Игра на любовь

Как и я рассчитывал, тело Марселлы задеревенело, мышцы напряглись, а спина выпрямилась. Я аккуратно убрал руки с ее бедер, чтобы ненароком не напугать. Потому что больше всего на свете я хотел прижать ее к себе и просто продолжать держать в неведении дальше.
- Что?- ее голос был ледяным, а лицо стало непроницаемым. Ее щиты и стены снова встали на оборону ее нежного сердца. Однако она все еще не убирала своих рук и позволяла мне говорить.
- Я... когда я был маленьким, то большую часть времени проводил с няней. Точнее, так думал мой отец. Но с 7 лет мачеха все чаще начала ее отсылать на кухню, или заваливала работой по дому, которая в ее обязанности не входила.
Теперь брови Марселлы нахмурились ещё сильнее, часть ее гнева исчезла, маска безразличия немного сползла. Ее место заняло подозрение. Я глубоко вздохнул и отвел глаза, но ее рука переместилась с моего затылка на щеку и она повернула мое лицо к себе, едва ощутимо поглаживая пальцем кожу.
- Первое время она только смотрела за мной, играла иногда. Взращивала во мне ненависть к отцу и пыталась даже заставить злиться на маму. На какое-то время ей это удалось. Я злился на всех, а она казалась мне единственной, кто меня любит. Но эта ее любовь-я чуть ли не выплюнул это слово- была неправильной. Больной. Извращенной. Вплоть до 10 лет она купала меня самостоятельно и я уже тогда понимал, что это ненормально. Она откровенно меня лапала, доводила до эрекции и когда я спрашивал, что это значит, она улыбалась, целовала меня в губы и говорила, что это показывает, как сильно я ее люблю.
В глазах моей девочки теперь плескался ужас. Первобытный ужас и боль.
- Когда мне исполнилось 11, она впервые довела меня до оргазма руками- глухо продолжил я, словно завороженный, смахивая с щек Марселлы горячие слезы.- после этого она начала оголять все больше своей кожи. Я зачастую просто впадал в ступор, хотя после ее визитов всегда злился и не знал, куда деть свою агрессию. У меня было много мыслей- я хотел кричать, драться, царапаться и брыкаться, но как только она заходила в мою комнату и закрывала ее на замок, я цепенел. В 14, когда я пришел домой пьяный и завалился спать, она оседлала меня и лишила девственности. Это продолжалось ещё полтора года. Если ты спросишь, почему я это все ещё позволял, я не смогу ответить. Я к тому моменту уже был высоким и крепким. Но мой гребанный мозг просто выключался. Я как будто не мог физически ее оттолкнуть. Я был проклятой секс- игрушкой. Просто лежал и ничерта не делал. Однажды я снова пришел домой пьяным и даже закрыл дверь на замок, но посреди ночи проснулся от чьих-то прикосновений. Мне показалось, что я все ещё на вечеринке и что ко мне пробралась какая-то девчонка. Я думал, что так избавлюсь от этих воспоминаний, что если пересплю с кем-то другим, то смогу противостоять..ей. Я позволил себе закончить в нее и даже ощутил мимолетную гордость за себя.
Я не смог сдержать злую усмешку, кровь вскипела, когда я вспомнил все это дерьмо так детально. Я заметил, что мои глаза мокрые, только когда Марселла стерла скатившуюся по моей щеке слезу. Я даже не стал их прятать.
- Я не могу ничего ей противопоставить, не могу ничего отрицать, потому что я попросту не помню, что было в ту ночь. Я узнал ее только по специфическим прикосновениям к груди. Каждый раз когда она заканчивала, размазывала весь этот беспорядок по мне и уходила в душ. Я всегда ждал, прежде чем она выйдет и потом полчаса стоял под потоками ледяной воды. Эта ночь была последней. Потом я начал ей сопротивляться. Сначала трусливо- просто баррикадировал входы в комнату. Потом начал отталкивать ее. Один раз, когда она приставала ко мне в гостиной, просто несильно схватил за шею и толкнул на диван. После этого она прекратила попытки. Ее не было в стране последний год, вплоть до момента, когда я уехал. Поэтому я не знаю, была ли она беременна и есть ли у нее ребенок. 
Мы сидели вдвоем, друг напротив друга, и я понятия не имел, что делать. Мои руки подрагивали от желания прикоснуться к ней, но я не мог себе этого позволить.
- Скажи мне о чем ты думаешь, принцесса. Не молчи- прошептал я.
- Я не могу.- ее голос дрожал- я... ни одно мое слово не передаст то, что я чувствую. Мне так жаль, что ты через это прошел. Я... мне жаль- теперь ее всхлипы превратились в рыдания, ее прекрасное лицо покраснело.
- Мне нужно тебя обнять, Марселла. Ты нужна мне- выдавил я, сжав руки в кулаки и когда она сомкнула руки на моей шее, я тут же обнял ее и прижал к себе, уткнувшись лицом в сгиб ее шеи. Она просто продолжала сдавленно плакать, все шептала мне, что ей жаль, что я этого не заслуживал и что не должен был через это проходить. Я же в свою очередь гладил ее по спине, с удивлением отмечая, как узел в груди немного ослаб. Я не знаю на что рассчитывал, когда начинал это рассказывать, но явно не на то, что она не то что не выгонит меня с криками, а будет утешать.
Мы просидели так очень долго, но я отпустил ее только после того, как перестал слышать всхлипы. Она отстранилась от меня и смотрела вниз. Пряди волос прилипли к ее мокрым щекам и я, улыбаясь, убрал их. Когда она посмотрела на меня, мое сердце пропустило удар- даже плачущей эта девушка была красива, словно ангел. Я поцеловал ее щеки, ощущая соленый привкус слез.
- Ты говорил, что должен был встретиться с ней... что бы эта встреча решила?
- Мне предлагали уступить ей 15% акций, чтобы она подписала документы и больше не мучала никого, но я не хотел этого делать. Привлекать отцовских адвокатов я тоже не хочу- если он все это узнает... я и так принес ему немало проблем.
- Но это не твоя вина, Элиас. Ты не выбирал этого делать.
- Знаю, принцесса. Она тоже это знает, но никого это не трогает. Я был сначала слишком маленьким, а потом слишком гордым и напуганным, чтобы кому-то об этом рассказать. Она отказывается показывать мне этого «псевдо» ребенка, потому что я больше чем уверен, что это все ложь. Она жила с моим отцом с десяток лет и не забеременела.
- Что говорит твой адвокат?
- Что если я хочу добиться желаемого, мне нужен ДНК-тест.
- А ты рассказывал им...?
- А смысл? Это мое слово против ее. Им нужны весомые доказательства, а с этого момента уже прошло слишком много времени. В школе, несмотря на оценки, у меня была не самая хорошая репутация. Я ни раз ввязывался в драки, меня не один раз ловили целующим какую-то старшеклассницу в коридоре. Я впервые пожалел о своем поведении, знаешь ли- попытался пошутить я, но тщетно. Марселла лишь положила мне голову на плечо и вздохнула.
- Мы что-нибудь придумаем. Обязательно.
- Алекс говорит, чтобы я навестил отца- спустя какое-то время тихо добавил я.
- Что ты сам думаешь на этот счет?
- Моя злость успела остыть, но... я не знаю, что почувствую в момент, когда увижу его снова.
- Ты не узнаешь, пока не попробуешь. Если захочешь, я поеду с тобой, чтобы быть рядом после разговора.
Улыбка сама по себе расцвела у меня на губах и я прижался поцелуем к ее виску.
- Сначала я хочу избавиться от Джейса. Он почему-то напрягает меня даже больше, чем моя мачеха.
Марселла пробурчала что-то недовольное, но затихла, когда уложил нас обоих на кровать. Теперь ее лицо было напротив меня, всего в нескольких сантиметрах. Я заправил прядь волос ей за ухо и гладил пальцем щеку. Она лишь сильнее прижималась к моей руке, прикрыв глаза.
- Когда возвращаются твои родители?
- В конце следующей недели.
- Тогда, нет риска быть пойманным, если я сегодня здесь останусь?
Она отрицательно покачала головой и тихонько вздохнула.
- Тебе будет жарко в толстовке.
- Пытаешься меня раздеть?- поддразнил я, чтобы хотя бы немного развеять возникшую после разговора тяжелую ауру.
- Ну, для человека, заливавшего мне про ответственность за мое удовлетворение, ты как-то долговато разогреваешься.
Ночную тишину нарушил мой тихий смех и Марселла улыбнулась.
Ради этой улыбки я готов был развязать войну.
Я стянул толстовку через голову, радуясь, что предпочел джинсам спортивные штаны. Мои руки, как и все мое существо, не могли держаться от этой девушки на расстоянии, поэтому я начал медленно, ласково поглаживать ее плечи, руки и кисти. При чем, несмотря на недавние наши шутки, эти касания не были провокационными или дразнящими.
Через какое-то время, продолжая вырисовывать затейливые узоры на моей груди, Марселла прошептала:
- С Джейсом не всегда все было плохо.
Я ненадолго замер, но потом заставил себя расслабиться и придвинуться немного ближе к ней, не прерывая физический контакт.
- Я иногда была очень счастливой. Он устраивал мне милые свидания, прогулки. Фотографировал меня и ставил эти фотографии на заставку. Запоминал мои любимые сладости, фильмы. Но он делал это только чтобы втереться мне в доверие. Со временем начал расспрашивать о моем детстве, родителях, их компании. Просил их познакомить, сам себя приглашал в гости, настаивал на том, чтобы я водила его по дому. И чем больше я его подозревала, тем агрессивнее он становился. За какие-то полгода мальчик, который поднимал мне настроение и подкидывал записки на уроках, исчез под личиной очень жестокого человека.
- Он хотел найти рычаг давления на твоих родителей?
- Да. Возможно и не только. Я до конца так и не поняла, каков был его план. Но он искал в кабинете отца документы, когда я его поймала.
- Как это произошло?
Ее взгляд стал стеклянным, на красивых чертах лица проступила ярость.
- Он... я уже говорила, что он был грубым... во время близости. И в тот день он сделал все, чтобы я не могла встать с кровати так быстро. Он не ожидал, что я пойду за ним.
Теперь ярость кипела и во мне. Я не хотел себе этого представлять, но не мог. Стоило только подумать о том, что этот ублюдок посмел плохо обращаться с ее хрупким телом, и во мне просыпалась жажда насилия. И самое отвратительное- я не мог ничего с этим сделать и это бессилие сводило меня с ума.
- Первый раз мы переспали в 15, но... я не знала, что это произойдет. Он тогда впервые провел меня в клуб, мы выпили около 5-6 коктейлей и мне этого оказалось более чем достаточно. Он завел меня в вип- комнату и мы начали целоваться, все было нормально. Потом мне стало плохо и я пыталась его оттолкнуть, но... видимо, не получилось. Следующее, что я помню- это отрывки... процесса. По его словам, я отвечала взаимностью. Проснулась я без одежды, у меня болело всё тело, на груди были засосы, на бедрах следы от пальцев, а он лежал, улыбался мне и говорил, как я была хороша. Может, поэтому я и не побежала в полицию- я чувствовала себя одновременно использованной и любимой. Его слова, забота после произошедшего перекрыли тот факт, что...
Она глубоко вздохнула и я положил свою ладонь ей на щеку, успокаивая.
- Он взял меня силой. И все последующие разы это случалось не по моей инициативе. Он делал все, что хотел, даже когда было больно. Даже когда шла кровь и даже когда я просила остановиться. Я отвечала на поцелуи, позволяла себя раздевать, поэтому не могла утверждать, что подвергалась насилию. И он это знал. Иногда я и сама думала, что хочу этого, ведь я это не прекращала. Ни разу.
- Марселла...- прошептал я, когда из уголка ее глаза скатилась слеза.
-Я выгнала его и сказала охране больше не пускать. На следующий день он поймал меня в коридоре, затащил в кабинет и начал приставать. И в таком положении нас застукал директор и я все ещё уверена, что Джейс сам все это спланировал. Вызвали моих родителей и когда те, кипя от ярости, слушали слова директора, Джейс подлил масла в огонь. «Вся вина на мне, потому что я вынудил ее. Ну как вынудил. Она была не против большую часть времени, но не хотела делать это в школе». Он надеялся, что отдалит меня от родителей ещё больше и сам сможет к ним подмазаться. Но он не учел того, насколько моя семья печется о своей репутации. Они действительно от меня отдалились, но и убедились в том, чтобы избавиться от него. Я была бельмом на их глазу, но он был проблемой. И они ее устранили.
- Они разве не видели его на мероприятии на Рождество?
- Даже если и видели, мы об этом не разговаривали. Моя клетка стала меньше после Джейса, поэтому они и относятся ко мне с ещё большим недоверием и именно поэтому я так противилась твоему вниманию. Одна малейшая ошибка, и все может повториться заново. А я этого не хочу- тихо призналась она, глядя на меня с опаской. Я приподнялся на локте, поцеловал ее лоб, щеку, нос и подбородок, переплетая наши пальцы.
- Все будет хорошо. Мы вдвоем со всем справимся и я буду рядом так долго, как ты позволишь.
Она кивнула и потянулась к моим губам. Нежные, мягкие прикосновения со временем становились более глубокими и настойчивыми. Ее руки гладили мой торс, ногти очерчивали контур пресса и спустились к поясу штанов, слегка оттягивая резинку.
- Принцесса... не нужно.
Она открыла глаза и продвинувшись поцелуями вверх по моей шее, поцеловала мочку уха и спросила:
- Ты не хочешь?
Я шумно выдохнул и взяв ее руку, опустил на свой полу оживший орган и тут же убрал, чтобы она не подумала, будто я намекаю.
- Хочу. Я всегда тебя хочу, но после всего, что ты мне рассказала...
- Именно поэтому я этого хочу. Я знаю и вижу как ты относишься ко мне, как ведешь себя с моим телом. Я хочу избавиться от страха. Хочу заменить свои последние воспоминания об этом. Пожалуйста- когда я услышал, как дрожит ее голос, обхватил ее талию и  вздохнув, усадил к себе на колени, отводя волосы от лица. Затем мои руки спустились к ее талии, не прикрытой тканью топика. Гладя ее по спине, я вновь ее поцеловал. Она начала раскачивать бедрами, что заставляло меня сильнее прижимать ее к себе. Когда мои мозолистые ладони легли на ее грудь, она резко втянула воздух и застонала, стоило мне коснуться большими пальцами ее сосков. Сегодня я хотел сделать все так, как нужно ей. Медленно, предоставляя выбор, возможность сказать, если ей что- то не нравится.
Ухватившись за края топика, я вопросительно на нее взглянул. После ее кивка, я снял мешающий атрибут одежды и позволил себе насладиться открывшимся видом. Ее грудная клетка часто вздымалась, лунный свет освещал ее силуэт. Я вдохнул запах ее кожи, начал целовать шею, спустился к ключицам и добрался до груди. Целовал, лизал, сосал и покусывал, пока ее стоны подстрекали меня. Оттянув ее сосок губами, я взглянул на ее лицо, чтобы удостовериться в том, что все нормально. Ее щеки раскраснелись, между бровями пролегла складка, она прикусила нижнюю губу и закрыла глаза. Проделав те же махинации с другой ее грудью, я начал ощущать ее влажность даже сквозь два слоя одежды.
- Элиас- позвала она таким голосом, что мне буквально сорвало крышу. Я уложил ее на спину и теперь начал покрывать поцелуями ее плоский живот, чувствуя запах ее возбуждения.
- Я собираюсь это снять- сказал я низким голосом, схватившись за резинку ее шорт.
- Да, пожалуйста.
И теперь она лежала совершенно обнаженная передо мной и мне стоило огромных мать вашу усилий не наброситься на нее здесь и сейчас. Кончики моих пальцев едва касались ее кожи: от талии, по бедрам и вдоль ног, которые инстинктивно она хотела свести. Схватив одну из них под коленом, я развел ее бедра и сам застонал. Ее промежность блестела- настолько она была возбуждена. Мои пальцы продолжили свое путешествие по внутренней стороне ее бедра, к самому центру. Дыхание Марселлы было шумным и сбитым- она поглядывала на мои пальцы и вздрагивала всякий раз, когда они оказывались близко к ее центру. Ее бедра приподнимались, стараясь вырвать хотя бы немного облегчения. Проведя большим пальцем вдоль ее входа и до клитора, я спровоцировал ещё один стон. Она сжимала простыни в руке, а когда другая потянулась к груди и сжала ее, я не сдержался. Опустившись между ее ног, я поцеловал ее мокрую плоть и сжал свой набухший член в руках. Марселла вскрикнула и ее рука вцепилась в мои волосы, не то отталкивая, не то прижимая ближе. Мой язык кружил вокруг ее клитора, надолго на нем не задерживаясь и погрузился внутрь. Была бы моя воля- я бы сначала заставил ее кончить на моем языке, затем на пальцах, а потом только на члене. Но учитывая ее опыт, я не был уверен, что последнее сработает, поэтому хотел возбудить ее до предела, чтобы было легче довести до оргазма и избежать боли, насколько это было возможно. Отстранившись, я кружил пальцем вокруг ее входа, смазывая его, а затем медленно погрузил внутрь. Сначала она ничего не заметила и средний палец до упора вошел в нее, а затем она сжалась вокруг него и я чуть ли не рыкнул. Она была ужасно тесной и горячей. И такой чертовски мокрой.
- Все хорошо? Тебе не больно?- Мой голос стал скрипучим, будто я сорвал его.
- Мне хорошо- выдохнула она.
Я вновь обратил внимание на ее грудь, которая была слегка покрасневшей. Ее руки бродили по моей спине, плечам и лицу, в то время как мой палец продолжал устойчивые движения, только чтобы затем остановиться и кружить внутри, стимулируя чувствительную точку.
- Элиас- снова позвала моя девочка и я, смазано поцеловав ее губы, прижался своим лбом к ее.
- Говори со мной, любимая. Тебе точно не больно?
- Мне приятно, но... этого будто мало.
Я не смог сдержать тихого смеха и наклонившись, снова поцеловал, приставив ко входу второй палец.
- Ты точно уверена?
- Да.
- Мне нужно тебя растянуть и это может быть больно- предупредил я, вглядываясь в ее сверкающие глаза.
- Все хорошо. Сделай это- когда она потянулась к моим губам, я ответил ей, языком раздвинув ее губы и углубляя поцелуй. Одновременно с тем, когда наши языки столкнулись, я усилил давление пальцами и она задержала дыхание.
- Ты промокла насквозь, Марселла. Мои пальцы могут запросто в тебя войти, не напрягайся.
Я наклонился ниже, целуя ее за ухом.
- Расслабься, нежная. Я никогда тебя не обижу- я знал, что это, скорее всего, окажется ложью, но в физическом плане я точно никогда не причиню ей вреда. Да и если она будет бояться, будет только хуже.
- Я знаю- сказала она, но все равно была напряжена. Чтобы отвлечь ее, я вновь начал осыпать ее грудь поцелуями, а большим пальцем начал чертить круги на ее опухшем клиторе. Когда я прикусил ее сосок и оттянул его, она громко застонала и мой палец проскользнул в нее и теперь застонали мы оба. Какое-то время я не двигал ими, давая ей время привыкнуть. Ее стенки плотно их сжимали и я сгорал от потребности оказаться в ней.
- Порядок?
- Да.
- Уверена?
Она усмехнулась и проворчала:
- Почему у тебя только две руки? Я хочу чтобы одна была внизу, а другая на моей груди, но и чтобы ты не придавил меня. Они будто свинцовые- захныкала она.
Я уронил голову ей на плечо, обжигая ее кожу своим дыханием, когда смеялся.
- Ты не помогаешь мне, принцесса.
- Я хочу тебя внутри, Элиас. Хочу тебя почувствовать. Пожалуйста.
Мои пальцы уже свободно входили и выходили из нее, поэтому, вынув их, я ненадолго задумался и размазал смазку по ее груди. Отвлекся только для того, чтобы стянуть с себя штаны и боксеры. Ее глаза пожирали меня, когда я вновь устроился между ее ног и склонился к ней, чтобы слизать ее влажность с ее сосков. Она тихо постанывала и беспокойно ерзала на простынях.
- У меня нет с собой презерватива- слишком поздно спохватился я и был готов взреветь от злости.
- Я... на таблетках. После всей той белиберды мама удостоверилась, что я постоянно их принимаю.
- Спасибо, черт возьми.
Она засмеялась и вновь потянулась к моим губам, царапая ногтями заднюю поверхность моей шеи. Обхватив ствол одной рукой, я водил им по ее промежности, смазывая. Ее ноги начали поддрагивать и тогда я приставил головку к ее входу и слегка надавил. Она проскользнула легко, но тем не менее, я остановился. Разорвал поцелуй и смотрел в глаза моей девочки. Ее волосы прилипали к ее лицу и я бережно убирал их, так и зависнув над ней, пока она покусывала свою нижнюю губу. Правой рукой я скользнул между нашими телами и вновь начал стимулировать центр, чтобы она расслабилась.
- Все хорошо- выдохнула она, обхватив мое лицо своей ладонью. - ты нужен мне- повторила она мои же слова и я слегка качнул бедрами, входя в нее глубже. Амплитуда моих движений была маленькой, но я чувствовал, что с каждым разом вхожу все глубже и глубже. Она прикрыла глаза и постанывала, водя руками по моим плечам. Я продолжал медленные, аккуратные толчки, целуя ее шею, губы, щеки. Ее тело совсем расслабилось и одним глубоким движением, я оказался внутри почти полностью. Сжал челюсти и выругался, стараясь не кончить, как малолетка. Марселла затихла, противясь боли, но в ее глазах я видел нежность и облегчение.
- Привет- сказала она мне с улыбкой на лице, тяжело дыша.
- Привет.
- Начинай двигаться, Элиас. Прошу тебя.
- Дай себе время привыкнуть.
- Я больше не могу. У меня такое ощущение, что я сейчас взорвусь. Мне нужно... кончить. Пожалуйста.
Снова выдав вереницу ругательств, я выскользнул и скользнул обратно. Обе мои руки были расставлены по обеим сторонам от Марселлы, ее же руки опустились к моим бокам. Она обхватила мою талию ногами и угол проникновения стал ещё глубже. Пульс стучал у меня в ушах и я начал ускоряться. Все ещё сдерживался, но мой контроль стремительно ускользал. Марселла стонала, звала меня по имени, царапалась, кусалась. Прижавшись к ее шее крепким поцелуем, я вновь просунул руку между нашими телами и начал быстро стимулировать ее центр.
- Элиас- ее голос дрожал, ноги тоже.
- Давай, жизнь моя. Сделай это.
Ее голова запрокинулась, стоны участились, пальцы вцепились в мышцы моей спины, а стенки влагалища начали сокращаться и сжимать меня, пока она не вскрикнула, произнося мое имя. Перестав себя сдерживать, я вышел из нее и обхватив пульсирующий ствол, водил рукой вверх вниз до тех пор, пока не излился ей на живот. Громко застонав и опираясь на локти, вновь уронил голову на ее плечо.
Мы лежали так какое-то время, пальцы Марселлы рассеяно играли с моими волосами, я же вдыхал ее запах, смешанный с потом и витающими в воздухе феромонами. Покосившись на белую вязкую жидкость на ее животе, я пожалел, что мы не у меня дома. Она, словно прочитав мои мысли, кивнула в сторону прикроватной тумбы, внутри которой нашлись салфетки. Протерев ее, я взял ее на руки, отнес в душ. Ее ноги все ещё дрожали и я не мог отказаться от мужского самодовольства, смотря на ее удовлетворенное выражение лица и взъерошенные волосы. Она собрала их в шишку и мы встали под струи теплой воды. Пока я водил по телу Марселлы руками, смывая остатки своего беспорядка, успел вновь возбудиться, но с нее на сегодня достаточно. Я прислонил ее спиной к своей груди и заставил поставить ногу на край ванной, чтобы смыть оставшуюся влагу. Она вздрагивала и постанывала, когда мои пальцы касались ее. Этим я оправдал ещё один засос, который оставил на ложбинке между ее шеей и плечом. Приведя ее в порядок, я быстро облился водой и намылившись каким-то из многочисленных кусочков мыла, вышел. Она сидела на столешнице напротив зеркала, укутанная в полотенце и засыпала на ходу.
- Где у тебя свежие простыни?
Она указала мне на полку в ванной и оперативно заправив кровать, я уложил ее, намереваясь загрузить белье в стиралку, но она удержала меня.
- Я сделаю это завтра. Не оставляй меня.
Улыбнувшись, я улегся, обняв ее одной рукой. Ее тело расслабилось и через меньше чем 10 минут, уже мирно спала. Я ещё какое-то время наблюдал за ней, обдумывал произошедшее и не заметил, как провалился в блаженный сон.