Игра на любовь

Прошло уже пять дней с момента выкладки поста. Пять долгих, полных молчания дней. Эта проклятая фотография была последним обновлением в канале и от администраторов ни слуху ни духу. Это раздражало до безумия. И точно не помогало тому, что я пять дней хожу, словно в воду опущенная. Вроде бы, все идет своим чередом и даже стало почти что по-старому, но что-то не так. Будто вкусив ярких красок жизни один раз, я не могу больше жить в черно-белом.
Элиас никак со мной не взаимодействовал. Разве что внимательно смотрел издалека и за это я злилась на него ещё больше. Люди только убеждались в том, что на фотографии мы. Кайла все твердила мне, что я поступила как дура, перестав общаться с Элиасом, Сэм вообще ничего не говорил. Просто ходил рядом и уничтожительно смотрел на всех, кто делал едкие комментарии в мою сторону.
Сегодня было паршивее всего. На улице моросил дождь, было жутко холодно и пасмурно и из-за этого у всех было отвратительное настроение. И конечно же, всем обязательно нужно было выплеснуть это на других. Я уже перенесла нападки от двух одиннадцатиклассниц, назвавших меня шлюхой. Клянусь, я никогда не пойму их логики. А теперь, когда я пришла и села на свое излюбленное место в конце класса, до меня решила докопаться однояйцевая.
- Как дела, стальная принцесса?
Я посмотрела на нее холодным взглядом, оглядев с ног до головы.
- Все было прекрасно, пока ты не подошла.
Она язвительно усмехнулась и облокотилась о соседнюю парту, скрестив руки на груди, которая, казалось, скоро выскочит из ее декольте.
- Ты сейчас далеко не в том положении, чтобы дерзить, дорогуша. Ты стала ещё большим изгоем, чем раньше.
  Я глубоко вздохнула, призывая себя успокоиться и удержаться от того, чтобы выцарапать ей глаза.
- То, что я не разговариваю с умственно недоразвитыми не делает меня изгоем, дорогуша.
От ответа ее отвлек звонок и присутствие учителя. Она пыталась проделать во мне дыру взглядом, но я просто отвернулась и смотрела прямо перед собой. С опозданием в две минуты вошел Элиас. На секунду наши взгляды пересеклись, но я тут же разорвала контакт. То, что я так долго не ездила в студию, сильно сказывалось на мне. Все чаще и чаще я начала ощущать нарастающую тяжесть в груди. Постоянное желание что-то делать, куда-то идти, лишь бы не оставаться наедине со своими мыслями. Я ездила в бассейн уже два раза, но это не совсем помогало. Конечно, я выматывала себя физически, но мысли никуда не исчезали. Они лишь накатывали ещё более мощной волной и у меня даже не было сил с ними бороться.
Мы начали последний урок по Ромео и Джульетте и заданием было написать эссе по произведению. Я закончила его за двадцать минут и просто сидела, уставившись в свой блокнот. Перевернула страницу и взяла в руки ручку. В одном ухе у меня был наушник, прикрытый волосами, поэтому я просто включила музыку и позволила своей руке двигаться. Я все рисовала и рисовала. Когда я наконец оторвалась, я смотрела на силуэт кричащей девушки, которая обхватила голову руками и из ее глаз текли слезы. Сзади стоял мужчина. Просто стоял, как наблюдатель издалека. Выругав свое подсознание, я смяла лист и получилось... довольно громко. На меня обернулись почти все, но взгляд только одного человека я почувствовала кожей.
- Надеюсь, это не ваше эссе, мисс Райт.
Я постаралась извиняюще улыбнуться учительнице и отрицательно покачала головой. После конца урока я выбросила смятый лист в урну и поехала прямиком в бассейн. Даже проделав десять кругов вместо стабильных семи, я все ещё чувствовала себя отвратно. Когда я приехала домой, меня встретила тишина. У Миры, видимо, форс-мажор и она отпросилась, потому что на кухне возилась другая женщина, которая не особо располагала к себе. Я не стала с ней заговаривать и просто поднялась к себе, приняв долгий душ после хлорированной воды. И все ещё- мне не полегчало. На улице начинался дождь и я была практически уверена, что будет гроза. Ненавижу грозу. В детстве я жутко их боялась и все ещё не переборола этот иррациональный страх. Когда я взяла в руки телефон, то увидела сообщение от Сэма.
«Вечеринка у Маккензи. Придешь?»
Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, кто такой Маккензи. Озарение пришло когда Сэм отправил мне фотографию одного исключительного торчка на год младше меня. Даже если бы вечеринку устраивал кто-нибудь другой, я бы все равно не пошла.
«Нет. Хандра. Повеселись💋»
Он ответил мне смайликом с закатывающими глазами и сердечком. Я бросила телефон на кровать и села за ноутбук, доделывая доклад по истории. Когда я закончила и отправила его на почту учителя, время было девять. Спать не хотелось, на фильмы и книги тоже не тянуло. Я спустилась вниз. Снова поднялась наверх. Легла. Встала. Внутреннее давление никуда не делось и это медленно сводило меня с ума. Я снова полезла в телефон и ввела в поисковик «Маркус Ривера». Я уже изучила его биографию, так что сейчас меня интересовала его последняя жена, мачеха Элиаса. Она была на тринадцать лет младше своего мужа и на столько же старше пасынка. Вышла замуж в 19, Элиасу тогда было всего шесть. Впервые в обществе появилась в благотворительный вечер, где и была сделана фотография маленького Элиаса. На улице прогремел гром и я дёрнулась. Минуту делала дыхательные упражнения, чтобы прийти в норму. Потом продолжила читать. После свадьбы она участвовала ещё в трех показах, потом прекратила свою деятельность, но снималась в каких-то не очень популярных журналах. Оказывается, на развод подала именно она, хотя я думала иначе. Она получила лишь одну квартиру в родном городе Элиаса и говорят, что суд за акции компании все ещё впереди. Я нахмурилась. «Разве, Маркус Ривера не должен передать компанию сыну? Или он собрался просто распродать все акции и поэтому встал вопрос о наследовании? Или, быть может, он болен и умирает?». Я тряхнула головой и тут же вздрогнула, когда небо разразила ещё одна молния. Я смотрела на быстро стекающие с моего окна капли и кусала губы. Очередная вредная привычка, от которой я не могла избавиться. Вдруг, я услышала внизу голоса родителей. Я медленно встала и подошла к выходу. Приоткрыв дверь и сев на пол, я стала слушать. Они о чем-то очень оживленно разговаривали и смеялись. Их поприветствовала повар и предложила им ужин. Они попросили накрыть в кино зале, потому что у них ночное свидание, как и всегда, во время грозы. Может, именно поэтому я ее так не любила. Потому что мои родители ее обожали.
Их известили, что я дома.
Они ничего не ответили.
Мама попросила принести ей теплые полотенца и сделать чай с мятой. Потом они удалились. Видимо, чтобы принять душ или сразу в кино зал. Я подошла к шкафу и надев лосины и кофту, спустилась вниз. Взяла черную кепку, надела куртку и взяла ключи от машины. Застыла в коридоре, когда услышала очередную молнию, но когда папин голос начал приближаться к коридору, я быстро выскочила из дома и побежала в сторону гаража. Лев спокойно открыл мне ворота и спросил:
- Может, лучше я сяду за руль, мисс? На дорогах очень опасно.
- Нет, все в порядке. Я, скорее всего, не вернусь на ночь, так что я лучше сама.
- Будьте осторожны.
- Всегда- несмотря на слабую улыбку, которой я его одарила, мне было страшно. Потому что я не знала, где я сегодня буду ночевать. В машине или... у Элиаса. Я не знаю, почему я решила ехать к нему. Я все ещё не была уверена, соглашусь ли на его условия. Да и какие они вообще? Этого я так и не узнала.
Если я что и поняла за эти дни- я веду жалкую жизнь. И если мои родители так ужасно счастливы вдвоем, что им не нужен даже ребенок... кто знает, может, у меня будет так же? Не с Элиасом, конечно, но тем не менее. Если мне с ним легче, то почему, черт возьми, я должна себя ограничивать? Ради чего? Родителям всегда было все равно, что я делаю. Плевать на папарацци. Плевать на светских сплетников. Если им так сильно важна репутация, пусть они сами за ней следят. Мне уже все равно.
До его дома я доехала очень быстро. Может, потому что я не хотела рисковать и ждать следующей молнии. Я выскочила из машины без зонта и подбежала к крыльцу. Постучала и стала ждать. Ответа не было, поэтому я постучала ещё раз и начала переживать, что он вообще не дома. Когда я уже собиралась разворачиваться, дверь открылась и передо мной появился Алекс. Полуголый Алекс, но в этом ничего нового не было. Он очень удивился, увидев меня и улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.
- Какие люди! Не сидится дома в дождь?
- Что-то вроде того, а...
Вдруг, я услышала очень громкий стон, который донесся из глубины дома. Я так и застыла с открытым ртом, а Алекс неловко усмехнулся и пожал плечами.
- Извини, мы решили немного поразвлечься. Не ждали гостей. Ты хотела поговорить с Элиасом? Я могу сказать ему...
- Нет- я резко оборвала его- я лишь хотела кое-что ему вернуть, но это подождёт до завтра. Развлекайтесь.
Не дав ему возможности задать ещё вопросы я развернулась и села в машину. Снова сверкнула молния и я напрягла все мышцы в теле, чтобы перестать наконец дергаться. Домой ехать я не хотела, поэтому просто остановилась через две улицы и пыталась перевести дыхание. Не получалось. Грудь сдавили тиски и мне было трудно... просто трудно существовать. Я замахнулась, но потом затормозила руку и слабо, но твердо ударила ей по рулю. Ещё раз. И ещё раз. Один всхлип прорвался сквозь мою баррикаду и я вышла на улицу, закрыв машину. Я шла наобум, не разбирая дороги. Просто шла, чтобы чем-то себя занять. Шла и мечтала исчезнуть. Я забрела в какой-то парк, где не было людей. «Правильно. Потому что дождь и все они сидят дома». Моя одежда насквозь промокла, как кепка и волосы. Мне было холодно, но меня не останавливало и это. Снова ударила молния. На этот раз мне удалось не съежиться.
«Как же это все глупо. Бессмысленно. Наивно».
Я села на ближайшую скамейку и прижала колени к груди. Слезы смешались с каплями дождя, просочившимися сквозь козырек. Но наверное, это было хорошо. Я могла спрятать свою слабость от самой себя. Я тут же усмехнулась своим мыслям и тут же очень сильно дёрнулась, когда раздался гром. Намного сильнее и громче предыдущих. Теперь я начала плакать сильнее и в следующий раз я закричала вместе с молнией. Положила подбородок на колени и сидела так несколько минут, прежде чем заметила что-то. Точнее, кого-то. В мою сторону двигался темный силуэт мужчины. Я присмотрелась и...точно, мужчина. И он шел прямо на меня уверенными и быстрыми шагами. Я медленно выпрямилась, а потом вскочила и побежала в противоположную сторону. «Быстрее. Мне нужно добраться до машины и я буду в безопасности». Легкие горели, в боку закололо когда я наконец увидела свою машину, но я не успела до нее добежать и меня схватили за талию и мои ноги перестали чувствовать опору. Чьи-то руки крепко держали меня, сколько бы я не брыкалась.
- Хватит- донесся грубый голос, но я только усилила попытки. - Вы вынуждаете меня применять силу- остальную часть я не разобрала из-за очередного удара молнии, от которого я снова непроизвольно съежилась, вскрикнув, и дала противнику преимущество. Он тут же развернул меня, держа за плечи на расстоянии вытянутых рук. Я задрала голову, чтобы посмотреть ему в лицо и запомнить его, но запоминать ничего не нужно было. Я столько раз за эти дни рисовала это лицо, каждую его деталь. И сейчас мне захотелось нарисовать ещё один рисунок, запечатлев мокрые волосы, капли, стекающие по лицу и ресницам и удивленный взгляд. Правда, я и сама была очень удивлена. Я успела заметить только то, что давление в груди немного ослабло. Совсем немного.
- Элиас?
- Что ты здесь делаешь в грозу? Ты же вся промокла.
- Я...
- Сначала домой и мигом высушиться. Потом расскажешь.
Он протянул мне руку и я передала ему ключи. Сейчас действительно было не время спорить. Мы сели и за пару минут доехали до их с Алексом дома.
- Нам, наверное, не стоит туда заходить.
Элиас закатил глаза.
- Алекс знал свой лимит во времени, все хорошо.
И действительно, когда мы, мокрые до нитки, зашли внутрь, в доме стояла тишина. Но не такая, как у меня дома. Не тягостная и гнетущая, а простая тишина. Спокойная, успокаивающая.
- Горячий душ. Сейчас.
Я кивнула, стараясь не стучать зубами слишком громко и прошла в ванную, оставляя за собой мокрые следы. Когда я ступила на мокрый кафель, зашел Элиас с полотенцем и сухой одеждой в руках. Он включил горячую воду и кивнул на дверь.
- Я сниму здесь мокрую одежду и выйду, хорошо?
Я снова кивнула, словно в трансе и отвернулась, стягивая с себя мокрую куртку. Сзади послышался шорох одежды, а потом и звук падения мокрой ткани на кафель. Я стояла смирно, пока Элиас раздевался прямо за моей спиной. Но почему-то, я не чувствовала себя так неловко, как должна была. Я, скорее, просто запуталась. Слишком сильно. Он возник в поле моего зрения с одним лишь полотенцем вокруг бедер и сложил мокрую одежду в стиральную машину.
- Сними свою, чтобы она успела высохнуть.  Я отвернусь.
Он так и сделал и я быстро сняла липнущую ткань, оставив на себе только белье и замоталась в полотенце.
- Все.
Элиас обернулся на мой севший голос и удивленно приподнял брови, заметив бретельки бюстгальтера.
- Белье я лучше просто высушу.
- Если что, в шкафу есть хозяйственное мыло.
Он бесстрастно засунул сначала мою мокрую одежду в машинку и насыпав порошок, включил ее, свою он просто сложил кучей на столике рядом с раковиной. А потом вышел, оставляя меня в тишине. Я быстро приняла очередной горячий душ и постирала белье, оставив его сушиться на змеевике. Когда я надевала спортивные штаны, которые оказались мне ужасно велики на оголенную кожу... было некомфортно. Будто я совершенно голая. Но других вариантов не было, так что приходилось довольствоваться этим. Я подвернула их на бедрах и подняла как можно выше, но штанины все равно тоже пришлось подвернуть. С футболкой было легче- я просто надела ее, радуясь, что материал достаточно плотный, чтобы не просвечивались соски. Когда я вышла, Элиас стоял у стены. Оглядев меня с ног до головы, он кивнул в сторону кухни и прошел в ванную. Я зашла и с удивлением смотрела на дымящуюся кружку, стоящую рядом с печеньем. Я села, обхватила ее руками и просто уставилась в окно, дергаясь каждый раз, как слышала гром. В голове было то ли слишком пусто, то ли наоборот, через чур много мыслей. Я снова отключилась от реальности и пришла в себя только когда сверкнула очередная молния. Мои плечи передернулись и я пригубила чай, обжигая язык и губы.
Через пару минут зашел Элиас и сел напротив меня, одетый в черные штаны и серую футболку. Его карие глаза внимательно смотрели на меня, а я просто радовалась пришедшему облегчению.
- Что ты делала в парке?
Я пожала плечами.
- Я просто ехала.
- Ты заходила сюда.
Я кивнула, даже если это и не было вопросом.
- Зачем?
- Мне нужно было тебя увидеть.
Он медленно кивнул, а я бросала все свои силы на то, чтобы мой голос звучал ровно и четко.
- Ты подумала, что я внутри?
- Да.
- И уехала, вышла на улицу в грозу, даже учитывая то, что боишься молний?
- Да. И я не боюсь молний, я просто чувствую беспокойство.
Он устало вздохнул.
- Хватит, Марселла. Бояться чего-то - не слабость. Отрицать очевидное глупо. Ты боишься молний и грома.
Я промолчала, снова начав кусать губы и смотреть на узор кружки.
- Почему ты кричала?
- Я хотела кричать.
- Что-то случилось?
Я подняла на него глаза и пару секунд смотрела из под ресниц. Изучая. Думая. Решившись, я сказала:
- Ты. Ты со мной случился.
Его брови взметнулись вверх, а затем нахмурились и он едва заметно наклонил голову, будто не понимая, говорю ли я правду.
- Поясни.
Из-за его холодного и бесстрастного голоса мне хотелось только развернуться и уйти, чтобы не позориться и не навязываться, но... я всю свою жизнь убегала и к чему меня это привело?
- Я не знаю, что конкретно происходит, но мне кажется, что я отодвигаю неизбежное. Меня тянет к тебе, потому что я ощущаю себя менее... несчастной- я запнулась на этом слове, но потом выпрямилась и продолжила, сложив руки перед собой- за эти пять дней я пыталась ни о чем не думать и сфокусироваться только на том, что все стало по- старому. Но боже, мне стало так все равно, когда я поняла, что я ограничиваю себя в простых вещах из-за людей, которые этого не заслуживают. Ты был прав. Я устала запрещать себе быть человеком. Я устала быть стальной принцессой.
Когда я подняла взгляд, то увидела глаза Элиаса. Они были по-прежнему бесстрастными, как и выражение его лица. Мокрая прядь волос выбилась и упала ему на лоб и я засмотрелась на нее, когда он начал говорить:
- Значит ли это, что ты готова рискнуть всем, что так тщательно оберегала столько времени?
- Да.
- И ты уверена в своем решении?
- Да.
Я ждала. Ждала, что он ухмыльнется и бросит мне в лицо то, что он выиграл. Что я сломалась под его натиском и что я очень наивная и глупая. Но этого не было. Было лишь молчание и взгляды. Мой- ожидающий, его- изучающий. Он протянул руку вперед и слегка погладил мою щеку костяшками пальцев.
- Тогда, полагаю, ты не откажешь в том, чтобы прямо сейчас позволить мне наконец обнять тебя?
Я встала, а в следующий миг уже была рядом с ним, вдыхая запах его кожи и прижимаясь к нему, ища убежища. Он крепко обнял меня и гладил по спине, его голос вибрировал в моей груди, когда он снова заговорил:
- Я никогда не был ничьим парнем официально. Но я могу обещать тебе: не будет других, пока ты моя. Но я буду брать столько, сколько даю. И я требую чертову субботу, как совместный день. С утра и до следующего утра. Согласна?
Я слабо улыбнулась и кивнула. Он не стал требовать слов, но я все равно их сказала:
- Согласна. Но...
Он позволил мне отодвинуться от себя. Теперь, я смотрела на него сверху вниз.
- Я все ещё не знаю, как быть со школой. Все равно на учеников, с этим ещё можно разобраться. Но я не шутила, когда говорила про прессу. Новости с частной школы всегда идут в новостные сети города. Нас будут преследовать, тебе, возможно, придется сходить на несколько светских мероприятий со мной и ближайшее уже на Рождество. Будет далеко непросто.
Он криво усмехнулся.
- Столкнусь со своим прошлым и начну решать эти проблемы. Сойдёт?
Я пару секунд пыталась обдумать, как все пришло к этому результату и только когда Элиас ущипнул меня за бок, я поняла, что не ответила ему.
- Да. Думаю, да.
- Хорошо.
Я тихо вздохнула и прижалась лбом к его лбу.
- Хорошо.
- Теперь, пошли отдохнём.
- Я не думаю, что смогу уснуть. Нужно много обдумать...
Он остановил меня на половине предложения и едва ощутимо поцеловал в губы. Потом встал и потянул за собой в свою комнату. Расправил кровать и развалился на ней, хлопая по месту рядом с собой. Я покачала головой и легла на его бицепс, кладя руку ему на живот. Он гладил меня по руке, его грудь ровно вздымалась и он спустя время начал напевать какую-то незнакомую мне мелодию. Его низкий голос и гул, доносящийся до меня, заполнили разум и я слушала их, а не свои мысли. Через пятнадцать минут я уже сладко спала.