МОЯ

Он улыбнулся. Совсем едва заметно. И почему-то именно это добило меня окончательно.

Мне сейчас нужен был не его спокойный взгляд, не эта раздражающе мягкая улыбка и даже не попытка меня успокоить. Мне нужен был ответ.

Честный.

Без красивых фраз. Без привычного давления. Без этого его раздражающего умения выворачивать всё так, будто он всегда прав.

И вдруг меня резко накрыло осознание, от которого внутри стало мерзко и холодно.

А что, если весь этот сюр вообще не про меня? Что, если дело никогда не было во мне?

Может, всё это - просто ещё один способ ударить по Кириллу. Окончательно добить его. Забрать то, что тот привык считать своим.

Только вот была одна проблема. Кириллу плевать на меня. И Демид прекрасно знает, какое у брата ко мне отношение.

Ему по-настоящему плевать. На всё, что со мной связано. Кроме наследства, которое в итоге досталось не ему, а мне.
И от этой мысли вдруг стало так обидно, что в груди болезненно сдавило.

До слёз. Настоящих. Глупых. Унизительных. Но я всё равно упрямо проглотила этот ком в горле, не позволяя себе расплакаться. Только сильнее сжала пальцы на ткани его рубашки.

Бесконечные секунды молчания лишь подтвердили мои мысли.

Я медленно опустила взгляд в пол.

- Понятно, - тихо прошептала я.

Голос прозвучал пусто. И, кажется, именно это наконец заставило его напрячься.

- Оливка...

Я дёрнулась, когда его пальцы мягко коснулись моего подбородка, заставляя снова посмотреть на него.

Прямо в глаза.

От этого взгляда невозможно было спрятаться. Он будто видел меня насквозь. Все мои страхи, сомнения, слабости - всё то, что я так старательно пыталась скрывать даже от самой себя.

- Всё было бы точно так же, - тихо произнёс Демид.

Я невесело усмехнулась.

- Конечно.

- Нет. Посмотри на меня.

Его голос стал жёстче. Не грубым. Но таким, которому почему-то невозможно было не подчиниться. И я посмотрела.

Демид медленно провёл большим пальцем по моей щеке, задержавшись у скулы, будто успокаивал не только меня, но и самого себя.

- С одной лишь маленькой разницей, ягодка.

Он чуть склонил голову, продолжая смотреть мне прямо в глаза. Внимательно. Серьёзно.

- Мы бы не пропустили конфетно-букетный период. Или как это у вас, девочек, называется.

Я моргнула.

А он вдруг усмехнулся чуть заметнее.

- Я бы нормально за тобой ухаживал.

- О, ну да, - нервно выдохнула я. - Вместо похищения были бы цветочки?

- И цветочки тоже.

- Какая щедрость.

- Ужин. Свидания. Возможно, ты бы делала вид, что я тебя раздражаю.

- Ты меня и сейчас раздражаешь.

- Врёшь, Оливка.

Я закатила глаза, но внутри предательски дрогнуло. Потому что он говорил это с такой уверенностью, будто уже прожил эту версию нашей жизни у себя в голове. И, что хуже всего, какая-то часть меня тоже вдруг её увидела. Нормальную. Спокойную. Без всех этих игр, наследства, угроз и постоянного ощущения опасности.

Просто я. И Демид.

Это было настолько невозможно, что почти причиняло боль. Почти казалось чем-то нереальным. Слишком хорошим для нашей жизни.

- Ты сейчас описываешь какую-то параллельную вселенную, - тихо сказала я.

- Нет.

Он наклонился ближе. Настолько, что между нами почти не осталось расстояния.

- Я описываю то, как всё должно было быть.

Сердце снова предательски сбилось. И я, как всегда рядом с ним, поплыла.

Мягкотелая дура.

Демид смотрел на меня ещё несколько секунд, а потом вдруг произнёс уже совершенно другим голосом.

Спокойным.

Холодным.

Стальным.

- Я отпущу регистратора. Так уж и быть.

Я удивлённо моргнула. А он продолжил:

- И пойду на этот чёртов "праздник жизни".

Его губы дёрнулись в усмешке. Очень недоброй.

- Но только для того, чтобы ещё раз объяснить твоей так называемой семье одну простую вещь.

Он медленно провёл ладонью по моей спине и тихо добавил:

- Ты моя.

У меня внутри снова всё дрогнуло.

- И мы всё равно распишемся.

От того, как спокойно он это сказал, по спине пробежали мурашки. Потому что это был не вопрос. Не угроза. И даже не обещание. Это была констатация факта.
Словно для него всё уже давно решено.

Неделю спустя

Неделя пролетела так быстро, будто кто-то просто вырвал эти дни из моей жизни.

Документы. Юристы. Люди в дорогих костюмах. Серьёзные разговоры, от которых уже через двадцать минут начинала раскалываться голова.

Бесконечные папки, цифры, подписи и фразы вроде: "Контрольный пакет акций..." . "Передача активов..." "Полномочия вступают в силу..."

Иногда мне казалось, что всё это происходит вообще не со мной. Словно я случайно оказалась внутри чужой жизни. Красивой. Неприлично дорогой. И абсолютно не моей. Но сегодня всё наконец закончилось.

Или, наоборот, только началось.

Я сидела в кабинете адвоката ныне покойного Николая Уварова, медленно прокручивая в пальцах тонкую серебристую ручку и почти не слушая мужчину напротив.

Хотя, наверное, стоило.

Потому что именно сейчас мне официально сообщали, что с этого дня я являюсь полноправной владелицей всего имущества Николая Уварова.

Всего.

До последней чёртовой копейки. Все активы. Счета. Компании. Контрольный пакет акций. Недвижимость. Дома. Квартиры. Земля. Даже тот самый особняк, в котором жил Кирилл. И куда нас с Демидом пригласили встречать Новый год. Который, к слову, уже завтра.

От этой мысли внутри неприятно кольнуло. Странное ощущение. Потому что теперь формально этот дом принадлежал мне.

Нет, конечно, я не собиралась выгонять Кирилла. Более того - я уже думала о том, чтобы переписать на него часть имущества. Возможно, даже большую часть.

Иронично, если учитывать, что "любимый братец" когда-то всерьёз планировал избавиться от меня ради всего этого. Но, как ни странно, я не злилась. Хотя, наверное, должна была.
Только вот вместо ненависти почему-то было понимание. Даже жалость. Причём не где-то глубоко внутри. А прямо на поверхности.

Кирилл был просто обиженным ребёнком. Взрослым, сломанным мужиком. Но всё-таки ребёнком, которого бросил собственный отец. И, наверное, в какой-то степени я понимала его слишком хорошо. Потому что сама чувствовала примерно то же самое.

- Поздравляю, Оливия Николаевна.

Голос адвоката выдернул меня из мыслей. Я подняла взгляд. Мужчина улыбался вежливо и профессионально, явно ожидая хоть какой-то реакции.

Хотя бы эмоций.

Но внутри почему-то было пусто. Я медленно выдохнула.

- Спасибо.

Голос прозвучал спокойно для человека, который только что стал неприлично богатым. Адвокат поправил очки и осторожно добавил:

- Также должен уведомить вас, что с этого момента любые решения по активам, недвижимости и корпоративному управлению принимаются исключительно с вашего согласия.

Я коротко кивнула.

- Да. Я поняла. Спасибо.

Забавно. Всю жизнь за меня всё решали другие. А теперь вдруг оказалось, что последнее слово принадлежит мне. Только вот я совершенно не понимала, что со всем этим делать.

Мужчина ещё что-то говорил про совет директоров, обязательства и ближайшие собрания акционеров, но я уже снова мысленно уплывала куда-то далеко.

- На этом всё.

Я моргнула и снова посмотрела на адвоката.

- Спасибо, - повторила я уже тише.

Поднявшись из кресла, я машинально поправила рукава пальто и направилась к выходу.

Телефон в сумке завибрировал ровно в тот момент, когда я взялась за ручку двери. Сообщение. От Демида. "Закончила?"

Я несколько секунд смотрела на экран, а потом невольно усмехнулась.

Быстро напечатала: "Да."

Ответ пришёл почти сразу. "Я внизу. Жду."

Господи. Ну разумеется.