Глава 1.
Ангелина проснулась рано утром, когда первые лучи солнца пробивались сквозь занавески, рассыпая золотистый свет по комнате. Девушка потянулась, вдыхая свежесть нового дня, и, наконец, встала с постели. Подойдя к зеркалу, она взглянула на своё отражение.
Перед ней стояла довольно симпатичная девушка с русыми волосами, которые, словно солнечные лучи, мягко обрамляли её лицо. Она аккуратно провела рукой по своим локонам, и они блеснули, отражая утренний свет. Её голубые глаза, как два ясных озера, смотрели с любопытством и надеждой, полные мечтаний и загадок. В этот момент она поняла, что каждый день - это новая возможность, и ей предстоит открыть мир заново.
После расставания с её первой подростковой любовью прошло уже три года. Эти годы пролетели, как один миг, но оставили глубокий след в её душе. Она научилась справляться с горечью разрыва, наполняя свою жизнь новыми увлечениями и друзьями. А также жизнь в новом городе. Воспоминания о той первой любви всё ещё иногда всплывали в сознании, как нежный шёпот ветра, но теперь они стали частью её истории, а не её настоящего.
Расставание это всегда тяжело, особенно если это первая любовь. Каждую ночью она прокручивает в голове воспоминания о нем.
" - Нам нужно расстаться. - произнёс парень.
- Скажи,что ты шутишь. - нервно посмеялась Ангелина. - Ну что ты молчишь , Ваня , что значит расстаться?
- Понимаешь, я кажется не люблю тебя. - запнулся Киса. - Прости."
Ей сложно,очень сложно принять это. Принять то,что он больше не с ней. Успокаивает лишь то,что в этом городе она никогда не увидит его кудряшки,которые так любила трогать. Его карие глаза,которые всегда сверкали с ней. Три года назад началась новая жизнь,без него.
Pov. Ангелина
Мой увлеченный взгляд на отопление прервал звонок на телефон. Я подошла к тумбочке и заглянула в телефон. Мама. Не долго думая,я подняла звонок.
- Привет,мама. - сквозь улыбку произнесла я. Общаемся мы не так часто, родители постоянно на работе и времени на звонки у них нет.
- Привет, Линочка. - я услышала грусть в ее голосе.
- Мам,чего грустная то такая? Я соскучилась.
- Дорогая, ты можешь приехать в Коктебель? - все также с грустью говорит.
- В чем дело,ма?Что-то случилось? - озадаченно присела на кровать.
- Бабушке плохо, она хочет видеть тебя.
- Как плохо? Конечно,я приеду.
- Спасибо,дорогая. Мы будем ждать тебя.
Мы говорили ещё минут 10 , если на больше. Позже ее позвал отец и мы попрощались. Бабушка сейчас лежит в больнице, врачи говорят что был инсульт.
Вскочив с кровати я поплелась собирать свои вещи. Собрав все самое нужное, я начала листать рейсы в Коктебель,ближайший оказался через 3 часа.
Застегнув молнию на чемодане, я оглядела комнату в поисках чего-то забытого. Ключи, телефон, паспорт - все ли на месте? В голове метались тревожные мысли: не забыла ли я что-то важное? Сделав глубокий вдох, я решительно направилась к выходу, ощущая легкое волнение.
На улице утренний воздух был свеж и бодрящ. Такси домчало меня до вокзала быстрее, чем я ожидала. Внутри бурлил привычный хаос: спешащие люди, объявления, шум перекличек.
Я быстро нашла нужный поезд - темно-красный, с приглушенным светом в окнах. Сердце застучало сильнее. Поднявшись на платформу, я еще раз проверила билет и шагнула внутрь вагона. В нем пахло дорогой - легкий аромат кофе, чьего-то парфюма, старого дерева. Найдя свое место, я устроилась у окна, проводя взглядом спешащих мимо пассажиров.
Поезд вздрогнул, давая понять, что вот-вот тронется. Я закрыла глаза на мгновение, позволяя себе прочувствовать этот момент. Дорога началась. Меня не покидают мысли о бабушке, безумно страшно за нее.
Спустя четыре часа я наконец оказалась в Коктебеле. На перроне меня уже ждали родители. Мама первой шагнула ко мне, крепко обняла, поглаживая по спине.
- Наконец-то ты дома, - прошептала она, сдерживая слезы.
Папа молча взял чемодан и кивнул в сторону машины.
- Поехали, - сказал он, улыбнувшись.
Дорога домой была наполнена разговорами о том, как я доехала, как дела, как долго я пробуду здесь. Но мысли мои были далеко - меня пугало состояние бабушки,как она.
Когда мы подъехали, сердце замерло. Дом выглядел точно так же, как в моих воспоминаниях. Те же занавески на окнах, та же калитка, тот же запах родного двора. Я вошла внутрь, окинула взглядом каждую деталь. Все стояло на своих местах - будто время здесь остановилось.
Я молча отнесла чемодан в свою комнату и на секунду задержалась, вглядываясь в знакомый интерьер. Потом вышла в гостиную, где меня ждали родители.
- Пап, отвезешь меня в больницу? Я хочу к бабушке, - тихо сказала я.
Отец понимающе кивнул.
- Конечно, поехали. Она будет рада тебя увидеть.
Я взяла куртку и поспешила к выходу, чувствуя, как с каждым шагом тревога сжимает сердце все сильнее.
Добравшись до больницы, я быстро вышла из машины, ощущая волнение с каждой секундой всё сильнее. Внутри пахло стерильностью, лекарствами и чем-то неуловимо знакомым - запахом больничных коридоров, которые я когда-то уже знала.
Подойдя к стойке регистрации, я постаралась говорить уверенно, хотя голос чуть дрогнул:
- Здравствуйте. Скажите, могу ли я навестить Беляеву Надежду Петровну?
Медсестра подняла глаза от компьютера, быстро проверила что-то в базе и кивнула:
- Да, можете. Она в восьмой палате. Давайте, я вас провожу.
Я благодарно кивнула и пошла за ней по длинному коридору. Чем ближе мы подходили, тем тяжелее становилось на душе. Сердце стучало громко, а пальцы непроизвольно сжались в кулак.
- Вот и она, - сказала медсестра, остановившись у двери.
Я глубоко вдохнула, постаралась успокоиться и, толкнув дверь, шагнула внутрь.
Зайдя в палату,я увидела бабушку,которая смирно лежала на своей кровати. Я присела на стул и начала наблюдать за ней.
Я продолжала сидеть на краешке стула, вглядываясь в белые стены больничной палаты. Мое сердце было переполнено тревогой за бабушку, которая сейчас лежала под капельницей. С детства я обожала бабушку, она была для меня не просто родственницей, а настоящим другом и советчиком.
Каждое лето я проводила у бабушки в деревне. Мы вместе собирали ягоды, готовили пироги и вели бесконечные разговоры о жизни. Бабушка всегда знала, как поддержать и приободрить, её добрые глаза излучали тепло и любовь.
Сейчас, глядя на бабушку, я вспомнила, как мы сидели на старых качелях возле дома и бабушка рассказывала о своём детстве. Эти воспоминания согревали мою душу, но не могли унять тревогу за состояние бабушки.
Обернувшись я увидела доктора. Он подошёл ко мне и мягко объяснил, что бабушке предстоит длительное лечение. Я сжала кулаки, стараясь сдержать слёзы. Я знала, что должна быть сильной ради бабушки.
- Я люблю тебя,ба, - прошептала я. - Поправляйся скорее пожалуйста.
Поднявшись со стула я направилась к выходу. Покинув кабинет я поплелась к папе. По щекам стекают слезы, бабушка единственная кто меня понимал всегда.
***
Я и родители сидели за столом. Мы обсуждали многое,я рассказывала как освоилась в новом городе,а они с интересом меня слушали.
- Мам, я думаю я останусь,пока бабушке лучше не станет. - прожував кусочек мяса, произнесла я.
- А как же твоя работа? Неизвестно сколько выздоровление будет длиться.
- Плевать,уволюсь, - резко сказала я. - Все равно меня задрала эта работа.
- Если хочешь,ты можешь пойти ко мне в кафе работать. - произнес отец.
- Было бы славно, - сказала я и задумалась.
Мы дальше продолжали беседовать. Меня интересовал вопрос о Кислове, ведь моя мама в хорошие отношениях сего мамой. Не долго думая я решила все таки спросить:
- Мам, как там Ваня? - грустно посмотрела на нее. В ее глазах сразу появилось сожаление.
Мама на секунду замялась, опустила взгляд, словно не знала, как правильно подобрать слова. Затем тихо вздохнула и всё же начала говорить:
- Знаешь, после того как ты уехала... Ваня сильно изменился. Сначала держался, но потом... - она задумчиво покачала головой. - Стал вести не самый правильный образ жизни. Гулянки, алкоголь... Мне его мама жаловалась. Ему было тяжело, хотя он и не показывал этого.
Я недоверчиво нахмурилась, внутри всё перевернулось от неожиданности.
- Но... - я замялась, не веря услышанному. - Это же он был инициатором расставания! Разве не так?
Мама внимательно посмотрела на меня, её глаза были наполнены сожалением.
- Да, так... Но, видимо, он сам не осознавал, насколько будет тяжело без тебя, - грустно произнесла она. - Иногда люди совершают ошибки, а потом понимают, что назад дороги нет.
Я растерянно посмотрела в окно, переваривая услышанное. В голове не укладывалось: неужели Ваня действительно жалел? Почему тогда отпустил меня так легко? Тысячи вопросов крутились в мыслях, но ответов на них не было.
С тяжелыми мыслями я молча собрала посуду, стараясь не показывать своих эмоций. Голова была забита противоречиями, но разговор с мамой не выходил из головы.
Закончив, я устало выдохнула и, не говоря ни слова, поплелась в свою комнату. Казалось, что ноги сами несли меня туда, где можно спрятаться от этих неожиданных новостей.
Закрыв за собой дверь, я прислонилась к ней спиной и прикрыла глаза. Внутри бурлило столько чувств - удивление, растерянность, непонимание. Я пыталась собрать мысли в кучу, но чем больше думала, тем сильнее путалась.
Сделав глубокий вдох, я медленно подошла к кровати и тяжело опустилась на неё. Ваня... Кто бы мог подумать, что он так переживал?
Я взяла телефон, пару секунд колебалась, а затем всё же открыла чат с Хенком. Пальцы быстро забегали по экрану.
Я: Привет, Хенк. Я вернулась в Коктебель.
Сообщение отправилось, но ответа не было. Я взглянула на экран, потом убрала телефон в сторону, решив, что, возможно, он занят. Однако спустя пять минут устройство ожило серией уведомлений.
Хенк: Что?! Ты серьёзно?
Хенк: Когда? Как? Почему мне не сказала заранее?!
Я усмехнулась, представляя его ошарашенное лицо, и тут же набрала ответ.
Я: Приехала сегодня. Всё случилось внезапно, вот и не предупредила.
Едва я отправила сообщение, как он снова начал писать.
Хенк: Обалдеть... Ты хотя бы надолго?
Я: Пока не знаю. Всё зависит от обстоятельств.
Хенк: Нам срочно надо встретиться! Когда свободна?
Я задумалась. После всего, что я узнала сегодня, мне действительно хотелось с кем-то поговорить, особенно с Хенком. Он всегда умел поддержать.
Я: Давай завтра. Время скажешь ты.
Хенк: Отлично! Завтра в семь у бухты. Буду ждать!
Я улыбнулась, убирая телефон. Пусть день выдался тяжелым, но, похоже, завтра обещало быть легче.
Хенк всегда был особенным человеком в моей жизни. Формально - мой троюродный брат, но на деле намного больше. Он был тем, кто знал меня лучше, чем я сама, тем, кому можно было рассказать всё без страха осуждения.
Наши отношения всегда строились на честности и поддержке. Когда мне было плохо, он первым замечал и помогал, не задавая лишних вопросов. Когда я радовалась - радовался вместе со мной, иногда даже больше, чем я сама. Он умел слушать, шутить в нужный момент и находить правильные слова, когда их не было ни у кого.
А еще Хенк был нашим с Ваней общим другом. Именно он сводил нас вместе, именно он был свидетелем всех взлетов и падений наших отношений. Но после расставания он не встал ни на чью сторону - остался верным мне, хотя и продолжал дружить с Ваней.
- Ты же моя сестрёнка, пусть и троюродная. Думаешь, я тебя брошу? - сказал он мне однажды, когда я уезжала.
И он действительно не бросил. Даже на расстоянии поддерживал, писал, звонил. А теперь, когда я вернулась, он, конечно же, был первым, кому мне захотелось сообщить.
Я устроилась на кровати, снова и снова прокручивая в голове все, что произошло за день. Мысли путались, планы на завтрашний день уже четко вырисовывались в голове, но тревога не отпускала. В голове ещё звенели слова мамы о Ване, а оттого даже простые вещи казались сложными.
Я закрыла глаза, пытаясь успокоиться, но было трудно расслабиться. Вскоре, как-то незаметно для себя, я всё-таки погрузилась в сон. Усталость взяла свое, и мысли постепенно растворились, оставив только тишину ночи и покой моей комнаты.