Заставь полюбить

Дженни:

Я просыпаюсь от тяжелых шагов и закрывающейся двери.

Мне не нужно гадать дважды, кто это.

Мы спим вместе до сих пор.

И определено, это не самый худший вариант. Как бы мне этого не хотелось признавать.

Сон, по крайней мере у меня спокойный.
Воспоминания с прошлой недели , проносятся в моей голове.
Я помню все дословно.
Я не хотела показывать себя настоящую перед ним. Такую слабую, беззащитную и свободную сторону. И главное он знает правду.

Возможно, он знает её наполовину, но всё же.

Я не хотела, чтобы кто-то вообще узнал о моем прошлом.

Мое прошлое - это осколок моей потерянной стороны. Поэтому, я и не хочу его показывать.

Когда, мой друг Джеймс, узнал об этом.

Ему стало очень жаль меня и он начал применять ко мне жалость.
Конечно, по мимо этого, он хотел перерезать глотку Илая. Но, я сказала, что он сделает только хуже.

Поэтому, я сказала раз и навсегда закрыть эту тему.

Больше, мы не заводили тему про
Никлауса и моего мертвого ребенка.

Мои подруги, и вовсе не знали о моем настоящем прошлом.

Они видели лишь красивую картинку, о том, что я на три года уехала в Румынию со своим мужем, но ребенка завести нам было видимо не судьба.
По моим рассказам, мы с ним расстались из-за того что, у него было много работы.Я боялась им это рассказывать.

Я не хотела, чтобы люди меня видели слабой и беспомощной.

Так и получилось, что мои самые близкие люди, не знают обо мне по факту, ничего.

Мои друзья, в отличие от моих родителей, пока меня не было пытались дозвониться до меня.

Даже, когда я им всем перезвонила и сказала, что все со мной хорошо и мне нужно было лишь отдохнуть, они не отстали.

Ни на каплю.

Клариса и Джеймс хотели приехать, но я сказала, что мне действительно нужно побыть одной.

И это чистая правда.

Я не выходила из дома всю неделю.

Я чувствовала себя ужасно, только от одного света солнца.Прошла неделя, после того как Техён покончил с семьей Твитонни.

Он пытался со мной поговорить, но я ни разу не промолвила слова за всю неделю.

Я понимала что, наверное он хочет узнать про Никлауса и Айрин. Не думаю, что ему было бы дело, что со мной они делали.

Я отказывалась с ним говорить, не только по этой причине.

Я понимала, что я должна быть сильной.

Но сил, у меня пока, вообще не было.
Эту неделю, я вся была поникшей и мои панические атаки удвоились в несколько раз.

Техён сам был не свой.

Он поменялся.

Да, точно.

Он приходил после рабочего дня, весь раздраженный и рассерженный.

Я не упускаю, тот факт, что он приходил очень поздно домой в отличие от других дней.

Может, у него появилась любовница?

Возможно.

Я наверное, даже уверена в этом.

Кому нужна жена, которая играет в свои две личности и пытается с ними бороться.

Которая, лежит целыми днями из-за морального состояние.
Которая, мучается регулярными паническими атаками.
Которая, не способна, даже полюбить.

Я не давлю на жалость, я просто перечисляю истинные факты.

- Сукин сын!- слышу я звук чего-торазбивающегося с первого этажа и вскакиваю с кровати.

Хватаю свой халат и быстро его натягиваю.

Выхожу, из комнаты и быстро спускаюсь по ступенькам вниз.

Вижу, что свет горит только на кухне и захожу туда.

Я глотаю быстро воздух, видя, что тут происходит.

Стакан разбит и вдребезги его осколки лежат на полу.

Но больше всего, меня пугает мой муж.

Перевожу свой взгляд на него.

Он стоит в своих черных брюках и белой рубашке, рукава, которой закатаны до локтей.
Я вижу, его татуированные руки и присматриваюсь к одной из них.Глядя на неё, мне становится не по себе.
Но про неё, я спрошу у него, позже.
Он держится за барную стойку, так сильно, что костяшки на его пальцах белеют.
Я не могу определить, какое у него настроение. Ведь, его темные волосы спадают ему на лицо.
Но, определено, могу сказать, что настроение у него не очень веселое.
Я могу, это определить по его вене на горле, которая так и видно, что пульсирует бешеным пульсом.
Я вижу, что на барной стойке лежит его телефон.
Должно быть, он получил не самые лучшие новости.

Давай, Дженни.

Спроси унего что-нибудь не очевидное.

Все получит…

- У тебя всё хорошо?- спросила я подходя напротив него к барной стойке.

Черт с два.

Что это за вопрос.

Все ли хорошо?

Нихрена хорошего. Ты же видишь, мать твою.

- Все ли хорошо? Все отлично, Дженни. Видишь же,- грубо усмехается он и поднимает на меня свой взгляд.

В нем абсолютно нету ничего доброго.

Глаза красные и этот затуманенный взгляд, я знаю его. Он означает, что он хочет кого-то убить или уже убил.

- Это риторический вопрос. Ты можешь, просто сказать, что, черт возьми, тут произошло?- спрашиваю я и постукиваю своим ногтем помраморной стойке.

- Чарз объявил нам войну неделю назад,- выдыхает он и сжимает свою переносицу.

- Что?!- вскрикнула я. - Неделю назад.
Техён. Неделю! Почему ты молчал?- кричу я на него.

Дела очень плохи.

- Ты на меня ещё и кричишь?- теперь злиться он и смотрит мне в глаза, горящие яростью. - Я, черт возьми, пытался тебя не тревожить, ведь понимал, что тебе плохо! И это моя благодарность?

- Кто, тебе сказал, что мне нужен отдых от таких важных рабочих моментов? Да каких рабочих, от этого зависит вся мафия Америки!- его спина прижимается к стене от упоминания в моем последнем предложении.

- Я, блядь. Знаю. Что зависит, а что нет!- срывается он.На самом деле, я понимаю, что ссорой и криком, здесь никак не поможешь.

Но как иначе?

Он скрывал это от меня целую неделю. Неделю. Черт возьми.

Я испускаю долгий вздох, перед тем, как начать говорить.

- Насколько всё плохо?- спрашиваю я, затаив дыхание.

- Не сильно. Его люди пытались проникнуть на нашу территорию, но наши люди, их остановили. Но он продолжает оставлять эти проклятые записки!- теперь в его голосе, слышится отчаяние и… Грусть?

Записки?

Что за записки?

Я не помню, чтобы мне про них, хоть что-то рассказывали.

- Что за записки?- тихо спрашиваю исмотрю на его лицо.

Я вижу, его внутреннюю борьбу с собой.

Со мной, происходит тоже самое, когда я не хочу открываться кому-то.
Понятно. У него есть свои скелеты в шкафу.

Он не отвечает и я решаю уйти.

Ему нужно время побыть одно…

- Про мою мать.- неожиданно начинает говорить он, пока я стою к нему спиной.

Я медленно поворачиваюсь к нему лицом, но он смотрит в одну точку, как будто его окутываю воспоминания.

- Мне было четырнадцать, когда её убили.- его брови сходятся на переносице. - Я проснулся ночью, услышав двигатели машин. Я видел, как они заезжали, но я просто стоят и нечего не понимап Затем ястоял и нечего не понимал. Затем, я услышал выстрелы уже в доме.- он тяжело выдыхает, но по-прежнему не смотрит на меня. - Её убили. Я видел, её лежащее тело в крови. Она спустилась на первый этаж дома, вероятно всего, сходить попить воды. Но, когда в дом ворвались, её первой и убили. Моя мать, была единственным человеком, который меня принимал и искренне любил. Она показывала, мне свою любовь и заботу. Она была для меня всем. В наш темный мир, она приносила столько эмоций, что ты уже не чувствовал себя в мире убийств и заговоров. Но, у меня её отняли. Затем, они так и безнаказанно скрылись, кто её убил. Вскоре, я узнал, кто её убил. Чарз Блэрри. Они с отцом были врагами. И отец, не хотел с ним идти на уступки. Поэтому, он решил отнять у него, то, кем он действительно дорожил. Спустя восемнадцать лет, он до сих пор присылает мне записки связанные с матерью. Либо, тем, кем я дорожу. Он хочет мстить. Он хочет, увидетьи наслаждаться чей-то болью. Он дышит этим.

Все же одна слезы вытекает из моих глаз и я смотрю на него, не веря своим глазам.

Техён, человек холодный и стойкий.

Но, когда не думала что под таким человеком, будет скрываться такое тяжелое прошлое.

В кое-то веки мне действительно стало, жалко по-настоящему человека.

Хоть, мои родители, никогда не показывали свою любовь и заботу. Это не значит, что я бы не сожалела о их смерти.

А тут, когда ты маленький ребенок в четырнадцатилетнем возрасте и видишь как твоя мать истекает кровью, и ты не можешь уже ей даже чем-то помочь.
Это ужасно больно
.
- Мне очень жа…- я не успеваю договорить, как он меня перебивает.

И его темно-карие глаза впиваются в мою душу.

Он не хочет, чтобы его жалели.

Понимаю.

- Не надо.- останавливает он меня. - Я сам, в этом всем виноват. Я видел, что они приехали и я мог остановить это. Но, я этого так и не сделал.

- Техён, ты был ребенком. Четырнадцатилетним ребенком. Что ты мог сделать? Это совсем не твоя вина,- глаза жжет.

Мне чертовски его жаль.

И мне действительно хочется его поддержать…?

Он не поднимает на меня свой взгляд.

- А теперь, он хочет отнять и всё то, что моя семья веками захватывала. Я его убью,- он подходит к мини-бару и достает от туда виски. Наливает себе в стакан и залпом выпивает
.
После, мы несколько минут стоит в тишине и в итоге я ухожу в спальню.

Техён не возвращается и спит, по всей видимости не дома.

***

Прошла еще неделя, спустя нашего разговора с Техеном.

Всю неделю он мен избегал.

Впрочем, это было неудивительно.

Я вышла уже, как пять дней назад, работать в офис.

Мои панические атаки, могли происходить в офисе, но я старалась быстро успокаиваться.
Благодарю, моему психологу и психиатру, панических атак стало меньше.Техён не спал со мной в одной кровати, после разговора в ту ночь.

Сегодня, нас пригласили на день рождение к трехлетней дочке, главы одной Американской группировки, с которой мы в хороших отношениях.

Поэтому, черт возьми, если Техён не пойдет со мной.

Я найду другого, кто мог бы туда со мной пойти.

Я больше скажу, туда пошел бы каждый вместе со мной.

Я уже отправила ему смс, что если он не прийдет, то я отрежу ему яйца.

Я собираюсь возле своего туалетного столика и крашу ресницы тушью.

Входная дверь открывается и теперь дом, наполняется ворчаниями и разными ругательствами.

Значит, моя угроза подействовала.
Я продолжаю красится, как вижу в зеркале, как в нашу спальню, входит Техен Кингстон.

Он одет в свой стандартный костюм тройку черного цвета.

И он действительно в нем выглядит очень сексуальным и привлекательным.
Его темные глаза сразу находят мои в зеркале, и он осматривает меня с ног до головы.

И он ухмыляется.

Опять, эта чертова ухмылка.

С ней он выглядит ещё сексуальнее.

Да, я таю от него.

Нет. Дженни, не будет, таять только от одного вида своего мужа.

Я пока, еще не переоделась в чем я буду.

Поэтому, я просто стою в своем обычном черном халате.

Но, я замечаю, как он кидает на нашу кровать, какой-то пакет.

- Что это?- спрашиваю я, даже не здороваясь с ним.

Ну простите, мужчина настоящий, должен сам первый здороваться.

Он заходит в нашу гардеробную и из неё мне уже говорит.

- Подарок Инелли,-кричит он.

Я вскидываю бровь.

Подарок?

Что он мог купить?

О подарке, я точно уже давно, позаботилась.

- Что ты ей купил?- спрашиваю я и иду к кровати.

Я присаживаюсь на край и тянусь к пакету.Наощупь в ней, какая-ты коробка.

Может, кукла?

Достаю коробку из пакета и теперь смотрю широко раскрытыми глазами.
- Nike? Ты сейчас серьезно?- спрашиваю я у него и он вытаскивает голову из гардеробной и хмурится.

- Что? Я бы сам с удовольствием носил бы Nike.- я раздражаюсь впервые смехом.

- Ей исполняется три года. Ты, черт возьми, серьезен?

- Я думаю, что детей, нужно приучать к моде, с самого детства,- кричит он из гардеробной.

Я закатываю глаза и смотрю на маленькие Nike с розовой подошвой.

- Она девочка. Обычно девочки, в таком возрасте любят кукол и игрушечных кенов,- смеюсь я.

- Опять твои дурацкие стереотипы. Ты играла в детстве в барби?- спрашивает он и вскидывает бровь.

- Черт возьми, нет. Я стреляла игрушечным пистолетом в барби своей двоюродной сестры,- говорю я и обратно кладу пакет.

Теперь, Техен раздражается смехом.

- Что?- спрашиваю у него.

- Просто, я ни капли не был удивлен, что ты именно это и скажешь,- смеется они я иду в гардеробную.

Он уже почти застегнул свою черную рубашку, когда я захожу.

Пока я ищу свое платье, в котором я пойду на детский праздник, он поворачивается ко мне лицом.

- Что ты ей купила?- интересуется он.

- Куклу барби и наряды к ней,- говорю я.

Он мне ухмыляется и я поворачиваюсь к нему спиной, пока снимаю халат.

- О боже, упаси,Дженни!- ругается Техён, я поворачиваюсь к нему через плечо и ухмыляюсь.

Он же оглядывает. Как бы мягко сказать.

Мой зад.

Сегодня я в обычном черном белье, но видимо ему все равно нравится.

- Что?- невозмутимо спрашиваю я.

- Я пошёл вниз,- бормочет он себе под нос и уходит.

Но перед тем, как он уходит, он оборачивается.

И теперь смотрит и ухмыляется.

- Что, опять не так?- спрашиваю я и закатываю глаза.

- Скоро, я заявлю права на твоё прекрасное тело, жена,- он подмигивает мне и уходит.

А я, так и стою с сжатыми вместе
бедрами и широко раскрытыми глазами.

Что, мать твою, сейчас было?