовать ветерок, от которого становилось легче.
Мы с Мирандой сделали себе солнечные часы, чтобы примерно понимать, какое сейчас время. Поставив палку и нарисовав примерно цифры времени, мы смотрели когда наступает день и ночь.
Кормили нас три раза в день, а могли то и два. Приносили нам переваренную перловку и кусочки хлеба. Пили мы только из нашей уборной, которая была ржавая и с неприятным запахом.
Малышка постоянно очень громко плакала, за что я очень сильно получала. Ссадины, которые были на лице, все снова и снова кровоточили. Били меня ещё и по телу. Там оставались гематомы.
Два дня заточения длились очень долго. И мы не думали что дальше будет только хуже. На третий день, утром к нам пришли Самуэль и его солдаты. Мне сказали выйти, к счастью Анну не трогали. Я поправила Миранду присмотреть за Анной, пока меня не будет.
- Сейчас пообщаешься с моим сыном. – проговорил Самуэль не поворачиваясь ко мне.
Меня отвели в какое-то помещения. Оно было светлое, чем то, в котором мы сидим. Дорогая мебель очень хорошо вписывалась в этот интерьер. Посередине комнаты стоял стол и стулья. На одном из них, спиной ко мне, сидел до боли знакомый силуэт. Обойдя его, я увидела Даниэля. Мой шок и радость смешались воедино. Даниэль стал и одолев расставание за два шага, обнял меня. Обнимал и шептал как он скучает и переживает за нас. Я обняла его в ответ и начала плакать. Слезы текли ручьем, оставаясь на белой рубашке Даниэля. Отстранившись от меня, он взял мое лицо в руки и посмотрел в глаза.
- Я скучаю за вами, — проговорил он и аккуратно поцеловал меня. Такой долгожданный и такой нужный поцелуй.
- Мы тоже скучаем за тобой, любимый, — отстранившись от него говорю я. – Ты пришел нас спасти?
- К сожалению нет. Но мы ищем все способы как вытащить вас отсюда, — говорит он и гладит мои щеки на которых остаются синяки.
– А где Анна? Как она?
- С крохой все хорошо, но она очень много плачет. Она сейчас осталась с одной девушкой в подвале и скажу тебе одно, эта девушка очень хорошая.
- Я верю тебе, что эта девушка хорошая. – говорит он и мы слышим как открывается дверь. Повернув голову на звук, мы увидели бывшую жену Даниэля. Эмбер, с улыбкой на лице подходит к Самуэлю, кладет руки на его плече и произносит:
- Ну что папа, как они тут? – спрашивает она и тут у нас появляется шок. Эмбер дочь Самуэля? То есть, Эмбер и Даниэль были братом и сестрой?
- Как это твой отец? У тебя был другой отец? – отойдя от шока спрашивает он и отпускает мое лицо.
- Хах, ну да, был. Это все была постановка, чтобы подписать перемирие с тобой, — говорит она и начинает отходить от Самуэля, — мы специально все подстроили, чтобы выйти на твою прекрасную Эстер и забрать её. Чтобы ты почувствовал боль, котор ты причинил отцу.
- То есть, я все это время, был женат и спал с сестрой?
- Да, Даниэль. И поверь, я не очень хотела развода. Я тебя полюбила по-настоящему. А ты, променял меня на нее. Чем она лучше меня? Чем? – говорит она и подходит ко мне.
Чувствую как меня берут за руки. Перевожу взгляд на Даниэля и вижу что его удерживают. Ощущаю удар в живот. От боли я закричала. Эмбер не жалея силы, наносила удары один за другим, я потеряла надежду, что выживу. Самуэль стоял возле Даниэля, держа его лицо и показывая что со мной творят. Даниэль что-то говорил, но я не могла понять. Все было не понятно, расплывчато. Я думала сейчас только о малышке, да, голос Даниэля не давал мне потерять связь с реальностью. Но Анна, была в моих мыслях. Если я умру, что сделают с крохой? Нет, я не умру, я буду сильной для неё.
По приказу Самуэля, Эмбер перестала меня бить и его люди меня отпустили. Я упала на пол с дикой болью в теле, не могла даже пошевелиться. Боковым зрением вижу что ко мне подходит Самуэль. Он задирает мою кофту и показывает Даниэлю мое изуродованное тело.
- Это тебе сын мой предупреждение, о том что время тик-так. – говорит он и отпускает край моей кофты.
Даниэль все это время смотрел на меня, с жалостью в глазах. Сейчас я выглядела жалкой и я это знаю. Как только Даниэля отпустили, он подбежал ко мне. Хотел помочь в стать, но резкая боль в области живота дала, о себе знать.
- Боже, прости меня лисёнок. – говорит он и гладит меня по голове.
- Не извиняйся, я сама виновата, что решила поехать сюда. Я тебя прошу одно, попытайся вытащить нас любой ценой. И мы тебя очень сильно любим. – шепотом говорю я и неожиданно получаю ногой в живот. Острая боль, снова окутала меня.
Меня подняли с пола и потащили опять в нашу «темницу». Сейчас я была бессильна, и только по этому я приняла помощь мучителей. К сожалению, на моем лице появились новые ссадины, которые будет очень интересно рассматривать Анна. Я вообще молчу про тело, я не знаю как буду брать кроху на руки.
Я с трудом дошла до матраса, на котором сидела Миранда и спала Анна. Устроившись рядом, я прислонилась к стене и закрыла глаза. Миранда с шоком посмотрела на меня. Она хотела обнять меня, но я застонала от боли. Девушка виновато убрала руки.
- Прости, я не хотела. – говорит она, на что я немного улыбнулась.
- Миранда, все нормально, не извиняйся. Можешь мне принести кусок мыла и воду. Я хочу обработать свои синяки, пока кроха не видит. – говорю я, на что девушка кивает и идёт за мылом и водой.
Я смотрю на кроху и понимаю, что она не заслужила такой жизни. На её теле хоть и остались порезы и один синяк на ноге, но больше с ней ничего не делали. И это очень хорошо.
Миранда принесла все и поставила возле меня. Я оторвала кусок простыни и намочила его. Подняв кофту, я увидела что живот и бока были в сине-красных пятнах, которые скоро перейдут в синяки и гематомы.
Когда стемнело, мы с Мирандой и крохой легли спать. Девочки мигом уснули, а я не могла. Мысли были о Даниэле. Мы увиделись с ним спустя примерно два дня и я так сильно соскучилась за ним. Я ощутила на себе его руки и губы, которых так долго не было рядом. Его голос, глаза которые манили меня, его нежные и одновременно грубые руки. Как я боюсь больше его не увидеть. Если это будет так, то пусть хотя бы позаботиться об Анне и спасет её.