#НенавистьЛюбовь. Книга 2

Почти девичник

- Отлично. Итак, для начала мы подписываем соглашение о полной конфиденциальности. На основе этого соглашения я выплачу пятьдесят процентов от обещанной суммы. Остальное - после завершения дела. Со своей стороны, вы обязуетесь выполнять то, что я вам говорю. Для начала я сниму для вас квартиру, чтобы создать иллюзию совместной жизни. Вам нужно будет сделать совместные фото - Люциферовы любят смотреть альбомчики и рассуждать о деньках минувших.

- Кто-кто? - заинтересовалась я.

- Лиферовы, - ухмыльнулся Стас. - Называю их Люциферовыми.

- Это даже круче, чем фамилия Владыко! - рассмеялась я. Смех был нервный.

- Владыко? Есть у меня один приятель, Владыко, - припомнил Стас. - Итак, что еще?.. Ах да, свадьба.

- Какая свадьба? - удивленно спросил Даня, до этого внимательно слушавший Стаса.

- Ваша, не моя же, - отозвался легкомысленно Стас. - Хотя и на моей побываете.

- В смысле - свадьба? - не поняла и я и даже запаниковала. - Зачем? Для чего?

- Надо будет сделать несколько постановочных кадров. И видео снять, - поморщился Стас. - Загс, парочка достопримечательностей. Что-то вы сладкое не едите, ребятки. Может, что-то другое принести?

- А фотошоп?! - изумилась я. - Неужели нельзя с его помощью что-то сделать?

- Да, что за бред, - выдал и Даня.

- Быстрее и надежнее подготовить все материалы самим. Хочу перестраховаться. Просто постановочные кадры и видео. Ничего необычного. Я все организую - от платья до оператора.

- Ничего необычного? - озадачилась я. - Вы хотите...

- «Ты», - любезно напомнил Стас.

- ...чтобы я с ним в загс поехала? В платье? Серьезно?

- Тебе подберут красивое, - пообещал Стас.

- Но... - растерялась я. - Это как-то неправильно. Да и замуж я за него не хочу.

- Это понарошку.

- Даже понарошку.

- Можно подумать, я на тебе жениться хочу, - фыркнул Даня.

- Ах, да, у тебя же Каролина в истерику впадет, - рассердилась я. Упоминание Серебряковой его, кажется, задело.

- Дарья, разрешите захлопнуться вашему рту, - попросил Матвеев безукоризненно вежливым тоном.

- Не разрешаю.

- Настаиваю.

- Настаивай себе голову в формальдегиде.

Стас весело расхохотался и пару раз хлопнул в ладони.

- А вы парочка с огнем. Отличный выбор, Данька. Хорошо, что я доверил тебе найти девочку. Между вами искрит. А такое никто не сыграет.

- Но я, правда, не готова к такому! - возмутилась я.

- Да никто вас официально оформлять не станет, успокойся, - отмахнулся Стас. - Сказал же - договорюсь обо всем. А вы сыграете жениха и невесту. Вот и все. Через неделю Люциферовы прикатят в город, покрасуетесь под ручку перед ними, может быть, пригласите в гости. Ничего сложного, никакого риска. Они - зрители, а вы - актеры. Представьте, что это просто театр.

- Театр абсурда, - проворчала я.

- Ты не согласна? - внимательно посмотрел на меня Стас.

Я думала лишь секунду. Даня помог мне, и теперь я помогу ему.

- Согласна, - громко сказала я. - Что и где подписывать?

- Отлично! - воссиял Стас и глянул на капкейки. - И все-таки нужно принести другие сладости. Светочка, принеси другой десерт, - снова нажал он на кнопку селектора.

Мы действительно прочитали и подписали договор, в котором обязались хранить в конфиденциальности не только свою деятельность, но и полученную от Стаса информацию. А Даня почти сразу получил на карту обещанную сумму.

Меня обуревали двойственные чувства: с одной стороны, стало спокойнее - есть деньги для того, чтобы заплатить Савицкому. С другой - предложение Стаса было столь необычным, что я ужасно нервничала, до конца еще не веря в происходящее.

Матвеев, кажется, тоже плохо осознавал, на что мы подписались. Однако он, как и всегда, старался держаться уверенно.

Офис Стаса мы покинули полные впечатлений. Он обещал выйти с нами на связь уже завтра утром и предупредил, что мы должны быть наготове. А еще вручил целое досье на своего брата и на самого себя - на всякий случай.

- А он милый, - заметила я уже в лифте, когда мы неслись вниз, стоя плечом к плечу.

- Не обольщайся, Даш, - сказал Матвеев. - Он милый, пока ему выгодно. Стас всем известен своей жесткой хваткой. Из тех, кто мягко стелет, да жестко спать.

- Ой, ты уже поговорками заговорил, - снова умилилась моя внутренняя бабушка.

- С тобой, Дашка, и соловьем запоешь, - притворно вздохнул Даня.

- Главное, дятлом не застучи, - отозвалась я. - Мне свою голову жалко.

- Потому что она дубовая? - невинно поинтересовался он.

Я толкнула его локтем в бок - как и раньше, совершенно на автомате. Забыв, что вроде бы как сейчас мы - посторонние люди. А Данька только улыбнулся мне.

И где, спрашивается, моя ненависть? Почему рядом с ним она истончается, как облако на ветру?

Я замолчала. Он - тоже. Мы оба остались наедине со своими мыслями.

- С ума сойти, - честно сказала я уже в машине - Стас велел отвезти нас обратно.

- Лучше не сходи, - любезно посоветовал Матвеев. - Ты нужна мне нормальной.

- Я не верю. Это все странно, неправдоподобно. Так не бывает, - глянула я на него снизу вверх. - Понимаешь?

- Я понимаю, что сотрудничество со Стасом для нас важно, Даш. Спасибо, что согласилась помочь.

И Даня сжал мою ладонь, заставив коротко выдохнуть от неожиданности.

- Ничего не бойся, Даш, - зачем-то сказал мне он. - Савицкий - это ерунда.

А я вдруг подумала, что любовь кажется ненавистью, когда отчаянно больно.

Всю оставшуюся дорогу я смотрела в окно, на проносящиеся мимо безликие дома, спешащих куда-то людей и желто-красные деревья - осень в этом году была поздней и нарядной.
Остаток этого дня мы провели раздельно. Даня куда-то уехал, а я закрылась в квартире и делала домашнее задание на понедельник и вторник, чтобы разгрузить воскресенье. Когда стало темнеть и в каждый угол пробрались изломанные тени, мне снова стало не по себе: я опасалась каждого шороха, а когда вдруг раздался стук, вздрогнула всем телом - на мгновение мне показалось, что в дверь кто-то ломится, хотя на самом деле стучали соседи - наверное, прибивали что-то к стене. Темнота на улице становилась гуще, безмолвные тени - чернее, а Дани все не было. Об этом я обмолвилась в чате, и в результате ко мне неожиданно приехали девчонки. Сначала приехать хотела Сашка, но следом за ней подтянулись и Самира с Полиной. Последней явно было не по себе - подруга чувствовала себя виноватой и не хотела ехать, думая, что я злюсь и не хочу ее видеть, но Самира с Сашкой заставили ее, решив, что нам обязательно нужно поговорить.

Когда Полина опять попыталась объяснить мне свой поступок, то расплакалась.

- Прости, прости, пожалуйста, Даш, - повторяла она, и прямые пшеничные волосы закрывали ее опущенное лицо. - Я действительно не хотела.

Честно говоря, я на нее злилась - было обидно, что Полинка за моей спиной провернула подобное, поддавшись уговорам Савицкого. Я сказала ей все, что думаю по этому поводу - что злюсь, что мне обидно, что это стало для меня настоящим шоком. Однако в конце я добавила:

- Но я не хочу, чтобы из-за этого урода у меня больше не было тебя. Правда. Не хочу терять друга, - вздохнула я, чувствуя, как у самой на глаза наворачиваются слезы. Вспомнились все три года нашей дружбы: как мы вместе онгоингом смотрели аниме на первом курсе и постоянно его обсуждали, как вместе проходили практику на втором, как на третьем я заболела, и Полина написала за меня половину курсовой, потому что сроки поджимали, а у меня была температура. Как вдвоем мы ездили в языковую школу в Великобританию и вдвоем убегали от полицейского, когда перешли дорогу в неположенном месте. Как все вместе отмечали завершение каждой сессии - обязательно в любимом баре «Гараж», сидя за «нашим» столиком в углу.

Я все это помнила.

И она помнила.

И Сашка с Самирой помнили.

В конце концов мы с Полиной обнялись. Самира шмыгнула носом, а Сашка с воплями достала из рюкзака бутылку «Мартини».

- Будем пить за примирение! - объявила она. Я едва не сказала, что пить еще можно за мою будущую «свадьбу», но сдержала себя - вспомнила о договоре со Стасом.

Мы пили «Мартини», смешивая его с соком, включили музыку и танцевали до самого возвращения Дани.

- Да тут вечеринка, - усмехнулся он, заходя в гостиную.

Его появление очень обрадовало девчонок.

- Матвеев! Ты наш герой! - повисла у него на шее Сашка. Дане с трудом удалось ее отпихнуть. Но он тут же попал в капкан рук Самиры - она взяла его лицо в ладони и так сжала щеки, что губы у него сделались «уточкой».

- Я была та-а-ак неправа! - заявила она голосом человека, который влил себя как минимум литр чего-то весьма бодрящего, хотя на самом деле Самира выпила лишь три бокала коктейля. Пьянела она всегда быстро, ибо алкоголь пила крайне редко. - Ты та-а-акой милаш! Спас нашу Дашеньку! Нашу крошку...

Даня не сразу удалось отцепить от себя Амирову.

- Пьете, значит? - осведомился он, посмотрел на пустую бутылку, стоящую на столе, и укоризненно покачал головой.

- Пьем, - подтвердила я с легкой улыбкой, сидя на диване. - Извини, тебе ничего не осталось.

- Мне и не нужно, - усмехнулся он и опустился рядом.

- Ты мне еще водку зажал, - напомнила я с улыбочкой.

- А ты эту водку все забыть не можешь, - отозвался Даня. - Что за неуемная страсть к алкоголю?

- Какая еще страсть? - возмутилась я.

- А помнишь, Дашка, как ты в том году напилась на Сашкином дне рождения и не помнила, как танцевала на барной стойке? - ангельским голоском спросила сидящая рядом Полина.

- Что-что? - заинтересовался Даня.

- Не было такого! - возмутилась я, и щеки мои слегка порозовели.

- Не было, потому что мы не дали тебе залезть на барную стойку, - ввернула Сашка, радостная из-за прихода Дани.

- Как интересно, - задумчиво посмотрел на меня Матвеев. Кажется, я вспыхнула еще больше. Это был единственный раз в жизни, когда я не рассчитала свои силы и возможности с алкоголем.

- Что ты так смотришь?!

- Я думал, ты хорошая девочка, - загадочно улыбнулся Клоун.

- У каждой хорошей девочки есть секретик, - плюхнулась на диван и Самира. - У нашей Дашеньки много секретиков, - вытянув руку через Полину, пощекотала она меня под подбородком.

- Амирову понесло, - хмыкнула Сашка.

- Вот я, Даниил, - приложила к груди руку Самира, на которую напал приступ искренности. - Я думала, ты никчемный дурак! И Дашке не подходишь. Но ты не такой! Ты добрый и чистый! Смелый! Спас нашу малышку, - в ее темных выразительных глазах появились слезы. - Вырвал из лап злодея! Дай же я тебя обниму, ты теперь мне как братик!

Расчувствовавшуюся Самиру едва сумели успокоить. И она затихла на диване в обнимку с подушкой, которую почему-то называла Лео.

Мы немного поболтали, посмеялись, Даня пожаловался, что я - сущее зло, упакованное в «одну маленькую девочку», девчонки заложили меня по полной программе, рассказав о парне, с которым я познакомилась на море и который все звал меня погулять. Потом Сашка захотела купить еще чего-нибудь «увеселительного», однако Полина не дала ей сделать этого и потащила домой.

- Нам пора, - твердо сказала она, явно решив, что я хочу остаться наедине с Даней, который не спешил уходить домой - он же обещал, что ночевать останется у меня.

- Да еще рано, - отозвалась с недоумением Сашка, но получила тычок в бок от Полины.

- Я вас подвезу, - предложил Даня.

- Мы такси вызовем, не надо, - отмахнулась Полина и подмигнула мне.

- Нам тогда и Самиру довезти до дома надо, - сказала Сашка. - Ей вообще пить нельзя. Девка разум теряет.

- Позвоните Лео! - весело велела Самира, которая до этого сидела с закрытыми глазами, а сейчас внезапно их распахнула. - Пусть он меня принесет домой на руках.

Мы с девчонками, переглянувшись, захихикали.

- Кажется, завтра кому-то будет очень стыдно, - поиграла бровями Полина.

Звонить никакому Лео мы не собирались - Даня сказал, что довезет ее, однако Самира сама сделала это - вытащила телефон, набрала номер своего художника и сказала:

- Забери меня отсюда, малыш, мне тут плохо...

После чего продиктовала адрес и выключила телефон.

- В смысле - плохо? - не поняла я. - Амирова, алло!

- Дашулечка моя милая, мне тут хорошо! Но он быстрее приедет, если будет знать, что плохо! - широко улыбнулась Самира и откинулась на подушку. - Вот смотрю я на вас с Данечкой и думаю - какие детки будут очаровательные!

От неожиданности Данечка подавился и закашлялся, я возвела глаза к потолку, а подруги засмеялись.

Лео действительно приехал - через двадцать минут. Кажется, Самиру в таком состоянии он видел впервые, что и немудрено: трезвая и нетрезвая Самира - это два разных человека.

- А что с ней? - шепотом спросил Лео у Дани, растерянно глядя на Амирову, которая разлеглась на диване, уложив голову Полине на колени, и рассуждала о том, что жвачка «Лав ис» лучше, чем любая другая.

- «Мартини», - коротко ответил Матвеев, и в его голосе слышалось сочувствие.

- Понял, - коротко отозвался Лео. - А почему она мне позвонила?

- Влюблена, - заявила Сашка.

На лице художника появилось странное изумленное выражение.

- В меня? - зачем-то уточнил он, не отрывая взгляда от Амировой.

- Да шутит она, - сказала я, пожалев подругу. Утром она будет в ярости.

- Жаль, - вдруг произнес он и пошел к Самире.

- Солнышко! - обрадовалась та. - А я тебя ждала! Отвези меня домой!

- Отвезу, - со вздохом сказал парень и не без труда увел ее из квартиры - в последний момент Самира передумала ехать и хотела продолжения вечеринки. Мы вчетвером вышли следом: Даня решил, что отвезет Полину и Сашу домой сам, и переубедить его было невозможно. Упрямый.

Мы немного покатались по ночному искрящемуся городу, первой завезли Сашку, которая решила теперь, что Даня - ее друг, второй - Полину. Перед тем, как попрощаться со мной, она обняла меня и прошептала на ухо:

- Прости меня.

А потом обернулась к стоящему рядом Дане и сказала:

- Спасибо, что помог Даше.

После чего скрылась в своем подъезде, на ходу, кажется, вытирая глаза.

А мы вернулись домой.

Сегодня было почти не страшно.

Матвеев уснул на диване. Он сказал, что встречался с Владом и что почти урегулировал вопрос с разбитой машиной, но мне почему-то казалось, что он виделся еще и с Каролиной. Сама я сомкнула глаза не сразу. Сначала ворочалась у себя на кровати, потом встала, подошла к окну и долго смотрела в черное густое небо, пытаясь увидеть звезды. Но не увидела ни одну. Зато потом мне снилась целая Вселенная.